Я помню каждую секунду этого дня. Каждую схватку, каждый вздох, каждое слово, брошенное в полумраке родовой палаты. Кажется, прошла целая вечность, прежде чем я увидела ее лицо. Схватки начались еще ночью. Сначала легкие, почти незаметные, но постепенно набирающие силу, превращаясь в адскую пляску боли, сковывающую все тело. Я дышала, как учили на курсах, пыталась расслабиться, но с каждой новой волной боли все мои усилия казались тщетными. Время тянулось мучительно медленно. Я смотрела на часы, потом на капельницу, потом снова на часы. Казалось, стрелки застыли, а мир вокруг меня сузился до размеров этой палаты, наполненной запахом лекарств и моим собственным страхом. Врачи и акушерки сменяли друг друга. Я видела их лица, полные сочувствия и усталости. Они подбадривали меня, говорили, что я молодец, что осталось совсем немного. Но "немного" растягивалось в бесконечность. Я кричала, плакала, молила о пощаде. Я чувствовала, как силы покидают меня, как тело отказывается подчинятьс