5 глава
Татьяна проснулась и долго лежала, пытаясь понять, почему ей так легко и спокойно. Может она умерла? Или просто еще спит?
Где-то вдалеке послышались звуки и Татьяна вскочила. Господи! Она проспала! Опоздала на работу! Девушка забегала по комнате, судорожно натягивая на себя одежду и пытаясь отыскать расческу. Ну почему она до сих пор не отстригла свои волосы?
1 глава. 2 глава. 3 глава. 4 глава.
Сколько раз собиралась это сделать и все откладывала. Коса была единственным ее украшением, которое Татьяна могла себе хоть как-то позволить.
-Не могла! - ругалась периодически на себя девушка. - Кто смотрит на твою косу, да и на тебя тоже? Женщины в цеху? Слесаря? Так даже если и смотрят - не видят!
Для удобства и по требованиям техники безопасности волосы всех работниц фабрики были тщательно убраны под косынку.
И вот сейчас спутанные волосы только мешали Татьяне собираться быстрее. Внезапно девушка остановилась.
Стук в дверь, разбудивший ее. Следователь. Сообщение о смерти матери. Неожиданно участливое отношение к ней начальника производства и внезапный оплачиваемый отпуск...
Татьяна уселась на диван и попыталась понять: привиделось ей это или нет? Она оглядела глазами комнату, словно где-то в ее убранстве мог скрываться ответ, но ничего указывающего на решение вопроса не было. Девушка помотала головой, пытаясь таким образом настроить себя на продолжительные раздумья и тут в дверь постучали.
Татьяна замерла. Кроме злобной бабки Кати и многочисленных детей Варвары стучать было некому. С бабкой Катей Татьяне совершенно не хотелось общаться, а дети... Было лето, летом многочисленное семейство Варвары отправлялось в деревню, сажать огород, чтобы обеспечить себя едой на оставшееся время года.
Стук повторился. Если бы это была бабка Катя, то Татьяна давно бы услышала ее вопль, но за дверью стояла тишина. Нехотя девушка поднялась с дивана и направилась к двери.
___________________________________
-Вы извините, Михаил Михайлович, но меня срочно вызвали к руководству, - Надежда Львовна страдальчески закатила глаза, давая тем самым понять, что лучше бы она общалась со следователем, чем со своим начальством, - вы Капитолину Арнольдовну найдите. Она мастер у Татьяны и гораздо больше знает о своих подопечных нежели я. Я что? Приказ отдала, присутствующих проверила, общие проблемы решила - и ушла к себе в кабинет. Знаете-ли, писанины много! - Михаил понимающе кивнул. Уж как не ему было не знать про "писанину". - А Капа... Капитолина Арнольдовна им как мама. И поможет, и приласкает, и люлей даст когда надо.
Михаил быстро нашел ту, про которую говорила начальник участка. Да ее и не трудно было заметить. Как учительница в классе она возвышалась на небольшом подиуме лицом к десятку швейных машинок, за которыми усердно работали ее "ученики" - швеи. Сама Капитолина Арнольдовна тоже не сидела без дела: гул ее машинки сливался с гулом остальных.
-Капитолина Арнольдовна? - стараясь перекричать шум в помещении Михаил достал свое удостоверение. - Следователь Никанов.
Женщина прекратила работу и внимательно изучила корочки Михаила, затем вопросительно на него посмотрела.
-Мне нужно задать вам несколько вопросов.
Ничего не отвечая, мастер поднялась со своего места и кивком головы указала Никанову следовать за ней. Михаил устремился за женщиной вглубь "класса". Не смотря на свои габариты (Капитолина Арнольдовна была хоть и невысокой, но довольно-таки крупной женщиной), мастер с изяществом балерины лавировала между швейных станков. Открыв неприметную дверь в другом конце помещения, она пригласила Михаила войти.
За закрытыми дверями небольшой каморки, увешанной спец. одеждой, было значительно тише. Посреди комнатки стоял длинный стол с электрическим чайником, чашками вокруг него и нехитрыми сладостями в самодельном контейнере. Вдоль трех стен - боковых и противоположной от дверей - расположились лавки. У дверей стояла покосившаяся тумба с электроплиткой и микроволновкой.
-Из-за Таньки что ли? - словно продолжая разговор поинтересовалась Капитолина Арнольдовна, усаживаясь на лавку. - Да вы присаживайтесь! В ногах правды нет! - предложила она топчущемуся следователю. Вид мастера почему-то вызывал в Михаиле робость.
-Вообще, из-за убийства ее матери, - поправил он, садясь на противоположную скамейку.
-Матери! - фыркнула женщина. - За какие-такие грехи Таньке Бог такую мать послал?
-Вы что-то знаете? - осторожно поинтересовался Михаил.
-Да мало что. Танька ведь у нас молчунья. Из нее слова не вытянешь, если не по работе. Так-то она добрая, хорошая девчонка. Отзывчивая. Но как дело касается личного - сразу замыкается в себе.
-То есть... Она вам ничего не рассказывала о взаимоотношениях в семье?
-Нет. Но я давно живу и умею делать выводы.
-И какой же вы вывод сделали? Почему решили, что у Татьяны с матерью не все гладко?
Капитолина Арнольдовна уселась поудобнее и несколько секунд глядела в глаза Михаилу, словно решая: следует с ним делиться умозаключениями или нет.
-Знаете... Когда Таня к нам пришла после училища... Такая вся маленькая, худенькая, напуганная даже я бы сказала... Я подумала: вот ведь геморрой на мою голову! Обычно таких, только-только закончивших училище, приходится заново переучивать. Не скажу, что наше училище дает плохие знания. Сама его заканчивала. Но.. на многое закрывает глаза, рассуждая, видимо, что регулярная практика и мы, руководители, быстро наставим учеников, как говорится, на путь истинный. Танюша оказалась исключением. И теорию и практику она знала как свои пять пальцев. Практика, конечно же была не так быстра, как теория, но это объяснялось отсутствием у девочки дома швейной машинки. Но она быстро вошла в нужный темп.
И тогда я решила поинтересоваться ее биографией. Из ее личного дела следовало, что она местная, из полной семьи. А по адресу - семья достаточно обеспечена. Я тогда еще подумала, что ребенок просто немного... как бы так сказать? Знаете, когда дите учится в школе из рук вон плохо. И не потому что лень, а ... ну не даются ему науки. А вот уходит в профессию и раскрываются его таланты. Я тогда так и решила. И больше бы не заморачивалась, если бы моя соседка не оказалась бывшей учительницей Татьяны.
Мы как-то встретились с ней. Здесь, в фабричном магазине. Она постельное себе выбирала. Разговорились. И тут она в окно увидела Татьяну. Сразу погрустнела. Я, естественно, спросила в чем дело. Вот она мне и рассказала.
Татьяна была лучшей ученицей в классе. Круглая отличница. Когда она решила после девятого уйти из школы, весь пед. состав во главе с директором был в шоке. Ее уговаривали, умоляли. Даже на дом к ним ходили. Но мать тогда сказала: "Ее дело! Не хочет - пусть не учится!" В общем, ушла Таня из школы и поступила в местное училище. На швею. А затем и к нам пришла. С первой зарплаты сняла себе комнатенку - тут неподалеку. Ужас, конечно! Знаю я этот дом! Бывала у одной знакомой по работе. Как там люди живут?
И вот скажи мне, товарищ следователь, что могло заставить молоденькую девушку, отличницу, умницу, бросить, не побоюсь этого слова, учебу (а ведь она со своими оценками могла претендовать на любой вуз!) пойти в заштатное училище, устроиться на малооплачиваемую и тяжелую работу и съехать с шикарной квартиры от родителей?
Я узнавала про эту семью. Отец всю жизнь пьет. Но мать-то! Мать! Неужели хорошая мать позволила бы своему ребенку, любому, даже не такому умному, уйти в такие условия? Да я вот из кожи вон лезла, чтобы мои дети получили хорошее образование. А у них была далеко не такая успеваемость и трудолюбие как у Тани! Значит... Там что-то не так! Значит мать чем-то довела свою дочь, что она сбежала от нее, едва представилась такая возможность? Даже условия жизни девчонку не смущают. А это о многом говорит!
Мастер замолчала, задумавшись о своем. Никанов тоже молчал, переваривая услышанное. Однако, долг заставил его задать еще один, хоть сейчас казалось и неуместный, вопрос.
-Капитолина Арнольдовна, а как вы допустили, что ваша подопечная работала двое суток подряд?
-Так никто не хочет идти за такую зарплату к нам! Девчонки бегут, едва отработав месяц-два. Кто в торговлю уходит, кто частно шьет. У нас здесь остаются только самые стойкие. Преданные, так сказать, своему делу. Приходится искать подмену среди своих же. А Танюша безотказная. Вот и получилось, что... двое суток. Но вы не думайте! Я ей перерывы давала! Дольше, чем у других! И в ночную, когда начальства нет, отпускала поспать пару часов в подсобку. Ну, сюда то есть...
-А в последнюю ее смену вы тоже ее отпускали?
-Конечно! Как наладчики расползлись, так и отправила. Иди, говорю, Татьян, поспи!
-У вас наладчики так поздно уходят?
-Так у них другой график. С пяти до тринадцати и с тринадцати до двадцати трех!
-То есть, Татьяна ушла сюда в 11 ночи?
-Да. Через три часа я ее разбудила. План-то сам себя не выполнит.
_______________________________
Михаил вышел с фабрики полный противоречивых чувств. То, что поведала ему Капитолина Арнольдовна, наводило на длительные размышления.