Я немедленно стала подпитывать Котю и Эдю, полагая, что им энергия будет очень нужна. Мне было очень интересно. Что они придумали? Все забрались на стулья с ногами, чтобы им не мешать.
Котя кивнул и, скатав в руках жемчужный шар, бросил Эде:
– Давай сначала ты, а потом я.
Эля что-то прошептала, и фиолетовые облачка зашмыгали по стенам и дверям. Она, прищурив глаза, продолжала шептать, потом плюхнулась на стул потребовав:
– Никто не двигайтесь пока! Котя, теперь ты!
Котя бросил свой шар, и тот, превратившись в туман, расползся по всем комнатам. Все стали чихать, потому что туман пах перцем и шиповником. Я восхитилась. Бабушка всегда говорила, что это очень старые запахи истинной защиты.
К нам спустился Профессор, который принюхавшись, сообщил:
– Спасибо, Константин! Очень сильное восстановление! Не волнуйтесь, Белек-Ата был под моей защитой. Действительно, наша «шкурка» – очень хороший защитник! Кстати, наш медбокс произвёл сильное впечатление на этого очень любопытного типа, а наши медики превзошли сами себя в диагнозе и прогнозе. Думаю, нам теперь надо посмотреть запись с камер. Мы увидим много неожиданного.
Я с девчонками метнулись к компьютерам и отбросили изображения на экран. Манька всем налил горячего чёрного чая, и мы с комфортом стали смотреть на отбытие наших гостей в кавыках.
Мы смотрели, как врач и Сержант проплюхали по воде, ровным слоем покрывшей асфальт, к машине. Врач, сопя и кряхтя, сел за руль. Их машина вырулила на улицу, и мы чуть не ослепли, потому что в машину, выехавшую на середину улицы, неожиданно ударила молния.
Машина встала, мы тоже застыли, полагая, что там уже трупы. Однако, к нашему потрясению, машина завелась и поехала. Из окна высунулся Сержант, и его вырвало на дорогу.
– Вот это да! – проговорил Леший. – Это как они выжили? Или нам показалось?
– Случайность или? – прошептал Профессор. – Это же феномен!
Машина проехала не более пяти метров, как три молнии ударили в лужицу рвоты, в полном смысле испепелив её.
– Значит это не случайность, – пролепетала Гога. – Смотрите!
Мы опять уставились на экран. Удивительно, что несмотря на то, что молнии попали не в машину, та остановилась. Из неё в полном смысле слова вывалился Сержант, постоял на четвереньках, тряся головой, но потом, цепляясь за дверцу, поднялся и, шатаясь и хватаясь за заборы, потащился в соседний переулок. Мы озадаченно смотрели, как машина резко рванула в другую сторону и с высокой скоростью исчезла из поля зрения.
– О, как! Ник, сотри пожалуйста, как молния лупила в рвоту Сержанта! Очень тщательно, как будто этого и не было, – распорядился Бур и добавил, – на всякий случай.
Куратор одобряюще кивнул.
– Правильно! Нас же бабочки интересуют! А вот первую молнию оставь!
– М-да… Вот что, ребятки, боюсь, что ваши меры мало действенны для этих гостей, – Котя и Эдя надулись, но Фермер покачал головой. – Не спорьте! Меня потряхивает до сих пор. Значит, что-то они изобрели неизвестное вам. Дора и Арр опрыскайте всё из сиреневого баллона, который стоит у меня в комнате, чтобы везде была мелкодисперсная плёнка. Боюсь, что нам могли подсадить изысканную вирусную заразу. Котя, Эдя, Стёпа! Внимательно проанализируйте всю посуду, который пользовались гости. Прокипятите её! Леший, возьми мазки со всех дверных ручек и со стен, и воздух на анализ! Бур, ты сам и все твои ребята отправляйтесь к Белек-Ата на дезинфекцию, он проверит не подсадили ли вам что-нибудь.
