#Политика
Трамп говорит, что никто не знает, собираются ли США нападать на Иран. Судя по всему, он тоже не знает.
20 июня 2025 года, 7:30 утра по восточному поясному времени
Начнёт ли Америка войну против Ирана? Давайте спросим у Дональда Трампа, человека-волшебного шара.
Иногда знаки указывают на то, что да, это так. «Возможно, вам придётся сражаться... Мы стремимся к полной, безоговорочной победе», — сказал президент в Овальном кабинете в среду днём, как будто нападение США было неизбежным.
В другое время: не рассчитывайте на это. На том же заседании Трамп сказал, что подумывает о том, чтобы пригласить иранских лидеров в Белый дом на переговоры: «Посмотрим. Я могу это сделать».
А в большинстве случаев? Ответ неясен, повторите попытку.
Итак, спросила Кейтлан Коллинз из CNN на том же самом собрании в Овальном кабинете: «Значит ли это, что вы ещё не приняли решение о том, что делать дальше?»
«У меня есть идеи о том, что делать», — ответил Трамп, в очередной раз сформулировав свой подход «концепция плана», но «я предпочитаю принимать окончательное решение за секунду до того, как оно должно быть принято».
Американцев, возможно, встревожит известие о том, что Трамп будет принимать судьбоносные решения о войне и мире, руководствуясь сиюминутным порывом, но его публичные заявления за последнюю неделю свидетельствуют о том, что он во многом полагается на советы своего нового советника по национальной безопасности, генерала Причуды.
После того как Израиль нанес авиаудары по Ирану, Трамп поспешил опубликовать пост: «США не имеют никакого отношения к нападению на Иран». Два дня спустя он уже приписывал себе заслуги в нападении, к которому не имел никакого отношения, написав, что «теперь у нас есть полный контроль над небом над Ираном». Он приписал успех Израиля боеприпасам из «старых добрых США». К среде он уже намекал, что именно он отдал приказ о нападении Израиля. («Я сказал: «Поехали!»»)
За одни сутки на этой неделе Трампу удалось дважды изменить свою позицию по Ирану. В понедельник утром на саммите «Большой семёрки» в Канаде он заявил, что ядерная сделка с Ираном «достижима».
Примерно через восемь часов он предупредил все 9,7 миллиона жителей столицы Ирана о необходимости «немедленно покинуть Тегеран!»
Затем, когда на следующий день его спросили, означает ли его предупреждение об эвакуации неизбежную войну, Трамп ответил: «Нет, совсем нет. Я хочу, чтобы люди были в безопасности».
Есть какие-нибудь вопросы?
Насколько можно проследить хронологию беспорядочных заявлений Трампа, она выглядит примерно так:
В первые дни после нападения Трамп написал, что у Ирана есть «второй шанс» на переговоры, добавив, что Иран и Израиль «заключат сделку» и что сейчас «проводится множество звонков и встреч».
Но пару дней спустя Трамп яростно опроверг заявление президента Франции Эммануэля Макрона о том, что предложение о прекращении огня уже на столе переговоров: «Эммануэль всегда всё понимает неправильно». Он заявил, что «я никоим образом не обращался к Ирану с предложением о «мирных переговорах»».
По мере того как шла неделя, Трамп становился всё более воинственным, угрожая, что США «точно знают, где прячется так называемый „Верховный лидер“» и что «наше терпение на исходе». Затем во вторник днём он написал заглавными буквами «БЕЗОГОВОРОЧНАЯ СДАЧА!».
Но к утру среды Трамп снова начал успокаивать, говоря, что «ещё не поздно» и «ничего не закончено».
Он сказал журналистам, что предъявил Ирану «последний ультиматум», но на вопрос, в чём он заключается, ответил: «О, я не хочу говорить».
И он любезно подытожил свои мысли о нападении на Иран следующим образом: «Я могу это сделать. Я могу этого не делать. Я имею в виду, никто не знает, что я собираюсь делать».
По-видимому, даже сам Трамп. В четверг днём он отправил своего пресс-секретаря с сообщением, что примет решение «в течение следующих двух недель».
Во внутренних делах тоже нет постоянства. На прошлой неделе администрация Трампа приказала Управлению по вопросам иммиграции и гражданства прекратить облавы на мигрантов в сельскохозяйственной и гостиничной отраслях, отказавшись от ключевой части своего плана по массовым депортациям, потому что бизнес-лидеры подняли шум. Вместо этого Трамп «приказал» Управлению по вопросам иммиграции и гражданства нацелиться на мигрантов «в крупнейших городах Америки, таких как Лос-Анджелес, Чикаго и Нью-Йорк», которые «являются ядром Демократического центра силы». Он ещё больше прояснил, что использует федеральное правительство для защиты друзей и наказания оппонентов, когда сказал, что люди, которых он хочет арестовать, находятся в «синих городах, во всех городах, управляемых демократами».
Но затем влиятельные люди MAGA завопили по поводу того, что администрация Трампа отказалась от планов депортации работников ферм, ресторанов и гостиниц — и через три дня после того, как новая политика стала достоянием общественности, она была отменена.
Всё это можно назвать стилем принятия решений исполнительной властью, при котором флаг развевается на ветру. Возможно, именно поэтому на этой неделе Трамп установил два 88-футовых флагштока на территории Белого дома.
«Это самые великолепные шесты из всех, что я видел, — объявил он. — Они высокие, сужающиеся кверху, устойчивые к ржавчине, с верёвкой внутри шеста и высочайшего качества».
В среду утром, когда весь мир ждал, начнёт ли Трамп войну, он пригласил представителей прессы на Южную лужайку, чтобы провести с ними 45 минут, наблюдая за тем, как крановщики поднимают один из флагштоков. Репортёры воспользовались случаем, чтобы засыпать его вопросами об Иране, Китае, Канаде и его вражде с Калифорнией, но Трамп продолжал возвращаться к своим флагштокам.
— Это примерно самое большое, что вы когда-либо видели, и оно сужается к концу.
«Это такой красивый шест. Мы решили поставить его рядом [со зданием]. Я имею в виду, что он всегда лучше смотрится, когда стоит рядом. В Дорале я поставил его совсем рядом. У меня есть похожий шест».
«Это лучшие шесты в стране, да и во всём мире, на самом деле. Они сужаются кверху. У них красивый верх».
А потом президент Соединённых Штатов пошутил про фаллос. «Они называют это поднятием флага, — сказал он о поднятии флага. — Они также используют другое слово, но я не буду его использовать. Вы знаете, что это за слово? Оно начинается на «е». Вы знаете, что это за слово?»
Похвала в адрес поляков продолжалась.
— Посмотри на этот кран. Это прекрасное оборудование.
«Это настоящее. Это лучшее, что вы можете получить. Ничего подобного нет».
— Большинство из них высотой 20 футов, 25 футов. Это почти 100 футов.
— Это отличное место. … Мы собираемся разбить вокруг него клумбу, красивую клумбу.
«Что здесь интересно, так это то, что, когда они его устанавливают, внутрь насыпают песок. ... Чистый песок, абсолютно чистый песок».
— Это новейшая и самая лучшая модель.
— В Мар-а-Лаго у меня есть похожий шест.
Затем рабочие подняли флаг размером с тот, что развевается над автосалоном, пытаясь привлечь внимание с близлежащей автомагистрали.