Чарльз Винтур и Нони Бейкер познакомились в 1939 в Кембридже.
Винтур был выходцем из аристократии, его предок успел получить баронетство незадолго до падения Якова II. Его отцом был Фицджеральд Винтур, который сделал военную карьеру в колониальных войнах с махдистами, бурами, египтянами.
Во время Первой мировой он дослужился до бригадного генерала, но через месяц его подразделение отступило, его разжаловали в полковники с формулировкой неспособен командовать в бою и госпитализировали в с диагнозом неврастения, затем отправили на пенсию с почетным званием бригадного генерала.
Сам Чарльз не планировал идти в армию и выбрал карьеру журналиста, так что уже в Кембридже он возглавлял студенческий журнал.
Бейкер была из филадельфийских "старых денег" - мать светская львица, известная тем, что легко могла на день забыть детей в парке и вспомнить о них только вечером. Отец был юристом, преподавал корпоративное право в Гарварде и даже в этой среде считался воплощением витающего в мыслях профессора. Родня окапывалась в прессе, одни владели изданиями, кузина возглавляла модный журнал. Сама Нони считалась простушкой, особенно на фоне своей красавцы-сестры, одеваться не умела, но была умна, хорошо писала и хотела стать журналистом.
Нони и Чарльза познакомил сын коллеги отца Бейкер, который свел их в благодарность за предоставленные Винтуром связи. Внешне они оба выглядели так себе и оба не умели одеваться, но их объединяло благородное воспитание и саркастичность, и они быстро поженились.
Так семейство Бейкеров-Гилкисон облагородило свои капиталы взаправдашним британским аристократом, а Винтуры получили достойное финансовое обрамление своей фамильной гордости.
Во время войны Чарльза призвали, служил он в разведке, окончание войны встретил в штабе Эйзенхауэра. В боях не участвовал, за административную деятельность был награжден американской Бронзовой звездой.
После войны устроился журналистом в газетный конгломерат барона Бивербука, в прошлом министра информации, человека правых взглядов и диктаторских привычек. К тому моменту у пары уже был первенец Джеральд, которого готовили пойти по стопам отца. А дальше произошел эпизод, который дал Винтуру прозвище "Холодный Чарли".
В тот день Чарльз работал вместе с Бивербуком в его усадьбе. Десятилетний Джеральд с разрешения отца поехал на велосипеде в школу. Его сбила машина, с проломленным черепом мальчика отвезли в госпиталь, там он умер. Из госпиталя Нони позвонила на работу мужу, но Чарльз не поехал к жене, не подал виду боссу, что что-то произошло, и доработал рядом с ним день. Позже Бивербок узнал о произошедшим, и был глубоко впечатлен мужеством, профессионализмом и хладнокровием сотрудника.
Нони забрала детей и уехала к родителям в Штаты. Этот разрыв сблизил Винтура с Бивербоком, они стали проводить еще больше времени вместе. Бивербок стал его ментором, индоктринировал его своими взглядами вплоть до того, что "Холодный Чарли" мог писать передовицы от имени Биверока, не сверяясь с патроном, а позже возглавил одно из его изданий.
Через год Нони вернулась, но отношения между супругами больше не восстановились. Нони пыталась склеить брак, нарожав еще детей, но это не помогло - к тому моменту супругов разделяла не только смерть первенца, но и идеологический конфликт, Нони была левых взглядов, а Чарльз стал "клоном" Бивербока.
Друзья вспоминали, что при всей своей холодности Чарльз безусловно харизматичным человеком, но общаться с ним было рисково даже дома. Так, если кто-то из пришедших в гости детей выражал восхищение книжкой или мультиком, то Чарльз тут же хлестко объяснял, почему понравившееся им произведение убого. Он никогда не повышал голос, но его иронии и сарказма боялись. Но не Нони, которая всегда могла поставить его на место.
Место погибшего Джеральда в глазах отца заняла Анна, которая стала его любимицей, при этом он был невысокого мнения о ее интеллекте. В семье главным были академические успехи, а Анна в отличие от сиблингов училась плохо. Когда ей исполнилось десять лет, отец пошутил, что она станет редактором Vogue, пошутил и забыл. Но не Анна.
В этот период у Анны появился новый способ привлечь внимание отца - она нарушала школьный дресскод, сердила этим школьных воспитательниц, тогда они звонили жаловаться ее отцу, а тот неизменно вставал на сторону дочери и отчитывал их.
Впрочем, дома было не веселее, чем в школе - на окнах были поставлены решетки (вдруг оставшиеся дети выпадут), детям отныне запрещалось садиться на велосипеды, мотоциклы и даже забираться на стулья (вдруг упадут). Воспитанием детей занимались няни и гувернантки.
Мать устроилась работать соцработником, и как жаловалась позднее Анна, посвятила всю себя "детям Нони" - сиротам из ее папок.
Отца дома Анна видела редко, а один на один - почти никогда. Он проводил все время или на работе, или со своим ментором Бивербоком, или с перспективными сотрудницами. Оказалось, что он был вуманайзером - так в английском тактично называют мужчин, которые спят со всеми подряд.
Тогда же у нее появилась первая и последняя в жизни подружка, одноклассница в новой школе Вивьен Ласки. Она тоже была богатой дочкой звездных родителей. Ее отец был улучшенной копией Чарльза - успешный журналист аристократичных манер Мелвин Ласки.
Как и Чарльз, он был антикоммунистом, солдатом идеологического фронта "холодной войны" (в наше время станет известно, что он финансировался ЦРУ). Как и Чарльз, Мелвин постоянно пропадал на работе, но при этом он успевал окружать Анну внимание и заботой. И как Чарльз, он тоже был блядунoм.
Для Анны это было нарушением законов мироздания. Она с пониманием относилась к отцовским походам налево, ведь ее мать не заботилась о своей внешности, стало быть, отцу приходилось добирать женственности на стороне. Но поведение Мелвина для Анны было необъяснимым, потому как мама Вивьен выглядела совсем иначе.
Бриджит Ласки была бывшей балериной, женщиной очень яркой и элегантной. Немка, она перешла в иудаизм ради брака с Ласки. Анна обожала ее и проводила с ней больше времени, чем со своей простушкой-матерью.
Бриджит стала учить Анну основам стиля. Именно она впервые объяснила, почему для гаминной фигуры Анны идеально подходит Шанель, но ей нельзя носить женственные роскошные драматично-романтичные силуэты.
Знакомые вспоминали, что в 12 лет в Анне не было ничего от ребенка. Она умела тщательно прятать эмоции, полностью контролировала выражение лица и реакции, умела остроумно и тонко высмеивать манеры и дефекты чужой внешности. Так, Вивьен носила очки, и Анна ее постоянно за это стебала - хотя сама также носила очки.
Еще Анна делала подарки Вивьен - регулярно покупала ей элегантные платья, которые та очень любила. Но покупала их на пару размеров меньше, так что та не могла в них даже влезть. У Вивьен была фигура Мэрилин Монро, но стандартом красоты в тот период была Твигги, и Анна объясняла, что так она мотивирует подругу похудеть.
Специально для Вивьен Анна научилась готовить. Она приглашала ее к себе домой, готовила там любимую жареную ягнятину подруги, накладывала ей тарелку за тарелкой и смотрела, как та ест. При этом сама ничего не ела, просто сидела и смотрела. А после ужина начинала высмеивать подругу, что та толстая, жирная и уродливая, и что той обязательно надо взять себя в руки.
Сама Анна регулярно прибегала к голоданию. Ее очень беспокоило, что ее коленные чашечки была крупнее, чем колени Вивьен. Анна была отличным бегуном, но когда тренера заговорили с ее родителями, что она может делать карьеру олимпийского атлета, Анна прекратила заниматься спортом вообще - потому что боялась, что ее ноги станут мускулистыми.
С 14 лет она стала ходить к косметологу и трихологу. С волосами и кожей у нее все было хорошо, она ходила туда для предотвращения старения.
В этот период у Чарльза Винтура появилась новая секретарша - недавняя выпускница Окфорда Морин Клив. У нее была новая супермодная стрижка - боб.
Чарльз Винтур восхищался ее харизмой и умом, сделал ее шоу-бизнес корреспондентом и стал ее ментором. Со временем отец стал привлекать Анну к редакторской деятельности и давал ей материалы Морин для редактуры.
Те, кто не знал Винтуров близко, думали, что Чарльз опекает Морин, потому что та похожа на его дочь Анну - та же стрижка, та же фигура. Но в реальности было наоборот - свою фирменную стрижку Анна сделала после того, как в 15 лет увидела вживую Морин. Также Анна скопировала ее стиль в одежде - стиль Лолиты.
В 16 лет Анна влюбилась в Пирса Рида, выпускника Кэмбриджа на десять лет ее старше. Их отношения успешно развивались, пока Рид не узнал больше о ее родителях. После этого он без объяснений порвал с ней отношения.
Анна попросила Вивьен переубедить Рида вернуться к ней. На встрече Рид объяснил Вивьен, что он не ханжа и приветствует сексуальную революцию, но свобода родителей Анны в вопросах промискуитета его шокировала и дала понять, что у них с Анной нет будущего. После этого Анна обвиняла подругу, что та проявила недостаточно усердия в отстаивании ее интересов.
Последующие отношения были с журналистами старше ее, которые искали через нее подход к ее всесильному отцу. Также она безуспешно пыталась увлечь Лоуренса Оливье, карауля его возле театров, но тот не поддался чарам 16-летнего подростка.