– А я?! – расстроенно пискнул Манька.
– А ты, Манька, работаешь с нами. Мы будем читать вот эти слова и числа, а ты следи, что будет происходить. Дело в том, что Профессор, когда вы уехали на экскурсию, прямо перед приходом этих гостей, чтоб им пусто было, везде защиту поставил, но она сработала частично.
Мы оторопело моргали, а Куратор пробасил:
– Я не ошибся? У нас побывали носители «хапуг»?
Фермер, сощурившись, просипел:
– Именно! Что-то им помешало напасть, возможно защита Профессора. «Хапуги» просто так всех бы здесь не отпустили.
– Горе-горькое! – возопил Боб. – Думаю, что слюда помешала! Им не хватило энергии. Они не смогли подпитаться.
Котя угрюмо заметил:
– Не только! Гога здесь всё перед уходом блоком закрыла. Да и у нас не было страха и прочих негативных эмоций. Но, Учитель прав! Проверка нужна. Я всё удивлялся, почему энергетический шар был видимым и непрозрачным, да и Эдины облака тёрли следы, которые они оставляли руками. Так не должно быть! Во всяком случае, мы этого не планировали.
За час, мы измотались до невозможности, и у нас было очень влажно в доме. Потому что мы всё опрыскали какой-то жидкостью, под хоровое чтение Куратора, Фермера и Огоньков. Манька шёл с ними, держа в руках древний пергамент и проверял, что они читали.
Потом мы пили чай, а Дора с Эдей колола наших киношников. Я не стала интересоваться чем, потому что хотела одного спать, но «шкурка» не давала и требовала энергии. Я лопала шоколад, а Котя внимательно следил за состоянием моей «шкурки» и своей, только после его: «Достаточно!», я перестала надуваться чаем с шоколадом. Я все равно была очень уставшей, но не физически, а эмоционально. Меня волновало, почему мы не увидели что-то оставленное «хапугами». Ребята тоже лопали шоколад, подпитывая свою броню.
За всеми хлопотами мы совершенно забыли про Ильяса, который сидел в столовой и спал с широко открытыми глазами. Котя и Профессор провели у него над головой руками и, парень, вздрогнув, проснулся. Ильяс ошеломленно озирался:
– А где эти?
– Уехали, – Куратор смотрел на него печально. – Скажи, парень, у тебя есть, где спрятаться? Мне не понравилось, как тебя рассматривал местный полицейский. Боюсь, что теперь тебя либо заставят стучать на нас, либо на твоих друзей.
Ильяс посерел.
– Я же не могу оставаться здесь! Не должен! Поймите, это опасно для вас. Что делать?
– Сломать ногу, – Куратор смотрел на него серьёзно. – Тогда ты полежишь у нас, а мы поухаживаем за тобой.
– Как же? Врач, затребует его к себе! В больнице есть рентгеновский аппарат, – встревожилась Дора. – Боюсь он что-нибудь придумает, и тогда Ильясу не спастись.
– Ну, думаю, что это право Ильяса, как лечиться, и где, – возразил Куратор и кивнул Фермеру.
Тот достал одноразовый телефон из коробки и набрал номер, его уютный, сиплый голос, располагал к доверию и выражал обеспокоенность.
– Приветствую! Это… Ах, узнали! Да, это я! Уважаемый, Вацлав Фролович, только Вы уехали, как наш юный проводник поскользнулся и сломал ногу. Нет-нет, никакой молнии! Да что вы говорите?! Прямо в дом? Невероятно! У вас же есть какие-нибудь громоотводы? Понимаю. Не волнуйтесь, мы его занесли в дом. Не хотите вернуться посмотреть его, или доверите нашим врачам помочь парню? Наш врач определил, что это перелом, без сдвига.
Глухой удар грома прокатился над городом, потом раздался ещё один ужасающий треск и удар.
