Катя стояла в свадебном салоне, разглядывая себя в зеркале. Платье было шикарное, не поспоришь. Кружева, блестки, длиннющий шлейф. Как в сказке про Золушку. Только вот цена...
— Сто двадцать тысяч, — повторила продавщица. Улыбалась так, будто это сущие копейки.
У Кати аж в животе скрутило. Господи, да за эти деньги можно полгода прожить! Алексей работал менеджером в какой-то конторе, получал не ахти. А она секретарем у зубного сидела, тоже не бог весть что. Снимали однушку на окраине, еле концы с концами сводили.
— Ну что, берем? — спросил Лёша, когда вышли на улицу.
— Ты что, спятил? Откуда у нас такие деньги?
— Попросим у родни. Свадьба же раз в жизни.
Катя вздохнула. Они уже потратили кучу денег. Ресторан заказали за триста тысяч, музыку, фотографа. А тут еще платье. Просто караул какой-то.
К родителям Алексея пошли первыми. Михаил Петрович работал главным инженером, Нина Владимировна в универе преподавала. Жили неплохо, квартира своя, машина.
— Сколько нужно? — спросил свекор, когда они все рассказали.
— Ну... двести тысяч примерно, — промямлил Лёша.
Нина Владимировна аж поперхнулась чаем.
— Алёша! Ты в своем уме? Это же полгода моей зарплаты!
— Мам, ну свадьба же...
— Свадьба свадьбой, а деньги счет любят. Сто тысяч дать можем, больше никак.
— А остальное где брать?
— У Катиных родителей проси. Или делайте попроще. Зачем такая роскошь?
Катя покраснела до корней волос. Ей стало ужасно неловко. Будущая свекровь прямо говорила, что они жадные.
Родители Кати жили еще скромнее. Папа слесарем пахал, мама в школьной столовой. Квартиру снимали двушку на задворках.
— Катенька, милая, — сказала мама, когда они приехали. — Мы бы рады помочь, но... У нас таких денег просто нет.
— Совсем?
— Ну... пятьдесят тысяч наскребем. И то придется у соседей занимать.
Папа хмурился и молчал. Было видно, что ему не нравится эта затея с дорогой свадьбой.
— Может, отложить на полгода? — предложил он наконец.
— Пап, мы же все уже забронировали. Откажемся — задатки потеряем.
— Тогда в банк идите.
Но в банке им отказали. Доходы маленькие, поручителей нет. Остальные деньги пришлось по друзьям и знакомым собирать. Катя чуть со стыда не сгорела, когда просила взаймы у малознакомых людей.
Свадьба получилась действительно красивая. Все ахали, охали, фотографировались. Катя в своем платье чувствовала себя королевой. Алёша весь вечер не отходил от нее. Танцевали, смеялись, принимали подарки.
А наутро началась жесть. Долгов набралось на триста пятьдесят тысяч. Родителям сто пятьдесят должны, остальным двести. При их зарплатах это означало одно — затянуть пояса на годы вперед.
— Ничего, справимся, — бодрился Лёша. Но Катя видела, как у него глаз дергается, когда он подсчитывает расходы.
Через месяц народ начал напоминать о долгах. Коллега Лёшин каждый день спрашивал про свои тридцать тысяч. Соседка тетя Маша стала здороваться сквозь зубы.
— Может, еще у родителей попросим? — предложила Катя.
— Уже спрашивал. Папа сказал, что больше дать не может.
А тут еще у Кати на работе проблемы начались. Зубной решил экономить, зарплату урезал на треть. Искать новую работу в их городишке — мартышкин труд.
Как-то вечером позвонил свекор.
— Приезжайте, поговорить надо.
Приехали. Сидят за столом, а атмосфера — хоть топор вешай.
— Мне сегодня Петр Семенович звонил, — начал Михаил Петрович. — Говорит, вы у него пятьдесят тысяч занимали на свадьбу.
Лёша весь красный стал.
— Ну занимали. И что?
— Обещали через месяц вернуть. А прошло уже два.
— Папа, мы же не отказываемся!
— Но не возвращаете. А человек ждет. Мне теперь в глаза стыдно смотреть.
Свекровь так чашку на стол поставила, что чай расплескался.
— Я же говорила! Не устраивайте такую дорогущую свадьбу! Но нет, вам подавай как у людей.
— Мам, ну это же раз в жизни...
— Раз в жизни! А расхлебывать всем приходится!
Катя сидела как на иголках. Чувствовала, что свекровь на нее косо смотрит.
— Дайте нам еще время, — попросил Лёша. — Катя новую работу ищет, я по выходным подрабатываю.
— Сколько времени? — рявкнул свекор. — Месяц? Полгода? До пенсии?
Свекровь встала и прямо заявила:
— Знаешь что, Алёша. Пока не расплатишься за свадьбу, к родителям можешь не возвращаться!
— Мама! — Лёша вскочил. — Ты что несешь?
— Несу правду. Вы нас опозорили на весь завод. Теперь сами разбирайтесь.
Свекор развел руками, мол, ничего не поделаешь.
Домой ехали молчком. Катя в окно автобуса таращилась, думала. Еще недавно все было замечательно. Свадьба, подарки, поздравления. А теперь что? Долги по уши и скандалы с родней.
— Что делать будем? — спросила.
— Без понятия, — буркнул Лёша.
Дома на двери записка висела. От тети Маши. Требовала немедленно вернуть свои двадцать тысяч, а то в суд подаст.
— Понимаешь, — сказал Лёша, комкая бумажку, — может, мама и права. Мы действительно перегнули палку.
— Поздно об этом думать.
— Может, что-то из подарков продать? Сервиз хрустальный дорогой. Телевизор новый.
— За телевизор копейки дадут. А сервиз вообще никому не нужен.
Дальше началась настоящая каторга. Звонили каждый день. Приходили домой, деньги требовали. Катя номер сменила, а то и ночью названивали.
На работе зубной заметил, что она стала рассеянная.
— Катерина, может, вам отпуск нужен? Вы записи пациентов уже третий раз за неделю путаете.
А что ей сказать? Что они по уши в долгах из-за дурацкой свадьбы?
Лёша тоже изменился. Злой стал, нервный. Вечерами за компьютером сидел, подработку искал. Иногда несколько тысяч заработает, но это же капля в море.
Мама позвонила как-то утром.
— Катенька, как дела?
— Да нормально.
— Не нормально. Мне тетя Маша жаловалась, что вы ей до сих пор не вернули. Говорит, в суд подаст.
— Мам, мы же не отказываемся.
— Но не возвращаете! Люди не дураки, им тоже деньги нужны.
После этого разговора Катя решилась. Нашла работу промоутером в торговом центре. Стоять целый день, листовки раздавать, улыбаться идиотам. Зарплата грошовая, но лучше чем ничего.
Лёша был против.
— Зачем тебе это? У тебя и так работа есть.
— Деньги нужны. Или хочешь, чтобы нас по судам затаскали?
Работа оказалась просто ужас. Вставать в шесть утра, бежать к зубному, потом в торговый центр. Домой приползала без задних ног. Но что делать?
Через месяц смогли тете Маше вернуть и еще нескольким особо настырным. Оставалось еще кучу, но хоть передышка.
— Съезжу к родителям, — сказал как-то Лёша. — Поговорю с ними.
— Они же запретили приезжать.
— Может, остыли уже. Три месяца прошло.
Свекор дверь открыл, увидел сына и сразу нахмурился.
— Ты чего явился?
— Папа, поговорить можно?
— Рассчитался?
— Частично. Потихоньку возвращаем.
— Частично не считается.
Свекровь вышла и сразу:
— Алёша, мы же договорились. Пока полностью не рассчитаешься, носа сюда не кажи.
— Мам, но мы же родня.
— Родня о чести семьи думает. А вы нас на весь свет опозорили.
Лёша постоял немного и ушел. Катя во дворе ждала. По лицу поняла — не получилось.
— Не пустили?
— Сказали, когда полностью рассчитаемся, тогда и приходить.
Шли домой по темным улицам. Катя думала, как дорого им обошлась эта проклятая свадьба. Платье красивое, ресторан шикарный, музыка живая. А теперь что? Долги, ссоры, нервотрепка.
— Жалеешь? — спросила.
— О чем?
— О свадьбе. Что столько денег потратили.
Лёша подумал.
— Жалею. Не о том, что на тебе женился. А о том, что мы в эту гонку ввязались. Можно было скромнее сделать и с родными не ссориться.
— Теперь поздно.
— Не поздно. Справимся как-нибудь. Вернем все и помиримся. Просто времени много уйдет.
Катя хотела верить, но понимала — впереди годы экономии и ограничений. Сказка кончилась, началась обычная жизнь. Но может, именно сейчас и проверится, насколько они крепкая семья.
Популярно среди читателей: