Это должен был быть идеальный мальчишник. Просто ребята, немного выпивки, плохие решения и ночь, которую им будет трудно вспомнить. Но никто из них не ожидал, что следующий год они проведут, изо всех сил пытаясь справиться с совершенно новыми телами
«Последний тост»
Бар «Старый Якорь» гудел, как раненый зверь. Громкая музыка перекрывала смех, звон бокалов, похабные шутки. Джордж, Поли и Гейб сидели в угловой кабинке, уже изрядно навеселе. На столе — море пустых бутылок, объедки крылышек и одинокий кусок торта с похабной надписью «Счастливого пути в ад, жених!».
Гейб, раскачиваясь на стуле, вдруг хлопнул по столу:
— Эй, училка! Ты же не думал, что мы отпустим тебя в семейное болото без прощального пинка?
Из-за его спины вышла она.
Стриптизёрша.
Девушка в чёрном корсете, чулках с подвязками и туфлях на шпильках, которые делали её ноги бесконечными. Губы — алые, как свежая рана, волосы — медные, падающие волнами на обнажённые плечи.
— Встречайте, малышка Лола! — Гейб широко ухмыльнулся, шлёпая её по округлой заднице. — Мой подарок тебе, Джордж. Последний глоток свободы.
Поли закашлялся, поперхнувшись пивом:
— Ты серьёзно?!
— А то! — Гейб впихнул в руку Джорджа стодолларовую купюру. — Давай, жених, засунь ей туда, куда Хелен тебе больше не разрешит!
Джордж покраснел, но Лола уже скользнула к нему на колени, обвивая руками шею. Её грудь прижалась к его рубашке, оставляя след помады на воротнике.
— Ну что, сладкий, — она прошептала губами у самого уха, — покажешь, как ты «на самом деле» умеешь праздновать?
Её пальцы уже расстёгивали его ремень.
Хелен замерла на пороге, сжимая в руке маленькую коробочку с таблетками.
Она пришла сюда случайно — вернее, сказала себе, что случайно. Просто проходила мимо. Просто хотела убедиться, что её будущий муж не напивается в хлам перед свадьбой.
Но то, что она увидела, заставило её кровь закипеть.
Джордж.
«Её» Джордж.
Стриптизёрша сидела у него на бёдрах, её язык скользил по его шее, а его руки — о боже, его руки сжимали её талию, пальцы впивались в обнажённую кожу.
Гейб хохотал, подливая виски в рот Поли, который пялился на парочку, как загипнотизированный.
Хелен сжала зубы.
Она могла бы ворваться. Устроить сцену. Размазать эту рыжую шлюху по стенке.
Но вместо этого...
Она улыбнулась.
— То-о-ост! — Гейб поднял рюмку, едва не падая со стула. — За Джорджа! Пусть его брак будет... э-э-э... крепким, как мой член!
Все засмеялись, чокнулись. Лола тем временем уже засунула купюру Джорджа себе в лифчик, оставив ему на память отпечаток губ на щеке.
— Ладно, парни, мне пора, — она скользнула с колен Джорджа, игриво щёлкнув его по носу. — Но если передумаешь, жених... мой номер у твоего друга.
Гейб подмигнул.
Поли, уже зелёный от выпивки, пробормотал:
— Может, хватит? Завтра же свадьба...
— Именно поэтому! — Гейб схватил бутылку и налил всем по последней рюмке. — За любовь! Которая... блядь... ну, в общем, пейте!
Хелен наблюдала, как они поднимают бокалы.
Как её пальцы — быстрые, невидимые в полумраке — разжимаются над напитками.
Три маленькие таблетки.
Без вкуса. Без запаха.
*X-Change Xtra Strength.*
— За новых вас, — прошептала она, растворяясь в толпе, прежде чем первый глоток коснулся их губ.
Праздник продолжался.
А где-то между третьим смехом и началом головокружения, их тела уже начинали меняться...
«Утро после»
«Гейб: Пробуждение на стройке»
Голова раскалывалась. Губы слиплись, во рту стоял вкус дешёвого виски и чего-то металлического. Гейб попытался пошевелиться — и тут же застонал.
Что-то было не так.
Он лежал на боку в тесной бытовке, лицом к заляпанному цементом зеркалу. В отражении мелькнуло что-то… «не его».
Гейб резко сел — и тут же ахнул.
Грудь.
«Грудь.»
Две округлые, упругие, «идеальные» груди, едва прикрытые рваной майкой, которая теперь не могла их скрыть.
— Что за... — произнес голос.
Он прозвучал как высокий, тонкий писк, словно принадлежал женщине.
Гейб вскочил, шатаясь, и упёрся руками в зеркало.
Отражение смотрело на него широкими глазами.
Длинные ресницы. Пухлые губы. Волнистые каштановые волосы, рассыпавшиеся по плечам. И тело… «Блядь», тело. Широкие бёдра, тонкая талия, гладкая кожа, на которой ещё вчера красовались волосы и шрамы.
— Нет-нет-нет… — Он (она?) схватился за голову, и пальцы утонули в густых прядях.
Дверь бытовки распахнулась.
— Гейб, ты тут? Босс орёт, где…
Напарник замер.
Глаза полезли на лоб.
— Ты… кто…
Гейб попытался рявкнуть, но вместо этого выдал что-то между писком и стоном.
— Это я, уёбок!
Напарник побледнел.
— Гейб?!
— Да!
Пауза.
— Бляяяяядь… — Напарник медленно опустился на корточки, уставившись между его (её?) ног. — А у тебя там теперь...
Гейб посмотрел вниз. Рванул ремень, сунул свою изящную руку И…
«Ничего.»
Только аккуратная, влажная щель.
— АААААААААА!
«Поли: Домашний ад»
Проснулся от того, что кто-то щипал его за бок.
— Вставай, красавица.
Голос Лоры.
Но… слишком близко. Слишком игриво.
Поли открыл глаза — и тут же захлопал длинными ресницами, ослеплённый утренним светом.
— Ммм… Лор… — голос сорвался на высокую, звонкую ноту.
Он замер.
Лора сидела рядом, подперев голову рукой, и ухмылялась.
— Ну что, девочка, как спалось?
Поли попытался приподняться — и тут же ощутил, как «что-то» болтается у него на груди.
Он посмотрел вниз.
Две сочные груди, прикрытые его же старой футболкой, которая теперь обтягивала их, как вторую кожу.
— ЧТО ЭТО?!
Он схватился за грудь — и застонал.
Чувствительные.
Лора рассмеялась.
— О, так даже лучше! — Она наклонилась, сжимая его (её?) новую плоть в ладонях. — Боже, они «идеальные».
— Лора, остановись! — Поли попытался оттолкнуть её, но руки… руки были тонкими. Нежными.
В панике он спрыгнул с кровати, пошатываясь, и бросился к зеркалу.
Отражение, которое он увидел, заставило его задохнуться от ужаса.
На него смотрела блондинка — худенькая, с длинными ногами, округлой попкой и лицом, словно у куклы.
— Это… это не я… — прошептал он, не в силах поверить в происходящее.
— О, это совершенно ты, я видела, как это происходило, — произнесла Лора, обняв его за талию и подойдя сзади. — Просто теперь… ты стал «горячей версией».
Поли потрогал своё лицо.
Щёки. Губы. Грудь.
— Как…
— Не знаю. Но мне нравится, — Лора прикусила губу, глядя на него (неё?) с новым блеском в глазах.
Поли почувствовал, как между ног предательски потеплело.
— Нет-нет-нет…
«Джордж: Серьёзный разговор»
Голова гудела. Тело ныло.
Джордж открыл глаза — и тут же зажмурился от резкого света.
— Наконец-то.
Голос Хелен.
Холодный. Чёткий.
Он попытался сесть — и тут же ощутил, как «что-то» мешает.
Что-то… тяжёлое на груди.
Джордж посмотрел вниз.
Под пижамой отчётливо виднелись две округлые формы.
— О боже…
— Да, — Хелен сидела на краю кровати, скрестив ноги. — «О боже» — это точно.
Джордж в ужасе потрогал свою грудь.
Мягкая. Тёплая. Настоящая.
Джордж сжал грудь руками, его голос сорвался:
— Что... что ты сделала?!
Хелен медленно подошла, поправляя складку на платье:
— То, что ты заслужил. Опять.
Джордж в ярости воскликнул :
— Из-за стриптизёрши?! Это же мальчишник, чёрт возьми!
Хелен резко хлопнула ладонью по тумбочке и, прищурив глаза, произнесла:
— Не обманывай. Я видела, как ты наслаждался. Как он.
Повисла пауза. Джордж заметил, что пальцы Хелен дрожат — впервые он видел, как она теряет контроль над собой.
— Ты... это из-за твоего отца?
Хелен резко отвернулась к окну, её голос стал ледяным:
— Он тоже говорил маме, что это «просто друзья». А потом ушёл к той... «твари» с подвязками.
Она достаёт телефон, листает галерею и швыряет ему. На экране — фото Джорджа в баре: его рука «не просто» лежит на бёдрах Лолы, а явно тянется под корсет.
— Ты даже «жесты» повторяешь.
— Это фотошоп. Гейб подставил...
Хелен не даваядоговорить, с усталостью в голосе :
— Год, Джордж. Ровно год.
Она уже подошла к двери, но вдруг остановилась и, не оборачиваясь, произнесла:
— Ты можешь злиться, можешь ненавидеть. Но запомни: ты сам выбрал этот путь. Теперь ты — «идеальная невеста».
Дверь захлопнулась. Джордж остался один. Он был в растерянности. Его голос стал тонким, а в голове проносилась лишь одна мысль: «Что же теперь делать?!»