По громкой связи мы услышали раздражённый голос врача:
– Что это за грохот?
Фермер прогудел:
– Гроза кружит на нашим домом. Это – гром и молнии. Дождь опять льёт, как из ведра. Катаклизм.
Голос местного эскулапа выдавал его раздражение.
– Зачем же нужен я?! С вашим оборудованием Ваш врач сам справится. Она же гипс в состоянии наложить?
– Конечно! У нас есть замечательный пластиковый гипс. Прощайте! Берегите себя, а то что-то гроза разгулялась. Молнии лупят вокруг дома. Магнетит что ли здесь залегает?
– Позвоню завтра. Прощайте!
Фермер посмотрел на нас.
– Готовьте комнату для Ильяса, и валите отдыхать!
Мы собрались в оборудованном верхнем холле и уставились на Ильяса, который щеголял в красивом голубом сетчатом пластиковом гипсе. С одной стороны, мы не имели права его бросать, с другой стороны он нам очень мешал. Ильяс изо всех сил старался выглядеть невозмутимым, но кончики его пальцев дрожали, выдавая переживаемое смятение.
– Куда меня?
– Не волнуйся, будешь в соседней комнате с комнатой Белек-Ата, мы все приготовим, – заявила Гога и поманила Лешего.
Они ушли, а через двадцать минут спустились и сообщили.
– Мы вот что решили. Пусть Ильяс будет спать в комнате с Белек-Ата, а уважаемой Айше мы рядом комнату оборудовали. Она же женщина, и не надо, чтобы она всё время с мужчиной в одной комнате была. Здесь это не позволительно! Мы перенесли вещи Айши и заправили постель в новом номере. Там очень удобно и красиво. Мы цветы и фрукты поставили там на столе. Воду тоже принесли.
Айша покивала нам.
– Да-да! Они очень всё красиво сделали. Там есть и диван, и кресло и стол с тумбочкой. Мне будет очень удобно.
– Хорошо. Теперь поговорим! – Знахарь расположился на одном из надувных диванов поманил нас. – Вам нужны союзники, хотя бы для того, чтобы отвлечь на себе пособников врага. Ильяс не подойдёт, он просто подросток, но не забывайте, он не враг.
– Время поджимает, а он темнит и скрывает всё, – проворчал Леший. – Белек-Ата! Нам, несмотря на посещения «хапуг», информации не хватает.
– Почему же? – Старик улыбнулся. – Вы что-то узнали, только не можете понять. Я их чувствую, но не имею права ткнуть в них пальцем. Нельзя же всем сказать, что это – чужой! Не докажешь! У меня для вас информация. Наш врач, начинал хорошо, за больных переживал, старикам путёвки выбивал, а потом ему всё надоело. А как жена с детьми уехала от него, так он вообще на всё махнул рукой. Рекомендует лекарства только тех фирм, с которыми у него договоренность. Раньше у нас в городе было семь аптек, но потом осталось только три, и в оставшихся цены взлетели, как ракеты. Вацлав, как забыл про простые средства, всё норовит подороже назначать. До смешного дошло, он от головной боли только импортные лекарства назначает. Антибиотики тоже – самые дорогие. Вот и мне он написал список, на ползарплаты моей Айши. И зачем спрашивается? Думает, что я не понимаю, что можно проще лечиться. Однако, он очень умный человек, и его реально надо опасаться.
– Зачем же местный коп припёрся, – возмутился Леший. – Он что, решил подзаработать?
Фермер усмехнулся
– Сказал, что просто ехал по делам и решил проводить врача.
– Ну да – ну да, – фыркнул Манька. – Мы ведь опасные бандиты! Эх, как же их зацепить, носителей-то? Что мы не заметили?
Я закрыла глаза, там на Алтае мы не смогли узнать носителя стрэнджера. Его скрывал человек, который мечтал спасти жизнь близкому человеку, но поддался «хапуге», убивая направо и налево. Мы его вычислили, но вокруг было полно паранормов, что маскировало действия носителя. Теперь, это можно было сделать, только надо всё вспомнить.
