Сижу в аэропорту Шереметьево с посадочными талонами в руках и всё ещё не верю, что делаю это. Мне 41, и я лечу в Сеул. Одна. С тремя пересадками, потому что прямые рейсы — это для слабаков.
Всё началось с "Игры в кальмара". И нет, я не посмотрела её в 2021, я посмотрела её 1 января 2025. И понеслась душа в дорамный рай. Дальше были «Поезд в Пусан», «Демон», «Первое кафе 'Принц'». Мозг сопротивлялся: «В твоём возрасте азиатские сериалы смотреть!» А я смотрела и плакала. Не от сюжетов — а от того, что забыла, что такое мечтать.
Я провела в браке долгих 12 лет: мне было так плохо, как в тюрьме. Муж пил, ревновал, из-за него я потеряла третьего ребëнка. Я уехала от него с детьми в другой город и мы всё ещё сохраняли видимость отношений. Всё осложнялось тем, что он ушёл на СВО, а я же верная, своих не бросаю.
И вдруг эти простые, но такие искренние отношения. Любовь, где мужчина стремится сделать всё для своей любимой. И пусть в кино, но появилась вера, что такое возможно и в жизни.
Невероятно красивые виды Сеула, эти дворцы, эти горы, эти улицы... Я поняла, что никогда не видела ничего подобного вживую. Я поняла, что не чувствовала ничего искреннего за всю свою жизнь. Я словно отбывала срок и меня выпустили на волю.
Первая пересадка в Пекине. Таможня и нервы. Еле успела на второй рейс.
Вторая пересадка в Вуси. Аэропорт как музей будущего. Покупаю корейский разговорник и листаю его до дыр. «Анёнхасеё» — здравствуйте. «Камсахамнида» — спасибо. Слова странные, но произношу их с таким трепетом, будто заклинания.
Сеул встретил меня дождём и неоновым светом. В первый же день заблудилась в метро — эти корейские иероглифы! Но водитель автобуса помог, улыбаясь как солнышко. И я подумала: «Вот оно. Начинается».
Дворец Чхандоккун. Стою в секретном саду и не могу сдержать слёз. Я здесь. Я стою в том самом месте, где красавчик Ли Ён признавался в любви. Дорама «Лунный свет, нарисованный облаками» (Love in the Moonlight) с наследным принцем в исполнении актера Пак Бо Гома). Туристы косятся на меня, а мне плевать.
Примерка ханбока оказалась отдельным приключением. Я думала, буду выглядеть нелепо — не девочка уже. Но когда увидела себя в зеркале в этом розовом ханбоке с вышитые цветочками... Боже мой! Я была красивой. Не «красивой для своего возраста», а просто красивой. Гуляли и фотографировались два часа с другой русской девочкой. Я чувствовала себя принцессой.
Намсан Тауэр. Поднялась на канатке на закате. Весь Сеул под ногами сверкал миллионами огней. И там, на смотровой площадке, где герои всех дорам вешают замочки любви, я повесила свой. Маленький, розовый. На нём написала не имена — написала «Новая жизнь».
Мёндон превратил меня в подростка. Корейская косметика и всякая сувенирная фигня. Ела ттокпокки на улице из пластикового стаканчика и чувствовала себя героиней собственной дорамы.
Случайно попала на BTS фесту. Участники отслужили в армии, а я отбыла свой срок в постылом браке. Танцевала вместе с незнакомыми людьми разных национальностей, забыв обо всём. Один паренёк даже сфотографировался со мной — сказал, что я «very cool Russian lady». Представляете, у кого-то я теперь в телефоне?
Букчон — район традиционных домов ханок. Ходила по узким улочкам и представляла, как здесь жили люди сотни лет назад. В одном из домов-музеев попила чай с пожилой хозяйкой. Она не говорила по-английски, я не говорила по-корейски, но мы понимали друг друга через улыбки и жесты. Она погладила мою руку и что-то сказала. Переводчик в телефоне выдал: «Вы счастливая женщина». В тот момент я действительно была счастливой.
Храм Чогеса. Я не буддистка, но зашла помолиться. Точнее, помедитировать. Сидела в тишине, слушала, как монахи поют мантры, и впервые за много лет почувствовала покой. Настоящий, глубокий покой.
Обратный путь через Шанхай. Пятнадцать часов пересадки — целая вечность. Я заселилась в отель (был включён трансфер в отель и из него. Гуляла по центру, покупала последние сувениры, пересматривала фотографии и не хотела возвращаться домой.
Самолёт заходил на посадку в Москве после 11-часового перелëта. Я смотрела в иллюминатор на знакомые очертания города и понимала: я изменилась. Не кардинально, не снаружи — внутри. В Сеуле я вспомнила, что такое быть живой.
Меня спрашивают: «Ну что, нашла свой смысл жизни?» А я отвечаю честно: «Не нашла. Но поняла, что он не в чужих руках, не в работе, не в том, что обо мне думают другие. Он во мне. И его можно искать где угодно — хоть в Сеуле, хоть в соседнем парке».
Теперь дома я стою перед зеркалом и улыбаюсь своему отражению. А на рабочем столе будет фотография с Намсан Тауэр, где я смеюсь на фоне всего города. Смеюсь искренне, как давно не смеялась.
Планирую следующую поездку. Потому что в 41 год я поняла главное: жизнь не заканчивается, даже если закончился брак. Жизнь начинается каждый раз, когда ты решаешься на что-то новое. И возраст здесь совершенно ни при чём.
P.S. Тот замочек на Намсан Тауэр висит до сих пор. Проверяю через камеры в интернете. Моя «новая жизнь» никуда не делась. Она просто взяла и началась.