Где-то в городе Гейб кричал на своего напарника, пытаясь прикрыть грудь рваной курткой.
Поли сидел перед зеркалом, а Лора уже принесла ему свою одежду.
Джордж же...
Джордж просто сжал в руках свою новую грудь и застонал.
Год.
Целый год.
«Джордж»
Джордж наивно полагал, что сможет вернуться в школу, как ни в чём не бывало. В конце концов, он всё ещё был тем же учителем алгебры, тем же строгим, но справедливым педагогом, который годами вбивал в головы подростков теоремы и логарифмы. Разве его тело теперь выглядело иначе? Ну и что. Разве голос стал выше, а волосы — гуще и темнее, ниспадая на плечи мягкими волнами? Пустяки. Разве грудь откровенно мешала писать на доске, а бёдра цепляли край учительского стола? Ерунда.
Но школа быстро напомнила ему, что мир не работает по его правилам.
Первое утро после возвращения стало для него настоящим кошмаром. Он стоял перед шкафом, сжав в руках единственную пару брюк, которая ещё хоть как-то сидела на нём — правда, теперь они обтягивали его новые формы так, будто были сшиты на заказ для совсем других целей. Кофта, которую он раньше носил поверх рубашки в прохладные дни, теперь едва сходилась на груди, оставляя дразнящий просвет между пуговицами. Он попытался застегнуть её повыше, но ткань тут же напряглась, грозя разорваться при первом резком движении.
— Чёрт, — пробормотал он, глядя в зеркало.
Его отражение казалось чужим. Широкие скулы, пухлые губы, тёмные ресницы — всё это выглядело так… неестественно. И в то же время это был он.
---
Ученики, конечно, не упустили возможности воспользоваться ситуацией.
Раньше, когда он входил в класс, в воздухе повисал напряжённый шёпот: «Тише, Джордж идёт». Теперь же его появление сопровождалось хихиканьем, перешёптываниями и слишком пристальными взглядами. Даже те, кто раньше слушал его, раскрыв рот, теперь смотрели куда угодно, только не на доску.
— Мистер Бэнкс, а вам не жарко в этом? — крикнул кто-то с задней парты, когда Джордж, покраснев, попытался поправить воротник.
— Закрой рот и открой учебник, — рявкнул он в ответ, но его новый голос звучал не как привычная учительская гроза, а как капризное ворчание. Класс рассмеялся.
---
Директор вызвал его к себе уже на третий день.
— Джордж, мы ценим твою преданность школе, — начал он, нервно постукивая пальцами по столу. — Но… нам нужно поговорить о твоём внешнем виде.
— Я ношу то же самое, что и раньше, — сквозь зубы процедил Джордж.
— Да, но… — Директор жестом показал на его фигуру, словно это объясняло всё. — Родители звонят. Говорят, это… отвлекает.
Джордж сжал кулаки. Он не «отвлекал». Он просто существовал. Но теперь его существование стало проблемой.
---
Вечером, перед тем как лечь спать, он снова стоял перед зеркалом, ворочая в руках очередную неудобную кофту .
— Ладно, — прошептал он своему отражению. — Завтра попробуем свитер.
Но даже мысль о том, как плотная ткань будет обтягивать его грудь, заставила его сглотнуть.
Он не знал, что хуже: потерять работу… или понять, что в этом новом мире у него не так уж много вариантов.
«Полли»
Первый взгляд в зеркало после превращения вверг его в настоящий шок.
Блондинка. Худенькая, с длинными ногами, которые, казалось, не заканчивались никогда, и округлой, дерзкой попкой, которая так и просилась в обтягивающие джинсы. Лицо — миловидное, с чуть вздёрнутым носиком и пухлыми губами, которые теперь сами собой складывались в кокетливую полуулыбку. Он выглядел как та самая «девушка с обложки», которую он в молодости вырезал из журналов и вешал над кроватью в казарме.
— Ну и дерьмо… — прошептал он, но голос звучал уже не так убедительно.
---
Его жена, Лора, отреагировала… неожиданно.
Он готовился к истерике, к отвращению, к тому, что она схватит чемодан и уйдёт, хлопнув дверью. Вместо этого она обвела его взглядом с головы до ног, прикусила губу и сказала:
— Ну, чёрт. Ты горяченькая.
Полли замер.
— Это… это ненормально! — попытался он возмутиться, но Лора только рассмеялась.
— Думай об этом как о временной сестре, — хихикнула она и тут же принялась рыться в шкафу, вытаскивая оттуда укороченные топы, узкие джинсы и даже пару вещей, которые Поли раньше на ней не видел.
— Ты это когда купила?! — уставился он на крошечное кружевное бельё в её руках.
— Для особого случая, — улыбнулась она загадочно.
---
Первые дни Поли отчаянно сопротивлялся.
Он носил свои старые потрёпанные толстовки и мешковатые штаны, пытаясь хоть как-то скрыть новую фигуру. Но Лора оказалась упорной.
— Ты же не можешь ходить в этом вечно, — говорила она, забирая у него очередную футболку мужа. — Это же неудобно!
— Мне удобно! — огрызался он, но Лора только качала головой.
— Посмотри на себя. Ты потеешь, как боксёр между раундами.
Она была права. Старая одежда висела на нём нелепо, а под толстой тканью тело предательски нагревалось.
---
Через пару недель его сопротивление начало таять.
Сначала он согласился на простую белую футболку — не облегающую, но хотя бы не мешок. Потом, скрепя сердце, примерил джинсы, которые Лора назвала «просто прямым кроем». Они, конечно, обтягивали его новую попу так, будто были нарисованы.
— Ну как? — неуверенно покрутился он перед зеркалом.
— Боже, ты просто прелесть, — Лора прикрыла рот рукой, но смех всё равно прорвался.
Поли хотелось возмутиться, но… он и правда выглядел хорошо.
---
Лора, конечно, не упускала возможности этим воспользоваться.
— Ой, я уронила вилку! — кричала она из кухни.
— Подними сама! — ворчал Поли, но всё равно шёл, чувствуя, как Лора провожает его взглядом.
— Спасибо, дорогая, — она игриво щёлкала его по заднице, когда он нагибался.
— Прекрати! — он краснел, но… что-то внутри ёкало.
---
Самым странным было то, что он начал привыкать.
К новым вещам. К взглядам. К тому, как Лора смотрела на него — с интересом, с азартом, с чем-то ещё, от чего у него ёкало в груди.
Однажды вечером, когда он стоял на кухне в этих чёртовых джинсах и готовил ужин, Лора обняла его сзади, прижавшись губами к его шее.
— Ты так красиво выглядишь, когда сосредоточен, — прошептала она.
Поли замер.
— Лора, мы же договорились…
— Я знаю, — она вздохнула, но не отпустила. — Но ты же видишь, как это сложно.
Он видел.
И, чёрт возьми, ему тоже становилось сложно.
«Гейб»
Раньше он был «настоящим» парнем.
Громкий, грубый, с руками, покрытыми мозолями, и спиной, привыкшей таскать мешки с цементом до полудня без передышки. Его кожа пахла потом, пылью и металлом, а голос ревел так, что его было слышно через весь участок. Он был «крепким». Надёжным. Мужиком, на которого можно положиться.
А теперь…
Теперь его тело предало его.
---
Первое утро на стройке после превращения стало для него адом.
Он попытался взять в руки привычную кувалду — но его новые, изящные пальцы не смогли как следует обхватить рукоять. Он попробовал вскинуть мешок с песком на плечо — но его спина тут же согнулась под весом, а грудь, эти «проклятые» Д-шки, перевесила его вперёд, заставив чуть не грохнуться лицом в грязь.
— Эй, Гейб, ты там в порядке? — крикнул один из парней, но в голосе его слышался не столько заботы, сколько «хихиканье».
— Отъебись! — рявкнул Гейб, но его новый голос — высокий, звонкий — звучал не как угроза, а как каприз.
Ребята заржали.
---
Через неделю его вызвал прораб.
— Слушай, Гейб… — Босс почесал затылок, избегая смотреть ему в глаза. — Ты хороший парень. Раньше. Но сейчас…
— Я всё ещё могу работать, — прошипел Гейб, сжимая кулаки.
— Да? — Босс махнул рукой в сторону площадки. — Ты еле таскаешь свой собственный инструмент. Ты спотыкаешься через каждые два шага. И, чёрт возьми, ребята вообще не могут сосредоточиться, когда ты нагибаешься.
Гейб покраснел. Он «знал», о чём речь.
— Это не моя вина, что они деградировали!
— В этом-то и проблема, — вздохнул прораб. — Это «не их» вина тоже.
Чек на расчёт положили перед ним на стол.
---
Дома Гейб уставился на свой счёт в банке.
Стройка платила хорошо. Без неё его сбережения таяли с каждым днём — аренда, счета, еда. Он рассылал резюме, но везде был либо отказ, либо… «странные» предложения.
— У нас есть вакансия администратора, — сказал ему менеджер в одном из офисов, глаза при этом опустились намного ниже его лица. — Ты… э… комфортно себя чувствуешь в юбках?
Гейб вышел, хлопнув дверью.
---
Той ночью он стоял под душем, горячая вода скатывалась по его новому телу, а руки скользили по груди, обмыливая её с мылом.
Блядь.
Она была «идеальной». Круглой, упругой, сочной — именно такой, за какую парни на стройке раньше готовы были продать душу. И теперь она была у него.
Мысль пришла сама собой.
OnlyFans.
Он фыркнул. Нет, никогда.
…Но потом посмотрел на очередной счёт за электричество.
---
Аккаунт *CurvyGabeXO* был создан в три часа ночи.
Он выбрал нейтральное фото для аватарки — просто его новый силуэт в облегающей футболке, ничего откровенного. Описание было коротким: "Новый я. Интересно? Подписывайся".
А потом он лёг спать, надеясь, что к утру это всё окажется дурным сном.
---
Утром его разбудил звук уведомления.
"Твой первый подписчик!"
Гейб открыл сообщение.
"Эй, сладкая, покажешь больше? "
Он замер.
А потом медленно, очень медленно, поднял телефон и сделал селфи — низко опущенный ракурс, мокрые от душа волосы, намёк на декольте.
Отправил.
"50$ за видео в душе. Без лица."
Через минуту пришёл перевод.
Гейб закрыл глаза.
Аренду он заплатит.
Но вот себя — вряд ли уже когда-нибудь сможет вернуть.
Бар "Старый Якорь"
Дождь стучал по крыше бара, превращая окна в мутные потоки, за которыми мерцали неоновые вывески. Внутри пахло жареными крылышками, пивом и чуть затхлой деревянной стойкой. Именно здесь, в угловой кабинке с потертым красным винилом, они договорились встретиться.
Первым пришел Джордж. Он протиснулся между столиков в своем безнадежно растянутом свитере — сером, бесформенном, но хоть как-то скрывающем его новые формы. Бармен, толстый мужик с татуировкой якоря на предплечье, даже не поднял глаз, когда Джордж заказал виски.
— Эй, училка, — раздался незнакомый сексуальный голос.
Гейб вошел, каблуки его ботильонов громко цокали по полу. Он был в обтягивающих кожаных штанах и топе, который оставлял мало воображения насчет его "активов". На пальцах — черный лак, на губах — блеск.
— Ты… серьезно? — Джордж сглотнул.
— Аренду платить надо, — Гейб хлопнул по стойке кошельком, откуда торчала пачка купюр. — Тебе тоже советую.
Дверь распахнулась снова, и в бар влетел Поли — точнее, вплыл. Блондинистая, в джинсах с высокой талией и топе, открывающем плоский живот, он выглядел так, будто только что сошел со страниц глянца.
— Вы уже начали без меня? — Поли плюхнулся на сиденье, поправляя волосы.
— Ты… в порядке? — Джордж уставился на него.
— Лора купила мне абонемент в спортзал. Говорит, "раз уж ты теперь девушка, будь хоть подтянутой".
Гейб фыркнул:
— А мои подписчики говорят, что им нравятся «настоящие» формы.
— Ты завел OnlyFans?! — Поли аж поперхнулся своим коктейлем.
— А ты что, нет?
Джордж мрачно потянул виски.
— Меня сегодня снова вызвали к директору. Говорит, родители жалуются, что я "слишком отвлекаю" учеников.
— О, значит, ты еще держишься за работу? — Гейб хмыкнул. — Я уже месяц как официально "влиятельная личность".
— Ты шлюха, — пробормотал Джордж.
— А ты ханжа, — Гейб лениво потянулся, демонстрируя декольте. — Кстати, у меня для тебя скидка.
Поли закатил глаза:
— Боже, мы все по уши в дерьме.
— Зато красивом, — Гейб поднял бокал.
Они помолчали. За стойкой кто-то громко смеялся, телевизор показывал футбол, а дождь за окном превращался в ливень.
— Ладно, — Джордж вздохнул. — Кто-нибудь знает, как Хелен поживает?
Гейб злобно ухмыльнулся:
— Я бы с удовольствием ей жопу показал. В прямом эфире.
Поли вдруг засмеялся — нервно, истерично:
— Блин, мы же должны были просто напиться и посмотреть стриптиз!
— Вместо этого мы сами теперь стриптиз, — Гейб допил свой коктейль.
Бармен подошел с новой бутылкой:
— Девушки… вам еще что-то?
— Да, — Джордж мрачно ткнул пальцем в меню. — Самый крепкий у вас алкоголь.
— И картошку фри, — добавил Поли.
— С сырным соусом, — кивнул Гейб.
Они снова замолчали. Но теперь, хоть ненадолго, это было почти... нормально.
Трое друзей ещё не успели опустошить бутылку виски, когда к их столику подошли двое парней. Первый – высокий брюнет в обтягивающей рубашке, демонстрирующей накачанные руки, второй – рыжеватый, с хищной улыбкой и слишком уверенным взглядом.
— Места свободны? – брюнет жестом показал на пустующую половину кабинки.
Джордж хотел было резко отказать, но Гейб уже подвинулся, демонстративно выпятив грудь.
— Конечно, мальчики, присаживайтесь.
Поли под столом пнул его ногой, но Гейб только ехидно улыбнулся.
— Я Марк, а это Сэм, – представился брюнет, усаживаясь так близко к Джорджу, что тот невольно отодвинулся. – Вы здесь часто бываете?
— Первый раз, – буркнул Джордж, наливая себе еще виски.
— О, значит, нам повезло, – Сэм ухмыльнулся, его взгляд скользнул по фигуре Поли, задержавшись на открытом животе. – А вас как зовут, красотки?
— Поли, – тот ответил сквозь зубы, чувствуя, как Лора где-то там, в глубине его сознания, смеется над ним.
— А я Гейб, – Гейб протянул руку, нарочито медленно, чтобы Сэм мог рассмотреть его маникюр. – И да, я реальна.
Марк рассмеялся:
— О, мне нравится, когда девушка уверена в себе.
Джордж подавился своим виски.
— Эй, ты в порядке? – Марк тут же положил ему руку на спину, слишком тепло, слишком фамильярно.
— Да просто… поперхнулась, – Джордж отстранился, но парень не убирал ладонь.
— Знаешь, у тебя очень… выразительные глаза, – Марк наклонился ближе.
Гейб фыркнул в бокал:
— О боже, он использует «этот» прием.
Сэм тем временем уже переключился на Поли:
— Ты такая миниатюрная. Мне всегда нравились хрупкие девушки.
Поли покраснел.
— Я не… то есть…
— Она стесняется, – быстро вставил Гейб. – Но очень любит комплименты.
Сэм ухмыльнулся и пододвинулся еще ближе.
— А что ты любишь еще?
Джордж в отчаянии посмотрел на Гейба, но тот только поднял бровь, мол, «развлекайся, училка».
— Эй, а может, выпьем вместе? – Марк уже наливал Джорджу еще виски, его пальцы нарочито медленно скользнули по его запястью.
Джордж почувствовал, как по спине пробежали мурашки.
— Я…
— Она согласна , – Гейб перебил его. – Мы все согласны.
Поли ахнул, когда Сэм неожиданно обнял его за талию.
— Ты такая мягкая, – прошептал тот на ухо.
Гейб наблюдал за этим, явно получая удовольствие.
— Ну что, мальчики, – он налил всем по бокалу. – За новые знакомства?
Марк и Сэм чокнулись, их взгляды уже явно оценивали, кто из "девушек" сегодня пойдет домой не одна .
Джордж выпил залпом.
— Господи, я слишком стар для этого.
— Зато теперь ты горячая, – Гейб щелкнул его по лбу.
Поли фыркнул, но Сэм уже начал играть его волосами.
Бармен, наблюдавший за этой сценой, просто покачал головой и налил себе текилы.
"Чертова Хелен", – подумал Джордж. "Я убью ее".
Но пока что ему предстояло выжить в этом безумии.
И, возможно, не дать Гейбу организовать "групповуху".
Опять.
Вторая бутылка виски опустела под похабные шутки Сэма и мрачные вздохи Джорджа. Гейб уже развалился на лавке, демонстративно поправляя бретельку лифа, когда Марк внезапно сжал бедро Джорджа.
— Может, поедем ко мне? У меня отличный виски. И... джакузи.
Джордж поперхнулся.
— Я...
— Она стесняется, — Поли вдруг оживился, сбрасывая с себя сонного Сэма. — Но обожает джакузи. Правда, Дж?
Гейб закатил глаза:
— О боже, ты хочешь устроить ему свидание?
— Нет, я хочу, чтобы он перестал ныть, — Поли пнул Джорджа под столом. — Марк симпатичный. И явно не против "пышечек".
Марк подтвердил это, запустив пальцы в волосы Джорджа.
— Ты... очень необычная.
— Потому что я мужик в юбке, — пробормотал Джордж, но Марк только рассмеялся:
— Милая попытка.
Гейб вдруг встал, швырнув на стол пачку купюр.
— Ладно, детки, я иду зарабатывать на аренду. У меня в 2 ночи стрим.
Сэм оживился:
— Может, я подпишусь?
— Дорого, — Гейб щелкнул его по носу. — Но для тебя — скидка.
Поли фыркнул, наблюдая, как Сэм тут же достает телефон.
— Ты невозможен.
— А ты — следующий, — Гейб наклонился к нему. — Лора уже в курсе и ждет следующих фото. "Случайных".
Поли покраснел, но телефон уже вибрировал с сообщением:
«Приведи его. Я приготовила сюрприз».
Сэм, не подозревая о подвохе, обнял Поли за талию:
— Ты вся дрожишь.
— От ужаса, — прошептал Поли.
Джордж в это время безуспешно пытался отодвинуться от Марка:
— Послушай, я...
— Ты слишком много говоришь, — Марк притянул его за подол свитера. — Давай проверим, чем ты еще умеешь занимать рот?
Гейб, уже у двери, обернулся:
— Ну что, училка?
Джордж закрыл глаза.
— Черт вас всех побери.
Но когда Марк накрыл его ладонью под столом, он не оттолкнул его.
Бармен, вытирая стаканы, вздохнул:
— Лучше, чем реалити-шоу.
Дождь хлестал по окнам пентхауса Марка, превращая ночной город в размытое полотно огней. Джордж стоял посреди ванной комнаты размером с его бывшую спальню, сжимая в потных ладонях бокал виски.
— Нравится? — Марк щелкнул выключателем.
Гидромассажная ванна засияла синевой, пар поднимался к позолоченному потолку.
— Чрезмерно, — пробормотал Джордж.
Марк рассмеялся, сбрасывая рубашку. Мышцы пресса играли под светом LED-подсветки.
— Ты забавная.
—Я не... — Джордж замолчал, когда пальцы Марка коснулись его талии под свитером, расстёгивая ремень джинсов.
— Стесняешься? — тёплое дыхание коснулось его шеи. — Позволь помочь тебе.
Марк стянул свитер через голову Джорджа. Джинсы, лишившись поддержки, упали сами. Под ним не было ничего, и Джордж застыл, ощущая, как капли пота скатываются между грудей.
— Боже, ты великолепна, — Марк обвел его взглядом, задержавшись на мужских боксерах обтянувших пышные бедра.
Джордж попытался прикрыться руками:
— Послушай, мне кажется...
— Шшш. — Палец прижался к его губам. — Вода остывает.
Погружение в джакузи стало блаженством. Горячие струи массировали спину, но расслабиться не получалось — Марк усаживался напротив, его голени скользили вдоль Джорджа.
— Так лучше? — Рука с бокалом виски протянулась над пузырящейся водой.
— Я... да. — Джордж сделал глоток, чувствуя, как алкоголь смешивается с адреналином.
Марк внезапно наклонился вперед:
—— Знаешь, что меня возбуждает? — спросил Марк, касаясь пальцами коленки Джорджа.
— Что именно? — спросил Джордж, слегка поперхнувшись.
— Твой голос, — Марк сжал его колено. — Эта хрипотца… такой мужественный тембр.
Джордж аж подпрыгнул, обдав соседа брызгами:
— Ты... что?
— О да. — Марк оскалился. — Я с первого взгляда понял. Ты не такая, как все.
Струи воды внезапно сменили траекторию. Одна из них ударила прямо между ног Джорджа.
— Черт! — Он вскочил, но Марк уже был рядом, прижимая его мокрой спиной к краю ванны.
— Расслабься, — губы скользнули по его уху. — Я обожаю... сложные случаи.
Джордж застонал, когда зубы впились в его плечо. Руки Марка скользили по животу, опускаясь ниже...
— Подожди, — Джордж схватил его за запястье. — Ты же понимаешь, что я...
— Неужели девственница? — Марк усмехнулся. — Детка, тогда у меня в шкафу есть вещи, которые тебя шокируют.
На тумбочке замигал телефон. Гейб прислал фото: Поли в наручниках, Лора со страпоном и подпись "Ты следующая "
— Блядь, — прошептал Джордж.
— Именно этим мы и займемся, — Марк достал из ниши бутылку масла. — Если, конечно, твой "грубый голосок" не против?
Джордж посмотрел на свое отражение в зеркале: растрепанные волосы, алые губы, грудь, поднимающуюся от частого дыхания...
— Черт с тобой, — он рванул Марка за волосы. — Но кончишь первым.
Джордж крепко сжал мраморный край джакузи, когда Марк медленно и нежно провёл языком по его шее, оставляя за собой огненный след. В то же время его руки скользили по телу Джорджа, снимая последнюю преграду — боксёры.
— Ты дрожишь, — прошептал Марк, прикусывая кожу в том месте, где пульс бился, как сумасшедший.
— От... от холода, — выдохнул Джордж, но предательский стон вырвался, когда ладонь скользнула по его груди, большим пальцем проводя по набухшему соску.
Марк усмехнулся:
— Лжешь так же плохо, как одеваешься.
Пальцы впились в бедра, резко раздвигая их. Джордж ахнул — струи воды били прямо в самые чувствительные места, пульсируя в такт его учащенному дыханию.
— Вот видишь, — Марк прижал его спиной к себе, давая почувствовать твердое возбуждение. — Твое тело знает правду.
Джордж закинул голову, когда губы обхватили его сосок, зубы слегка сжали нежную кожу. Волны удовольствия прокатились до самых кончиков пальцев.
— М-марк...
— Мне нравится, как ты кряхтишь, — Марк провел языком по его ключице, одновременно опуская руку между ног. — Как настоящий мужик.
Джордж вздрогнул — его новое тело отзывалось на каждое прикосновение с невероятной остротой. Пальцы Марка скользнули по влажным складкам, находили тот самый чувствительный бугорок...
— Блядь! — Джордж выгнулся, ногти впиваясь в плечи Марка.
— Тише, училка, — Марк прикусил его ухо, пальцы ускоряя ритм. — Или хочешь, чтобы услышали соседи?
Джордж не ответил — его голос сорвался на высокий стон, когда волна оргазма накрыла с головой. Тело напряглось, затем обмякло в объятиях Марка.
Но передохнуть не дали — сильные руки перевернули его, прижав животом к прохладному мрамору.
— Первый раунд мой, — прошептал Марк, проводя пальцами по его позвоночнику. — А теперь... главный приз.
Джордж услышал, как открывается флакон с лубрикантом, почувствовал, как капли теплой жидкости стекают по его ягодицам...
— Расслабься, — Марк наклонился, губы коснулись его плеча. — Иначе будет больно.
Первый палец вошел легко — тело, несмотря на протесты разума, уже было готово. Второй заставил застонать глубже.
— Ты... делал это раньше, — пробормотал Джордж, чувствуя, как Марк находит ту самую точку внутри.
— Угадал, — Марк усмехнулся, добавляя третий палец. — Но сегодня — только для тебя.
Когда он вошел, Джордж закричал — сначала от непривычного давления, затем от нарастающего удовольствия.
— Боже... ты... — слова терялись, когда Марк начал двигаться, каждый толчок задевая ту самую чувствительную зону.
— Скажи, кто тебя трахает, — Марк схватил его за волосы, прижимаясь всем телом.
— Ты... ааа... чертов...
— Правильный ответ.
Ритм ускорился. Джордж чувствовал, как нарастает новое напряжение — его собственное возбуждение снова давало о себе знать.
— Кончаешь второй раз, да? — Марк обхватил его член, синхронизируя движения. — Грязная девочка...
Взрыв света перед глазами. Тело затряслось в экстазе, за ним последовал Марк — горячая волна наполнила его изнутри.
Они рухнули на дно джакузи, дыша как на финише марафона.
— Ну что, училка? — Марк лениво провел пальцем по его спине. — Готова к домашнему заданию?
Джордж, все еще дрожа, поднял средний палец.
Где-то в ночи завыла сирена.
"Черт побери",— мелькнуло в голове.
"Я... мне понравилось".
Марк подхватил Джорджа на руки, как невесту – его новое тело оказалось удивительно легким. Капли воды с их кож падали на паркет, оставляя мокрый след до королевской кровати с черным шелковым бельем.
"Ты слишком много говоришь," – прошептал Марк, швыряя его на простыни. – "Давай займемся чем-то полезным."
Марк перевернул его на спину и с силой развёл его колени в стороны.
«Ты видишь этот зеркальный потолок?» — спросил он, не тратя время на прелюдии и прижимая голову Джорджа к постели одной рукой. — «Посмотри, как ты выглядишь, когда я тебя трахаю».
Джордж в изумлении уставился на своё отражение, которое, с растрепанными волосами и полуоткрытым ртом, смотрело на него сверху. Марк двигался с невероятной силой, каждый его толчок заставлял грудь Джорджа вздыматься в унисон с его движениями.
Не дав Джорджу опомниться, Марк оказался у его лица и, схватив за волосы, произнес: "Покажи, чему ты учила детей на литературе".
"Алгебре, я учу их алгебре..." — хотел возразить Джордж, но его слова были прерваны, когда Марк прижался к его губам. На глазах Джорджа появились слезы, а Марк начал ритмично двигаться, задавая темп. Руки Джорджа беспомощно вцепились в простыни, в то время как его губы с наслаждением принимали член, словно изысканный десерт.
"Теперь моя очередь," – с неожиданным напором произнес Джордж, с легкостью переворачивая Марка на спину.
Он устроился сверху, медленно скользя вниз по возбужденному члену, с наслаждением наблюдая за изумлением на лице своего партнера.
"Учитель тоже кое-что знает," – проворчал он, начиная двигаться и чувствуя, как мышцы Марка напрягаются под ним.
Марк не позволил ему закончить фразу – он резко поднял Джорджа и прижал его к стене. Одним мощным движением он снова оказался внутри, поднимая бедра Джорджа в такт своим движениям.
"Кончи со мной," – потребовал он, его рука крепко сжимала бедра Джорджа, вторя его движениям.
Оргазм настиг их одновременно: Марк вошёл в него до конца, ощущая, как горячая волна извергается из него, и в этот момент пальцы Джорджа с силой впились в спину Марка, выражая его страсть и желание.
На рассвете они лежали в беспорядке, окружённые спермой, потом и смятыми простынями. Марк курил, наблюдая, как первые лучи солнца играют на груди Джорджа.
"Что, училка? Собираешься жаловаться директору?" — спросил Марк с ухмылкой.
Джордж лишь покачал головой, не открывая глаз. Где-то в телефоне пиликали сообщения от Гейба, но ему было всё равно.
Впервые за этот проклятый год он чувствовал себя... собой.
И это было страшнее всего.
«Гардероб для новой жизни»
Джордж стоял перед зеркалом в своей спальне и с недовольством разглядывал свой мешковатый свитер, который теперь висел на нём, как мешок для картошки. Даже его старые джинсы, которые раньше сидели идеально, теперь сползали с бёдер, обнажая полоску кожи над бельём.
— Чёрт возьми! — воскликнул он, с досадой снимая свитер.
Завибрировал телефон, и Джордж увидел сообщение от Гейба:
«Ты всё ещё носишь эти ужасные балахоны? Мне так стыдно за тебя. Приезжай, исправим ситуацию. Адрес пришлю».
Джордж закатил глаза, но всё же ответил:
«Только если без твоих „креативных“ идей».
В ответ Гейб прислал смайлик с подмигивающим взглядом.
---
Бутик «Silhouette»
Джордж замер на пороге. Магазин был шикарным — мягкое освещение, зеркала в золотых рамах, вещи, которые выглядели так, будто их никогда не носили.
— Не бойся, не укусят, — раздался знакомый голос.
Гейб вышагивал к нему на каблуках, одетый в облегающее чёрное платье и кожаную куртку. Его макияж был безупречен, а взгляд — «Я знаю, что ты здесь полный ноль».
— Я не уверен, что это моё, — Джордж мотнул головой в сторону витрины с кружевными корсетами.
— О, милый, твоё «моё» сейчас — это мешковатые вещи, которые кричат «Я в депрессии», — Гейб схватил его за руку и потащил внутрь. — Но мы это исправим.
Продавщица, элегантная женщина лет пятидесяти, оценила Джорджа взглядом профессионала.
— У вас прекрасный тип фигуры, — сказала она. — Прямые линии, но с акцентом на талию.
— Вот видишь! — Гейб хлопнул в ладоши. — Берём блейзер с подплечниками, пару водолазок и обязательно эти брюки с высокой посадкой.
Джордж попытался возразить, но его тут же затолкали в примерочную.
— Чёрт, — Джордж косился на себя в зеркале.
Тёмно-синие брюки действительно сидели идеально — подчёркивали бёдра, но не сковывали движений. Водолазка облегала грудь, но не выглядела вульгарно.
— Выходи, покажи! — Гейб стучал в дверь.
Джордж глубоко вздохнул и вышел.
Гейб замер, затем медленно обошёл его по кругу.
— О да… — он щёлкнул языком. — Теперь ты выглядишь как учительница, которую все папы хотят вызвать на родительское собрание.
— Это комплимент? — нахмурился Джордж.
— Лучший из возможных, — Гейб сунул ему в руки ещё одну стопку вещей. — Теперь примеряем это.
Час спустя, Джордж сидел на диване, окружённый пакетами. Он даже не представлял, что в его жизни будет день, когда он купит:
- Два блейзера (один — классический, второй — с намёком на бунтарство).
- Три пары брюк (высокая посадка, зауженные книзу).
- Водолазки и шёлковые блузы (чтобы «не выглядеть как монашка»).
- Одно *маленькое* чёрное платье (на случай «если Марк снова позовёт в джакузи»).
— Ну что, — Гейб ухмыльнулся, — признай, ты себе нравишься.
Джордж хотел огрызнуться, но…
Он действительно нравился себе в этом новом образе.
— Ладно, — он потёр переносицу. — Спасибо.
— Не за что, — Гейб подмигнул. — Но если Марк спросит, кто тебя так стильно одел, скажи, что это твой вкус. Я не хочу, чтобы он мне писал.
Джордж фыркнул, но в углу рта дрогнула улыбка.
На следующее утро Джордж пришёл на работу в новом блейзере.
Директор, проходя мимо, остановился, поднял бровь и сказал:
— Наконец-то что-то приличное.
Ученики не пялились.
Ну… почти не пялились.
А Марк прислал сообщение:
«Приходи сегодня. Хочу посмотреть, как это всё выглядит… на полу.»
Джордж покраснел, но ответил:
«Только если без джакузи.»
Гейб, конечно, узнав об этом, обязательно пришлёт ему ссылку на кружевное бельё.
Но это уже совсем другая история.
Через два дня Джордж стоял перед зеркалом в своей спальне, перечитывая сообщение от Марка: "Заберу в 8. Будь готова." Готов? Какая ирония! Он, бывший учитель алгебры с руками, испачканными мелом, теперь дрожал перед свиданием, как девочка-подросток.
Телефон завибрировал — это был Гейб, конечно же. "Ты даже не представляешь, какой ад тебя ждёт. Выезжаю через 10 минут."
Гейб ворвался как ураган, пахнущий дорогим парфюмом и безалаберностью. "О боже, ты серьёзно собрался в этом?" - он швырнул в угол засаленную толстовку Джорджа, которая была его последним оплотом мужественности. "Слушай сюда, училка. Сегодня ты станешь богиней. Или умрёшь в процессе."
Первая остановка - салон красоты "Фиалка". Джордж съёжился в кресле, пока стилистка с розовыми волосами щупала его гриву. "О, у вас такой густой волос! Будем делать каскадное каре с градуировкой." Гейб одобрительно хлопал в ладоши: "Да! Чтобы ветер играл прядями когда ты выходишь из ресторана!" Ножницы застрекотали, пряди падали на плечи. Когда зеркало повернули, Джордж увидел незнакомку - изящную, с стрижкой, подчёркивающей линию скул.
Маникюрный кабинет стал полем боя. "Нет, чёрт возьми, никакого красного!" - рычал Джордж, когда Гейб тыкал в каталог. Компромиссом стал "пыльный розовый" - почти незаметный, но делающий руки ухоженными. Педикюр он перенёс как пытку - щекотно, унизительно, но странно приятно. Особенно когда мастер массажировала его новую, странно изящную ступню.
"Теперь святая святых" - Гейб тащил его в бутик нижнего белья. Джордж готов был провалиться сквозь землю, когда консультантка смерила его взглядом и принесла... "Комплект из французского кружева, push-up с косточками и трусики-бандо. Для вашего типа груди - идеально." В примерочной Джордж краснел, глядя на своё отражение в зеркале. Чёрт, оно... подчёркивало все изгибы, делая их одновременно соблазнительными и изящными. Гейб просунул голову в занавеску: "О да! Марк умрёт. В хорошем смысле."
Основной наряд выбирали три часа. "Нет, это платье кричит 'возьми меня сейчас', а нам нужно 'я могу позволить тебе купить мне ужин сначала'" - философствовал Гейб, перебирая вешалки. В итоге остановились на тёмно-синем платье-футляре до колен, подчёркивающем талию, с разрезом, достаточно скромным, но обещающим намёк. Каблуки - всего 5 см, "чтобы не сломать шею, дорогой".
Финальный аккорд - макияж. Визажистка Алиса работала как хирург: "Немного контуринга, чтобы подчеркнуть скулы... Тональник с лёгким сиянием... Тушь только для объёма, не для длины..." Когда она закончила, Джордж не узнал себя. Его глаза казались больше, губы - чуть полнее, кожа - сияющей, но без вульгарности.
Гейб вручил ему маленькую сумочку ("Нет, твой кошелёк туда не влезет, возьми только карту и помаду") и поставил перед зеркалом. "Ну что, мисс Бэнкс? Готова покорять мир?"
Отражение отвечало уверенностью, которой Джордж не чувствовал. Девушка в зеркале была элегантна, сексуальна и... страшно напоминала его новую реальность.
Когда в 8:01 раздался звонок домофона, Джордж глубоко вдохнул. "Ты королева", - прошептал Гейб, поправляя ему прядь. "Теперь иди и напомни ему, кто здесь главный."
Лифт двигался медленно, и Джордж наслаждался ощущением лёгкого кружева, нежно касающегося его кожи, и туфель, которые придавали его походке грациозность. Лёгкие духи с ароматом жасмина наполняли воздух вокруг него.
Когда двери лифта распахнулись, Марк, стоявший снаружи, уронил сигарету. Его взгляд скользнул вверх, задержавшись на разрезе платья, и он тихо произнёс: «Боже... Джордж?»
«Джей», — поправил он, внезапно осознавая, насколько значим этот момент. «Сегодня я — Джей»."
Марк протянул руку, и Джордж - нет, Джей - принял её, зная, что обратного пути нет. И, странное дело, он больше не хотел назад.
Ресторан «La Luna» оказался уютным местом с приглушённым светом и столиками, расположенными так, чтобы обеспечить интимность. Джордж – нет, «Джей» – чувствовал, как взгляды других гостей скользят по нему, но не с осуждением, а с восхищением. Марк заказал вино, его пальцы то и дело касались руки Джей, оставляя лёгкие мурашки.
— Ты выглядишь потрясающе, — прошептал Марк, его голос звучал низко и бархатисто.
— Спасибо Гейбу, — Джей улыбнулся, но внутри дрожал.
— Нет, — Марк наклонился ближе, губы почти касаясь его уха. — Спасибо тебе.
Ужин прошёл в лёгком головокружении. Вино, смех, случайные прикосновения – всё это сливалось в один горячий клубок желания. Когда Марк предложил «продолжить у него», Джей лишь кивнул, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.
Дверь в квартиру Марка едва успела закрыться, как его губы нашли шею Джей. Поцелуи были жадными, влажными, оставляя следы на коже.
— Я весь день думал о том, как сниму это платье, — прошептал Марк, пальцы скользнули по молнии на спине.
Ткань соскользнула на пол, открывая кружевное бельё. Марк замер, его взгляд скользил по каждому изгибу.
— Боже… ты ещё красивее, чем я представлял.
Джей почувствовал, как кровь приливает к щекам, но Марк не дал ему застесняться. Его руки скользнули по бёдрам, подхватив Джей, чтобы перенести на кровать.