Носители хорошо контролировали эмоции и речь, но есть ещё и привычки. Я мысленно прокручивала, что ели наши непрошенные гости. Да вроде всё, кроме мёда, который стоял на столе, баночку которого принесла Айша и, как ни странно, лепешки, испеченные тётей Олмой. Ещё раз прокрутила в памяти. Всё правильно, они не ели только это.
Котя, который размышлял вместе со мной, удивленно выгнул бровь.
– Неужели? Я не заметил этого.
– Что не заметил? – забеспокоился Арр.
Но я закрылась, пусть сам вспоминает, а то, что-то они расслабились, считая, что всё такое явное. Арр заметался по холлу, перекладывая косу с одного плеча на другое, подсел к Доре и потёрся головой об её голову, потом завопил:
– Понял! Они избегали есть плоды земли, которые требовали затрат многих людей.
Фермер поджал губы и переглянулся с Куратором.
Однако Бур покачал головой.
– О, как! Не убедили! Огурцы он трескал за милую душу, да и рис с курицей лопал, – потом задумался. – А ведь в этом что-то есть! Они ели либо блюда из привезенных нами продуктов, либо то, что мог посадить один человек. Нет, вот ещё, они ели хлеб, но не ели лепешки. Может лепешки делают руками, а хлеб вымешивает машина? Почему же это так важно?
Мы озадаченно переглянулись. Леший покачал головой, а потом стал похожим на собаку, которая что-то почуяла.
– Слышите?
И опять нас удивил Фермер.
– Нет! Отложим это. Алекс, ты ведь сидел рядом с любопытным стражем порядком. Да и кофе ему подливал два раза без его просьбы.
Леший растерялся.
– Но ведь это же нормально! Чайник стоял рядом со мной, а я заметил, что он пару раз облизал губы. Вот и подлил ему кипятка.
– Жажда? Нет! Это что-то иное! – Куратор покачал головой. – Ел он немного: рис с курицей, да пару кружочков огурца. В качестве десерта съел пару зефирок. Заметили, что здесь пил кофе только он? Он почти не разговаривал ни с кем, но был искренне благодарен Лешему, который подливал ему кипятку, как и любому из вас, не выделяя его. Понимаете, так ведут себя только со своим. Этот мент такого давно не испытывал. Думаю, именно его признательность дала возможность что-то сейчас услышать Лешему. Так что ты сейчас услышал?
– Крик, – Лешка подёргал себя за косички и добавил. – Очень громкий крик. Я даже думал, у нас в саду закричали. Странно, что вы не слышщите!
– Так, приводим всё в порядок и садимся за работу! – приказал Куратор.
– Зачем? – воззрился на нас Бур.
– Похоже, нас предупредили, – пояснил Котя.
– Кто? – Фермер нахмурился.
– Не знаю, а гадать не хочу, – потом Котя посмотрел на всех. – Некто помогает нам и заодно сводит счёты. Ему это редко удаётся, мы ему помогли, и он дал нам возможность подготовиться. Лешка что-то сделал, что мы не понимаем, что развязало руки тому, кто нам помогает. Видимо, нашему помощнику очень сложно помогать. Возможно, есть какие-то запреты. Богам, особенно древним очень трудно общаться с людьми. Ведь мы не верим в них, но они существуют в виде каких-то законов. Возможно, это законы развития мира. Хотя они могут и выглядеть как люди.
Фермер прошептал:
– Значит, это – Тешубе. Спасибо, громовержец! Уж не знаю, как и в каком виде ты существуешь, но спасибо. Может ты и закон природы, может меч в её руке! Знай, на меня можно положиться! За мной не пропадёт!
В ответ над головой раздался мощный удар грома, и мы озадаченно переглянулись.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: