О прибалтийско-парламентских отжигах, самой молодой монархии в Европе и поллитре как универсальном мериле ценности.
Парламентаризм – это весело. Возможно, сейчас, когда законоделие стало сухим и строгим, это уже и не так, но вот в начале 90-х... Тогда бывший соцлагерь, отринув руководящую и направляющую роль вместе с демократическим цетрализмом, пробовал новую для него концепцию представительской демократии на вкус, цвет, изгиб и излом… В российском парламенте тогда хватало гэгов и кажущихся сегодня странными активностей, от яростных спичей сына юриста и русской и безобидных перформансов до строительства баррикад с ведением боевых действий. Законодательные органы других стран бывшего СССР и Восточной Европы тоже старались не отставать. В Прибалтике, например, ярко сияла Независимая роялистская партия Эстонии (Eesti Rojalistlik Partei, ERP).
Тут следует сделать небольшой экскурс в историю. Земли эстов были завоёваны крестоносцами до того, как на них сложилось какое-либо подобие единого государства, и затем просто переходили от одной державы к другой, обретя независимость лишь в 1918 (и повторно – в 1992-м). Естественно, что за всю историю собственных монархов там так и не появилось, так что само название «Роялистская партия Эстонии» – это оксюморон, игра слов вроде небезызвестной «Субтропической России». Уже из этого можно угадать эдакое сюжетное продолжение «Партии умеренного прогресса в рамках закона» Ярослава Гашека.
И это не случайно, ведь в партии состояло несколько известных (в масштабах республики) юмористов – Приит Аймла, Кирилл Тейтер и Ральф Парве; также там хватало и другой интеллектуальной и творческой публики – журналистов, художников и всяких прочих айтишников. Основана эта почтенная организация была в 1989 году в Тарту преподавателем местного университета Ааду Мустом и депутатом горсовета Калле Кулбоком (не удивлюсь, если родилась она на кухонных посиделках под пиво).
Программа партии была лаконична:
1. Доказать, что роялисты существуют;
2. Доказать, что они берутся за дело серьёзно;
3. Доказать, что королевство Эстония возможно;
4. Найти претендента на трон;
5. Провозгласить Королевство Эстония.
Вскоре роялисты взялись за дело всерьёз (или, напротив, не всерьёз, тут как посмотреть). Из их акций допарламентского периода можно упомянуть следующие:
– «Приказ» начальнику Таллинского гарнизона вице-адмиралу Юрию Белову провести во вверенном ему городе парад в честь основателя Тартуского университета короля Швеции Густава II Адольфа, погибшего 6 ноября 1632 года. Слышал ли о таком распоряжении товарищ Белов, осталось неизвестным, но традиционный парад 7-го ноября 1990 года, приуроченный к годовщине Октябрьской революции, он провёл, удостоившись благодарности роялистов, опубликованной в "Вечернем Таллин(н)е".
– В январе 1992-го все военнослужащие Советской Армии, расквартированные на территории Эстонии, были объявлены военнопленными, а воинские части – концлагерями для оных. Охрана «военнопленных» была возложена на них самих.
– В июне 1992 года, накануне референдума по Конституции Эстонии, объявляющей её республикой, монархисты провели свой опрос: «Вы хотите свободное, независимое, демократическое Эстонское королевство, на троне которого находится король, выбранный народом?» При положительном ответе следовало зажечь костёр. Надо ли говорить, что мероприятие было назначено на 23 июня, Янов день (Лиго), когда костры не жёг только совсем уж ленивый?
Понятно, что такие ребята никак не могли пройти мимо выборов в Рийгикогу (Государственное Собрание Эстонии) в сентябре 1992-го. ERP вышла на них в составе Избирательного союза «Независимые роялисты» (второй его частью было Роялистcкое объединение «Ваба Тооме», состоящее ровно из тех же самых людей). В предоставленное для агитации время они гоняли в эфире «Всё могут короли» Пугачёвой, в бутафорских коронах и бархатных накидках гарцевали по улицам столицы на коняшках, произносили воодушевляющие, но не очень связные речи, в общем, устроили бедлам и оттягивались на всю катушку.
Но народу нравилось (или, возможно, другие кандидаты не нравились сильнее). Думаю, что при оглашении результатов партийцы сами весьма… гм… удивились – при официальных расходах на предвыборную компанию в 1 (прописью – одну) крону за них проголосовало 32 638 избирателей, партия получила восемь мест в Госсобрании из сто одного.
Назвался груздем – полезай в короб. Роялисты начали свою парламентскую работу. На пресс-конференции после выборов они заявили: «Мы хотим быть на Тоомпеа "цепными псами здравого смысла", хотим бороться против фанатизма, выявлять глупость и нелепость политиков и привлекать к ним внимание народа». Ну и боролись, и выявляли. В своём фирменном стиле, разумеется.
Так, уже в октябре было озвучено решение геральдической комиссии ERP о присвоении двум депутатам, перебежавшим из оппозиционной фракции в правящую, звания странствующих рыцарей.
А наиболее громкий перформанс случился после внесения депутатами из правящего блока предложения начинать каждую парламентскую сессию (продолжительностью в неделю) с коллективного молебна. И это в Эстонии, одной из самых атеистических стран Европы! Даже опуская вышеприведённый факт, какой обряд прикажите использовать? Лютеранский, православный, католический? Пока обсуждались организационные моменты, роялисты решили этот вопрос от противного, проведя первое моление в финно-угорской шаманской традиции. Был костерок в пепельнице, танцы вокруг него, битьё в бубен и просьба высшим силам дать депутатам хоть немного ума. К сороковой минуте красивый народный обычай успел всех достать, так что больше к этому вопросу не возвращались.
Монархисты продолжали развлекаться и дальше. Например, прямо в парламенте были проведены командно-штабные учения путём передвижения оловянных солдатиков по карте; позже было внесено официальное предложение учредить для выводимых из страны российских военнослужащих медаль «За освобождение Эстонии».
Впрочем, вынужден заметить, что по некоторым решениям эти весёлые ребята голосовали вполне всерьёз, например, они всегда занимали последовательную жёсткую позицию по «русскому вопросу». Дискриминационный «Закон об иностранцах» 1993-го года – это в том числе и их детище.
Роялисты, в полном соответствии с партийной программой, неторопливо подыскивали претендента на ещё несуществующий эстонский престол. Нескромные предложения от их имени в своё время были получены крон-принцем Швеции Карлом Филиппом и принцем Эдуардом, младшим сыном английской королевы Елизаветы II. Те поблагодарили за честь, но почему-то отказались.
Впрочем, пусть и во всей Эстонии, а лишь на небольшом её кусочке монархию установить удалось. И в этом, как ни странно, им помогло государство. При проведении административной реформы в июле 1992-го эстонские власти «потеряли» южную часть острова Сааремаа (Ösel), а точнее, тамошнего полуостова Сырве (Sõrvemaa), фактически его территория осталась бесхозной и безвластной. Ну просмотрели, бывает. Но людям-то от этого не легче. И местные жители обратились к своему депутату Госсобрания, выбранному ещё в соответствии со старыми, дореформенными границами. Им оказался бывший полицейский (а в то время, в числе прочего, юморист и журналист) Кирилл Тейтер, член чего?.. Правильно, Роялистской партии :).
Парламентарий пошёл навстречу своим (по большому счёту, уже бывшим) избирателям, правда, не преминув сделать из этого целое представление. Он предложил на «нулевых» землях создать королевство во главе с собой. Островитяне подумали и согласились. Таким образом, 28 ноября 1992-го года в местном ДК на балу Саареского уезда состоялась коронация демократически избранного Кирилла I, полновластного монарха королевства Торгу (Torgu), суверена 139,5 квадратных километров с несколькими деревнями и почти четырьмя сотнями подданных.
Перед ним было поставлено три задачи:
1. Вновь ввести свои земли под юрисдикцию Эстонской Республики путём восстановления волости Торгу;
2. Получить компенсацию от Германии за ущерб, нанесенный во время Второй мировой войны;
3. Способствовать развитию на вверенной территории (бывшей закрытой при СССР) туризма, в том числе международного.
Король-депутат не только занимался нуждами и бедами своих подданных, но также развивал и укреплял местную микрогосударственность. Были приняты герб и флаг, сделана корона, в "столице" посажен наместник, ставящий в паспорта приезжающих государственную печать. Также в 1993-м году была выпущена свободно конвертируемая твёрдая валюта – Торгу мемкойн таалер. Это были монеты с немного необычным номиналом в ½ литра. Обменный курс их был жёстко привязан к цене бутылки эстонской водки «Viru valge» в магазине деревни Лаадла.
Самое занятное, что вся эта художественная самодеятельность вполне укладывалась в рамки закона. Статья 155 Конституции Эстонии утверждала, что жители имеют право избирать органы местного самоуправления, но не уточняла их форму, а следовательно, территориальной единицей вполне могло оказаться и королевство с монархом в придачу. Правда, при подаче соответствующего законопроекта спикер Госсобрания Юло Нугис не успел отключить микрофон и его реакция была частично слышна в зале. Подозреваю, что она была не совсем восторженной 😊.
Так или иначе, эстонскими властями в 1993-м волость Торгу была воссоздана, чем де-факто ликвидировано самопровозглашённое королевство. Тейтеру в качестве неофициальной компенсации была предложена синекура – место начальника Пресс-службы в Министерстве полиции Эстонии. Он охотно согласился, не забыв, правда, провозгласить себя королём в изгнании. Умер Кирилл I в 2022-м, а вместо него в ставшем виртуальным королевстве был избран и коронован его сын, Кристиан I.
Монеты-поллитры на Саареме ходили после упразднения королевства ещё долго, возможно, где-то принимаются и до сих пор. Это, наверное, единственная постсоветская валюта, покупательная способность которой росла: в 1993-м, в момент эмиссии, она была равна 20-25 эстонским кронам, в 2003 году доходила до 70 крон, а в начале 2020-х была эквивалентна пяти – пяти с половиной евро. Периодически Кириллом выпускались юбилейные монеты, но они, вероятно, уже были сувенирными жетонами, не имеющими твёрдого обеспечения.
Под конец нужно вернуться к судьбе Роялисткой партии. Шутки – это, конечно, хорошо, но к 1995-му году, моменту следующих выборов в Рийгикогу, в Эстонии (как и во всём бывшем СССР) стало уже не так смешно, как раньше. Да и политика – такая штука, в которой весёлые и находчивые не всегда лучше серьёзных и скучных. Монархисты получили всего 0,8% голосов и не прошли в парламент. В 1998-м самая весёлая постсоветская партия самораспустилась.
Автор: Олесь Гугля