Марк бережно, словно дорогой десерт, целовал каждый сантиметр её тела. Его губы нежно скользили по шее, груди, животу, останавливаясь там, где пульс бился особенно часто.
— Ты такая чувствительная, — прошептал Марк, прежде чем его язык коснулся самого сокровенного места.
Джей громко вскрикнул, его пальцы с силой сжали простыни. Ощущения были настолько интенсивными, что казались «невыносимыми». Каждый нежный укус, каждое круговое движение языка доводили его до предела.
— Марк… я…
— Ещё нет, — Марк поднялся, оставив его дрожать.
— На колени, — приказал он, голос звучал твёрдо.
Джей повиновался, чувствуя, как его новое тело жаждет подчинения. Пальцы Марка впились в его волосы, направляя.
— Покажи, как ты благодарна за ужин.
Губы обхватили член, язык скользнул по всей длине. Джей старался, как мог, вспоминая всё, что когда-то делали ему самому.
— Хорошая девочка, — прошептал Марк, двигая бёдрами.
Когда Марк вошёл в него, Джей, не удержавшись, издал стон — сначала от непривычного ощущения растяжения, а затем от нарастающего удовольствия.
— Смотри на меня, — произнёс Марк, сжимая его бёдра.
Джей взглянул в глаза Марка, и в них он увидел «тот самый» огонь. Ритм их движений ускорился, и каждый толчок достигал той самой точки, от которой у него темнело в глазах.
— Я… не могу… — выдохнул он.
— Кончай, — прошептал Марк.
И Джей взорвался, волны удовольствия накрывая с головой. Марк последовал за ним, заполняя его горячей пульсацией.
На рассвете они лежали в спутанных простынях, Джей прижимался к груди Марка, слушая его сердцебиение.
— Ну что, училка? – Марк лениво провёл пальцами по его спине. – Готова к повторному уроку?
Джей лишь застонал, но улыбка выдавала его.
Где-то в городе Гейб, наверное, чувствовал странное удовлетворение. А Джей… Джей чувствовал себя «собой».
И это было лучше всего.
«Поли»
Дверь квартиры Поли захлопнулась с глухим стуком, отрезая их от внешнего мира. В прихожей пахло ванилью и чем-то сладко-пряным — Лора явно зажгла ароматические свечи.
— Твоя подруга дома? — Сэм прижал Поли к стене, его руки скользнули под облегающий топ, нащупывая чувствительные соски.
— Ага… — Поли выдавил из себя, чувствуя, как горячее дыхание Сэма обжигает шею. "Черт, Лора, где ты?!"
Ответ пришел мгновенно.
— Ну наконец-то! — Из гостиной вышла Лора, но не та Лора, которую знал Поли. «Эта» была в черном кружевном корсете, чулках с подвязками и… внушительном страпон-поясе фиолетового оттенка.
Сэм замер.
— Э… привет?
— О, милый, ты даже лучше, чем на фото! — Лора подошла, игриво щелкнув резиновым ремешком. — Я так давно мечтала попробовать… мм… «групповой формат».
Поли почувствовал, как по спине пробежал холодок.
— Лора, мы же договаривались только про…
— Сюрприз, дорогой! — Она поманила их за собой в спальню, где на кровати уже ждали наручники, бутылка лубриканта и… огромная вибратор-насадка.
Сэм, похоже, только сейчас осознал ситуацию.
— Погодите, вы… вы пара?!
— Были, — Лора толкнула Поли на кровать. — А теперь он моя «игрушка». И, если хочешь уйти живым, ты тоже.
Ее пальцы ловко расстегнули джинсы Поли, обнажая его уже влажную от возбуждения киску.
— Боже… — Сэм ахнул, его член напрягся в брюках. — Ты… ты «мокренькая»?!
Поли закрыл лицо руками.
— Я не могу это контролировать в этом теле!
Лора рассмеялась, натягивая латексные перчатки.
— Мальчики, вы даже не представляете, как я долго ждала этого момента!
Лора пристегнула Поли наручниками к изголовью, ее страпон блестел в свете ночника. Сэм, уже голый, с членом, который явно не ожидал такого вечера, неуверенно пристроился между ног Поли.
— Расслабься, — Лора налила лубриканта на пальцы. — Сначала я.
Холодный гель, затем жгучее растяжение — Поли вскрикнул, когда ее пальцы вошли в него.
— Ты такой тугой… — она прошептала на ухо. — Как будто в первый раз.
Сэм, наблюдавший за этим, резко сглотнул:
— Вы… вы делали это раньше?
— Нет, — Поли застонал. — Она просто издевается.
Лора не спеша ввела в него страпон, одновременно направляя член Сэма к его киске.
— Готовься, дорогой.
Проникновение было мучительным и божественным одновременно. Сэм вошел в него спереди, заполняя до глубины, а Лора — сзади, растягивая до предела.
— Бляяядь! — Поли выгнулся, его тело вздрогнуло между ними.
Они двигались в противофазу — когда Сэм входил, Лора выходила, создавая «безумное» давление. Поли ничего не мог сделать, кроме как стонать, его киска сжималась вокруг члена Сэма, а анус горел от страпона.
— Она так сжимается… — Сэм застонал.
— А ты представь, что она «был парнем» неделю назад, — Лора игриво ускорила темп.
Сэм замер.
— ЧТО?!
Шок только подстегнул его — он вжал Поли в матрас, входя «еще глубже», пока Лора доводила их обоих.
Поли кончил первым — волнами, с криком, которое перешло в рычание. Сэм, не выдержав, заполнил его горячей спермой, а Лора… просто рассмеялась, снимая страпон.
— Ну что, Сэмми? Теперь ты веришь в магию?
Сэм, бледный, сидел на краю кровати, пялясь на Поли:
— Ты… это… *был мужиком*?!
Поли, все еще прикованный наручниками, простонал:
— Да. И теперь мне нужен виски.
Лора уже доставала телефон:
— Отлично! Потому что у меня «есть» видео для OnlyFans Гейба. Она заплатит нам процент.
Сэм упал лицом в подушку.
Поли понял — этот год будет долгим.
Лора провела ладонью по дрожащему животу Поли, чувствуя как его новая кожа покрывается мурашками под её прикосновениями. "Так чувствительно..." – прошептала она, целуя внутреннюю поверхность бедра, где пульсировала нежная плоть. Её пальцы скользнули ниже, обнаруживая уже влажную готовность – тело Поли, вопреки его мужскому сопротивлению, отчаянно реагировало на каждую стимуляцию.
"Ты уже мокрая", – Лора ухмыльнулась, демонстративно вытащив блестящие пальцы и размазав влагу по его дрожащим губам. Поли застонал, закрывая лицо руками – этот звук, высокий, женственный, заставлял его сжиматься от стыда.
Сэм, всё ещё находясь под впечатлением от открывшейся правды, не мог отвести взгляд от соблазнительных округлостей Лоры, которые соблазнительно покачивались в такт её движениям. «Если это какая-то иллюзия... то я готов в неё погрузиться», – пробормотал он, чуть более грубо, чем намеревался, обхватывая её бёдра.
Лора вскрикнула, когда он вошёл в неё с силой. Её тело податливо приняло его, а свободной рукой она продолжала играть с Поли, её пальцы скользили внутрь с легкостью, которую она никогда раньше не испытывала.
«Он... она... боже, как же хорошо», — Сэм зарычал, ускоряя темп. Его бёдра шлепали по её телу, а пальцы впивались в мягкую плоть.
Поли лежал с закрытыми глазами, наслаждаясь ласками Лоры. Она нежно касалась его губами, а её пальцы медленно, но уверенно погружались внутрь. Двойная стимуляция вызывала у него невероятную гамму ощущений, заставляя выгибаться и обхватывать ногами спину Лоры, словно притягивая её ближе.
"Кончаешь?" – Лора дразняще прошептала, чувствуя как его бёдра начинают дёргаться. Ответом стал только сдавленный стон и внезапный поток тепла между их телами.
Увидев это, Сэм утратил последние крохи самоконтроля. Его движения стали резкими и хаотичными, пока он с хриплым рыком не проник в Лору до самого основания, наполняя её горячим пульсирующим потоком.
Тишину в комнате нарушало только тяжёлое дыхание.
"Ну что..." – Лора первой нарушила молчание, с удовлетворением наблюдая, как сперма Сэма вытекает по её бёдрам, – "...кто-то ещё сомневается в моих педагогических способностях?"
Поли закрыл глаза, осознавая, что это только начало. Где-то в городе Гейб, вероятно, снимал очередной ролик, а Джордж... Бедный Джордж, похоже, сейчас узнавал, что Марк обожает ролевые игры с переодеваниями.
Три обнажённых тела, покрытых лёгким слоем пота и другими следами недавней страсти, неспешно переместились на кухню под мягкий свет холодильника. Лора, всё ещё с лёгкой дрожью в бёдрах после бурного финала, доставала остатки вчерашней пасты, когда её пальцы вдруг замёрли на ручке холодильника.
"Знаешь, Сэм,“ — её голос звучал непривычно задумчиво, пока она поворачивалась к нему, демонстративно прислонившись голой поясницей к холодному металлу. — Ты... не думал о более постоянных отношениях?
Сэм, чьи пальцы в этот момент как раз скользили по чувствительной внутренней поверхности бедра Поли, замер с куском салями на полпути ко рту. "Эээ..."
Поли фыркнул, отбивая его руку: "Она предлагает тебе переехать. Видимо, её не удовлетворило просто выебать нас обоих по очереди."
Лора лишь улыбнулась, медленно поднося виноградину к губам и демонстративно раздавливая её зубами. "Я предлагаю... эксперимент." Её босые ступни скользнули по кафелю, приближаясь к Сэму, свободной рукой уже намереваясь схватить его вновь набухшие яйца. "Ты явно получаешь удовольствие от... нестандартных ситуаций."
Сэм закашлялся, когда её пальцы коснулись его вновь пробудившегося интереса: «Вы серьёзно? Мы же только что...»
"А теперь подумай..." - Лора опустилась на колени перед ним, её горячее дыхание обжигало кожу, - "...представь: завтрак, где ты будешь кормить нас обоих... с рук." Её язык обрисовал контур, заставив Сэма дёрнуться. "Обеды, когда я буду звонить тебе с работы... и рассказывать, как Поли готовит нам ужин... в одном фартуке."
Поли покраснел до корней волос: "Чёрт возьми, Лора..."
Но она не останавливалась, одна рука уже скользила между бёдер Поли, находя доказательство, что его тело реагирует на эту идею вопреки протестам. "Вечера..." - её пальцы вошли в Поли с лёгкостью, привычной после месяцев практики, - "...когда ты будешь решать, кому из нас сегодня... уделить внимание первым."
Сэм застонал, его пальцы впились в Лорины волосы, когда она наконец взяла его в рот, не прекращая стимулировать Поли. Кухня наполнилась звуками - чавканье, стук ножа, упавшего на пол, прерывистое дыхание.
"И ночи..." - Лора на мгновение оторвалась, оставляя блестящий след на его члене, - "...когда мы будем будить тебя... вот так." Её палец резко вошёл в Поли, заставив того вскрикнуть и схватиться за край стола.
Сэм сглотнул. "Я... черт возьми, да." Его руки потянулись к обоим одновременно, одна сжала Лорину грудь, другая зарылась в волосы Поли, притягивая его к себе для жадного поцелуя.
Лора улыбнулась над их сплетёнными телами, подбирая упавший кусок сыра: "Отлично. Тогда с завтрашнего дня начинаем новую жизнь." Её зубы вонзились в сыр с тем же удовлетворением, с каким через мгновение её губы обхватили Сэма снова, а пальцы продолжали играть с Поли, чьи протесты быстро превращались в стон.
Холодильник гудел, освещая эту сцену - три фигуры, сплетённые в странный, но идеально работающий механизм. Где-то в городе начинался рассвет, но на этой кухне царила своя собственная, тёплая вселенная.
«Гейб»
Дождь хлестал по асфальту, превращая улицы в чёрные зеркала, в которых отражались неоновые вывески массажных салонов и круглосуточных магазинов. Гейб шёл по тротуару, высокие каблуки его ботильонов щёлкали по мокрому бетону, а тонкий шёлковый плащ развевался за ним, как тень. Он нёс в руке дорогую коллекционную сумку — подарок от одного из подписчиков. Внутри лежал набор дорогого белья, вибратор с дистанционным управлением и пачка презервативов. "На всякий случай", — усмехнулся он про себя.
Сегодня у него был особый заказ.
---
Клуб «Красный бархат» поражал своим интерьером: зеркальные стены, низкие диваны, приглушённый свет, который создавал атмосферу тёплого багрового оттенка. Гейб прошёл мимо охраны, кивнув знакомому вышибале — внушительного вида мужчине с татуировкой паука на шее.
— Опять на работу? — хрипло спросил тот.
— Не работа, а искусство, — Гейб провёл рукой по своему декольте, подчёркивая каждое слово.
В глубине зала, за столиком под балдахином из чёрного тюля, его уже ждал клиент. Молодой человек был хорошо одет, его серые глаза излучали холод, а манеры были безупречными. Он представился как *Алекс*.
— Ты ещё красивее, чем на фото, — сказал он, разглядывая Гейба так, будто оценивал лошадь на аукционе.
— Спасибо, дорогой, — Гейб опустился на диван рядом с ним, чувствуя, как мужчина напрягся от его близости. — Так что будем делать?
Алекс медленно вынул из кармана конверт, набитый купюрами.
— Я хочу шоу. Но не здесь.
Гейб приподнял бровь.
— Дорогой, если ты думаешь, что я поеду куда-то с незнакомцем...
— Мой пентхаус. Всё легально, контракт подписан, охрана на входе. — Алекс скользнул пальцем по его запястью. — И двойная оплата.
Гейб задумался на секунду. *"Чёрт, а почему бы и нет?"*
Лобби сверкало хромом и мрамором. Лифт поднял их на последний этаж, где стеклянные стены открывали вид на весь город, утопающий в дожде и огнях.
Алекс разлил шампанское, но Гейб не притронулся к бокалу.
— Правила, дорогой. Никакого алкоголя на работе.
— Какая дисциплина, — Алекс ухмыльнулся. — Мне это нравится.
Он нажал кнопку на пульте, и комната погрузилась в полумрак. Заиграла музыка — что-то томное, с тяжёлым битом.
— Раздевайся.
Гейб рассмеялся.
— Ох, милый, ты думаешь, всё так просто?
Но он знал правила игры. Медленно, с намёком на театральность, он сбросил плащ. Потом — топ, обнажая грудь, которая, несмотря на все его проклятия в её адрес, была «идеальной».
Алекс замер, его дыхание участилось.
— Боже...
Гейб улыбнулся. Он привык к этой реакции.
— Тебе нравится?
Вместо ответа мужчина схватил его за талию и притянул к себе. Гейб почувствовал его возбуждение через тонкую ткань брюк.
— Я заплатил за шоу, — прошептал Алекс. — Так покажи мне его.
Гейб отстранился, делая вид, что обижен.
— Терпение, дорогой. Всё по плану.
Он опустился на колени, медленно расстёгивая ремень Алекса.
Солнце пробивалось сквозь шторы, когда Гейб вышел из пентхауса. Конверт с деньгами был припрятан в его сумке, а телефон гудел от сообщений.
— Ну как, удачно? — написал Поли.
Гейб ухмыльнулся и отправил фото купюр, разложенных на кровати.
— Аренда оплачена.
— А клиент?
— Доволен.
Он закурил, глядя на город. Где-то там Джордж, наверное, мучился от похмелья, а Поли отчитывался перед Лорой.
А Гейб?
Он просто шёл вперёд.
В конце концов, «кто-то» должен был наслаждаться этой новой жизнью.
Конверты становились толще, а запросы — изощреннее.
Алекс оказался не просто богатым клиентом — он был «одержим». После той первой ночи его сообщения сыпались на Гейба ежечасно:
"Хочу снова тебя видеть."
"Назови цену."
"Я хочу купить тебя на месяц."
Гейб читал это, развалившись на кровати в своём новом лофте (спасибо OnlyFans), и смеялся. Он больше не был тем потрёпанным строителем, который боялся не оплатить аренду. Теперь он сам устанавливал правила.
«Встреча в Golden Tower»
Апартаменты Алекса в этом месте напоминали что-то из фильма про миллиардеров: хрустальные люстры, кожаные диваны, терраса с видом на весь город. Гейб вошёл, как всегда — с вызовом, в чёрном корсете, подчёркивающем его талию, и шпильках, которые заставляли его ноги казаться бесконечными.
Алекс сидел у камина с бокалом виски. Его глаза мгновенно пробежались по фигуре Гейба, задерживаясь на каждом изгибе.
— Ты опоздала на двадцать минут.
— А ты заплатил за час, — Гейб бросил сумочку на диван. — Расслабься, дорогой.
Он подошёл к Алексу, намеренно медленно, чувствуя, как тот напрягается.
— В этот раз я хочу кое-что особенное, — Алекс поставил бокал и провёл пальцем по контуру корсета.
— О, мне нравится, когда ты говоришь "особенное", — Гейб присел на подлокотник кресла, позволяя мужчине разглядывать себя. — Но это будет стоить...
— Я знаю.
Алекс достал чековую книжку. Гейб с любопытством наблюдал, как он выписывает цифры с несколькими нулями, и ощутил лёгкий трепет. «Чёрт возьми, а ведь я могу запросить ещё больше!» — мелькнула мысль.
— И что же ты хочешь? — он наклонился ближе, чтобы его губы почти касались уха Алекса.
— Я хочу, чтобы ты был моей. Только моей. На месяц.
Гейб замер.
— Дорогой, я не продаюсь в рабство.
— Не рабство, — Алекс схватил его за запястье. — Эксклюзив. Никаких других клиентов. Никакого OnlyFans. Только я.
Гейб засмеялся, но в его голове уже крутились цифры.
— А если я откажусь?
— Тогда я найду другую.
Гейб знал, что это блеф. Алекс смотрел на него так, будто готов был продать душу за один его взгляд.
— Месяц, — он медленно провёл языком по губам. — Но я устанавливаю правила.
Алекс ухмыльнулся.
— Какие?
— Первое: никаких БДСМ. Второе: я решаю, когда мы останавливаемся . И третье... — Гейб наклонился, чтобы его следующая фраза прозвучала как обещание и угроза одновременно. — Ты платишь «вперёд»... столько же.
Гейб проснулся в постели Алекса, чувствуя, как солнечный свет скользит по его голой спине. Второй чек уже лежал на тумбочке, аккуратно сложенный рядом с первым и его телефоном.
Он потянулся и взглянул на экран.
— Ого...
Сообщение от Поли:
"Ты серьёзно продал себя на месяц?!"
Гейб усмехнулся и начал печатать:
"Не продал. Инвестировал."
Затем он откинулся на подушки и уставился в потолок.
Где-то далеко, на другом конце города, Джордж, вероятно, корпел над уроками, а Поли, возможно, пытался объяснить Лоре, почему его фотографии теперь украшают Instagram какого-то модного бренда.
