Ниже описание того, как могут проходить психиатрические экспертизы.Публикуется с согласия автора, из-за ограниченного формата часть пришлось убрать- в этом месте многоточия. И кое-где в косых скобках авторский текст на всякий случай изменен. Автору большое спасибо за описание и согласие на публикацию. Это важно знать.
Предыстория: в суде слушается дело о порядке общения с ребенком… …Я попросила суд перед определением порядка общения провести экспертизу в институте Сербского…
То, что в итоге они меня хорошо описали, стало большим сюрпризом. Но, несмотря на положительные для моего дела заключения экспертов, кое-что в этой экспертизе меня до сих пор смущает.
Во-первых, меня смутило то, как со мной там обращались. Я читала методические рекомендации по проведению таких экспертиз, нигде такого не написано. Эксперты устроили мне перекрестный допрос, как в /политической полиции/, разговаривали со мной очень жестко, всячески давая мне понять, что я как будто в чем-то виновата, раз бывший муж так со мной поступил. При мне подчеркивали всяческое уважение к моему бывшему мужу, и при нем унизили меня (придрались к тому, что я не сразу нашла пропуск на выход, и при дочке и при бывшем муже сказали мне по этому поводу прокурорским тоном "вы зависаете"!) Мне потом многие психологи сказали, что меня провоцировали, специально пытались получить какую-нибудь истерическую реакцию. Ну, что ж, я к истерикам не склонна, я терпеливо реагировала, но на самом деле это было тяжело и неожиданно, и я к этому вообще была не готова, доверяла институту Сербского, тем более, что у них на сайте даже есть телефон горячей линии по вопросам домашнего насилия, то есть, вроде бы, там в курсе, что бывают истории, похожие на мою.
Далее, в экспертизе есть не только неточности в передаче моих слов или подача моих слов под другим углом, но и прямые умолчания.
Я хорошо помню, как меня (сначала по одному, а потом втроём) допрашивали эксперты — два психиатра и один психолог — по поводу того, что бывший муж пытался выброситься из окна. Пытались подловить на каких-то противоречиях, показывали мне всячески, что я неадекватно описываю и, видимо, неадекватно воспринимаю происходящее, давили вопросами (процитирую): "а вы вообще сами-то как считаете, у вас вообще все в порядке с головой??!" При этом экспертам я рассказала, что у меня есть нотариально заверенные переписки, которые доказывают мои слова - мы с дочкой действительно ушли от бывшего мужа потому, что ему свойственны были сцены ярости в диких формах, что он порой пугал меня и дочку, пугал суицидом. Они отказались смотреть эти переписки, много раз возвращались в своих вопросах к эпизоду с окном. И при этом почему-то в итоге вообще умолчали о выбрасывании из окна в своем тексте — вместо этого написали, что бывший муж, по моим словам, выбрасывал из окна вещи.…
Что касается тестов, то дочка говорит, что ей давали какой-то тест, в котором она не понимала смысла вопросов, и ей подсказывали ответы. …
мне приходилось проходить тесты на память и прочее в очень стрессовых условиях, в перерывах между ответами на вопросы о психотравмирующих ситуациях в моем прошлом (я пережила /травматичный инцидент и тяжелую болезнь/, да и сама жизнь с бывшим мужем временами была мучительной, вспоминать это мне сложно, а решать математические задачи на вычисление прямо посреди подобных воспоминаний довольно нелегко, особенно учитывая, что я вообще не сильна в математике). На удивление, я справилась со всеми тестами, даже с математикой. Тесты я тоже заполняла в каких-то сложных условиях. ... Мне ...пришлось делать это в тесном коридоре, когда прямо над ухом стоял бывший муж, который громко высказывал дочке свои мысли о том, что я собрала ей слишком тяжёлый рюкзак и кормлю её не той едой, и играл с ней в перекидывание какого-то предмета, тоже очень шумно, всё это мешало мне сосредоточиться. При этом мне сказали, что у меня очень мало времени, и возмущались тем, что я якобы заполняю все медленно. ...
В итоге осталось недоверие к тому, что там происходило. Я, конечно, рада, что в итоге всё благополучно разрешилось… И что мне не приписали психическое заболевание, как опасался мой адвокат, спасибо, конечно.