А Гейб?
Он просто наслаждался моментом.
В конце концов, если жизнь дала телу, которое сводит мужчин с ума — почему бы не превратить это в бизнес?
Через неделю Гейб уже летел с Алексом на Мальдивы.
*Белая громада яхты «Эос» покачивалась на тёмных водах, разрезая лунную дорожку. Ветер трепал флажки , наполняя их жарким дыханием ночи. Где-то вдали мерцали огни порта, но здесь, в открытом море, царила только тишина, прерываемая шёпотом волн бьющихся в ...*
Он прижал её к полированным перилам, ощущая, как холод металла смешивается с жаром её кожи.
— Ты сводишь меня с ума. Я увижу тебя сегодня в своей постели? — его голос звучал низко, как гром перед бурей.
В ответ она лишь провела ногтем по его нижней губе, оставляя на ней едва заметную царапину.
— Ты говоришь так, будто у меня есть выбор.
Его руки скользнули под тонкий шёлк её платья, и он с удивлением обнаружил, что под ним нет ничего, кроме её кожи, влажной от морского воздуха и солёной на вкус. Он прильнул к её шее, целуя и покусывая её, словно желая оставить свой след даже там, где его никто не увидит.
— Тогда держись крепче.
Он резко развернул её лицом к морю, заставив вцепиться в перила. Платье съехалo вниз, обнажая спину, по которой тут же прошёлся его язык — медленно, от позвонка к позвонку, пока она не застонала, чувствуя, как её тело предательски дрожит.
Лестница, ведущая вниз, была узкой, и он не позволил ей спуститься самой. Подхватив её на руки, он ощутил, как её бёдра прижимаются к его талии.
— Ты же знаешь, что я не люблю, когда меня носят, — произнесла она, нежно зарываясь пальцами в его волосы, но её слова звучали неубедительно..
— А я ненавижу, когда лгут, — он швырнул её на кожанyю кушеткy, и она отскочила от неё, как мячик. — Ты промокла ещё до того, как я дотронулся до тебя.
Салон яхты был окутан полумраком, лишь голубоватый свет от барной стойки мерцал, отражаясь в хрустальных бокалах. Он наклонился, чтобы снять с неё изящные балетки. Поцеловав подъём каждой её ноги, он перешёл к внутренней стороне лодыжки, чувствуя, как её пульс учащается под его губами.
— Так лучше... — она попыталась сесть, но он резко толкнул её обратно.
— Я не закончил.
Его пальцы впились в её икры, раздвигая ноги, обнажая то, что она так старалась скрыть под тканью.
— Вот же он... твой маленький секрет.
Он приник ртом к самой нежной части её тела, заставив её вскрикнуть. Язык скользил медленно, то кружась, то впиваясь, пока её пальцы не вцепились в его волосы, пытаясь то притянуть ближе, то оттолкнуть.
— Ты... чёртов... садист... — её голос сорвался на стон, когда он ввёл два пальца внутрь, изгибая их там, где она была особенно чувствительна.
Он не дал ей кончить — резко поднял, перекинул через плечо и понёс вниз, по ещё более узкой лестнице в главную каюту.
Кровать была огромной, застеленной египетским хлопком, но они не добрались до неё — он прижал её к стене, срывая с себя рубашку.
— Теперь моя очередь.
Его тело было покрыто шрамами и татуировками — карта былых битв. Она провела по ним пальцами, прежде чем он поймал её запястья и прижал к стене над головой.
— Не торопись.
Его член уже был твёрдым, давящим на её живот, пока он целовал её — жёстко, почти больно, заставляя чувствовать каждый зуб, каждый неровный вдох.
— Я не буду нежен.
— Я и не просила, — она оскалила зубы, кусая его нижнюю губу, пока не почувствовала вкус крови.
Он вошёл в неё стремительно, без каких-либо предварительных ласк, заставив её выгнуться. Его размер и сила напора были настолько велики, что её глаза закатились от наслаждения. Но он не дал ей времени на осознание происходящего — крепко схватив за бёдра, он начал двигаться, и с каждым толчком её тело словно скользило по стене.
— Да... вот так... — шептала она, задыхаясь, и, обхватив его ногами, чувствовала, как напрягаются все мускулы его тела, словно он стремится проникнуть в неё ещё глубже.
Он кончил первым — со стоном, впиваясь зубами в её плечо, заполняя её теплом. Но не отпустил — перевернул, уложив на кровать, и опустился между её ног, чтобы довести до конца языком, пока она не вздрогнула, вскрикнув и сжимая простыни в кулаках.
Её тело содрогалось в конвульсиях, а он прижимал её к матрасу, нежно целуя от лобка до груди, и шептал:
— Вот видишь? Ты тоже можешь быть беззащитной.
За бортом бушевал шторм, волны бились о корпус корабля, а они лежали, сплетённые в объятиях, и слушали, как дождь стучит по палубе.
—— Ты счастлив? — она нежно провела пальцем по его груди.
— Это только начало, — он поймал её руку и прижал к губам. — Впереди у нас целая ночь, почти месяц, и каждая секунда с тобой кажется вечностью.
И яхта «Эос» неслась сквозь тьму, увозя их туда, где стираются границы между болью и наслаждением...
Каюта яхты тонула в полумраке, подсвеченная лишь дрожащим пламенем свечей. Гейб лежал на спине, раскинув руки, чувствуя, как Алекс покрывает его тело влажными, жадными поцелуями. Шёлковые простыни скользили под бёдрами, а за иллюминатором бушевал шторм, сливаясь с их стонами в единую симфонию.
— Ты так прекрасна, — Алекс прошептал, сжимая его грудь в ладонях, большие пальцы кружа вокруг сосков. — Как будто создана для этого…
Гейб закинул голову, позволяя губам Алекса скользить по шее, но внезапно перед глазами всплыл образ из прошлого: он, покрытый пылью и потом, в рваной майке, с кувалдой в руках. Грубый смех бригады. Запах металла и бетона.
«Чёрт…»
Он резко перевернулся, прижав Алекса к матрасу, заставляя того ахнуть.
— Я здесь главная, — прошипел Гейб, впиваясь зубами в его нижнюю губу.
Но даже когда он сел сверху, чувствуя, как Алекс заполняет его, воспоминания не отпускали.
**Флешбек: Стройплощадка**
*— Гейб, тащи кирпичи, а не языком чеши! — орал прораб.*
*Он тогда сплюнул, подхватил два мешка и понёс, не сгибаясь. Мужики уважали его за силу. За то, что он мог перепить любого и не свалиться. А теперь…*
***
— Ты где-то далеко, — Алекс провёл пальцем по его бедру, прерывая поток мыслей.
Гейб резко опустился ниже, заставив того застонать.
— Я здесь, дорогой. Просто… — он наклонился, чтобы его губы почти коснулись уха Алекса, — иногда мне нравится вспоминать, кем я «был»… прежде чем стал твоей королевой.
Алекс замер, глаза расширились.
— Ты… *был*…
— О да, — Гейб ухмыльнулся, нарочито медленно двигаясь, чувствуя, как член Алекса пульсирует внутри него. — Я таскал бетонные блоки. Ругался матом. Пил дешёвое пиво. А теперь… — он провёл руками по своему телу, подчёркивая каждый изгиб, — теперь я «это». Твоя роскошная игрушка.
Алекс попытался перевернуть его, но Гейб резко прижал его запястья к кровати.
— Ах, нет-нет, милый. Сегодня «Я» наверху.
И он начал двигаться — медленно, маняще, чувствуя, как Алекс теряет контроль.
— — Ты… коварная обманщица… — Алекс задыхался, его пальцы крепко сжимали бёдра Гейба.
— О, я гораздо более коварная, чем кажусь, — Гейб наклонился к нему, и их губы почти соприкоснулись. — И если ты думаешь, что купил меня…
Он резко сжал внутренние мышцы, заставив Алекса взвыть.
— …то ты «ошибся».
Шторм утих. Яхта покачивалась на спокойных волнах, а первые лучи солнца пробивались сквозь шторы.
Алекс спал, раскинувшись, как король.
Гейб стоял у зеркала, рассматривая следы на своём теле — синяки на бёдрах, следы зубов на груди.
«Раньше у меня были синяки от кувалды…»
Он усмехнулся, натягивая шёлковый халат.
— Ты куда? — Алекс пробормотал, просыпаясь.
— На палубу. Мне нужен воздух.
— Вернёшься?
Гейб обернулся, поймав его взгляд.
— За дополнительную плату — возможно.
И он вышел, оставив дверь приоткрытой.
Гейб прислонился к перилам, вдыхая солёный воздух.
Где-то там, в прошлой жизни, он был грубым, сильным, простым.
А теперь…
Телефон в кармане завибрировал. Новое сообщение:
«Ты там бухаешь? Или как там теперь, у тебя только шампанское?» — это был Васька, его бывший напарник со стройки.
Гейб усмехнулся и ответил:
«Шампанское, дорогой. И лучшее. Но если приедешь — достану тебе пиво. Как раньше.»
Он положил телефон обратно и закрыл глаза, чувствуя, как ветер играет его волосами.
Он больше не был тем человеком.
Но иногда… иногда ему хотелось вспомнить, каково это — «быть простым».
Через две недели — его лицо мелькало в светской хронике.
А через месяц он вернулся с новыми связями, толстым счётом в банке и...
— Ты вернёшься? — спросил Алекс в аэропорту, сжимая его руку.
Гейб улыбнулся, поправляя солнцезащитные очки.
— Дорогой, всё имеет свою цену.
И ушёл, оставив его ждать следующего конверта.