Всем привет, друзья!
Её руки знали тяжесть топора и нежность нити, её душа вынесла утраты и взрастила любовь. Александра Ивановна Балашова (урождённая Меньшакова), хоть и не сражалась на передовой, стала настоящей героиней тыла, чей вклад в Победу невозможно переоценить. Её история – это летопись стойкости, труда и безмерной скромности простого человека в эпоху великих испытаний.
Детство, опалённое войной
Александра Ивановна родилась в деревне Сабель Молоковского района Калининской (ныне Тверской) области. Фактически день её рождения – 10 июня, но в документах значится дата, ставшая роковой для всей страны – 22 июня 1927 года. Четырнадцать лет спустя этот «счастливый день», как вспоминала она о своих детских праздниках, навсегда окрасился в чёрный цвет. Война ворвалась в жизнь семьи Меньшаковых стремительно и жестоко.
Мать Александры, Евдокия Васильевна, отправилась проводить мужа, Ивана Петровича Меньшакова, на фронт в районный центр и тяжело заболела. Так четырнадцатилетняя Шура на две недели осталась одна на хозяйстве с трёхмесячным братишкой Витей. И справилась! Этот эпизод стал первым в череде суровых испытаний, которые ей предстояло вынести с удивительной для её возраста силой духа.
Трудовой фронт подростка
На хрупкие плечи Александры лёг непосильный груз взрослой работы. В колхозе имени Сталина её, совсем юную девчонку, посылали одну «в гужевую» – возить грузы на лошади. Зимой это был настоящий ад: рукавицы примерзали к рукам, а валенки приходилось разрезать ножом, иначе снять их было невозможно. Дорогу в пургу не разглядеть, а если их несколько – какая ведёт домой? Страх сковывал ещё сильнее, когда рядом с обезумевшей лошадью бежали стаи волков. Отбиваться приходилось большим колом.
Одной из самых тяжёлых обязанностей была заготовка леса. Пилить огромные ели вручную – труд, который и мужчине не всегда под силу. Александра Ивановна делала это так умело, что мужчины считали честью работать с ней в паре. Однажды гигантская ель чуть не придавила её, но судьба хранила девушку. Она носила неподъёмные мешки с мукой и картошкой по шатким доскам, косила траву по пояс в воде, сушила сено и вилами подавала его на огромные скирды. Научилась запрягать лошадь и крепко связывать брёвна на санях, чтобы они не разъехались по дороге.
Этот каторжный труд, начавшийся в неполные 15 лет, навсегда подорвал её здоровье. Руки и ноги отказывали, мучили сильные боли. Но в больницу Александра Ивановна старалась не обращаться – «чтобы никого не беспокоить», мужественно терпя недуги. В молодости ей даже делали переливание мужской крови – редкая и сложная по тем временам процедура. И снова – работа, работа, работа. На совесть.
За свой героический труд в тылу Александра Ивановна Меньшакова была награждена медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.». Документ о награждении за номером 47428 хранится в архиве. Эту же медаль получил и её отец, Иван Петрович Меньшаков, который служил санитаром на фронте. Он пропал без вести в 1943 году, как и старший брат Александры, Иван. Радость Победы в мае 1945-го, которую принёс в поле почтальон с красной рубахой на палке, была для семьи горько-сладкой. Мужчины возвращались, но их отца и брата среди них не было.
После войны: семья, труд и принципы
Мирная жизнь для Александры Ивановны, как и для всей страны, была наполнена трудом и заботами. Работая в колхозе с 1940 (по некоторым документам – с 1941) по 1952 год, она заслужила уважение односельчан как честный и надёжный труженик тыла. Это уважение к честности стало её жизненным кредо. Она свято верила, что нельзя брать чужое, лгать, использовать связи в корыстных интересах. Эти принципы она привила и своим детям.
Даже став женой редактора районной газеты Фёдора Петровича Балашова (ветерана войны), Александра Ивановна никогда не пользовалась его положением. Она стояла в общих очередях, не просила поблажек для детей ни в магазине, ни в школе. Жизнь заставляла семью переезжать вслед за назначениями мужа. В каждом новом месте Александра Ивановна заново устраивалась на работу – была и поваром в детском саду, и наборщиком в типографии, налаживала быт, помогала детям адаптироваться.
Её руки были поистине золотыми. Она прекрасно шила, вышивала, вязала спицами и крючком. Её стряпня славилась, а заготовки на зиму были образцовыми. Вела хозяйство с удивительной расчётливостью, умудряясь из скромной зарплаты мужа не только содержать семью, но и копить. Без всяких кредитов, в те нелёгкие времена, она накопила на отдельную квартиру сначала женившемуся сыну, а позже – и его дочери.
Став пенсионеркой, Александра Ивановна не перестала заботиться о близких. Покупала ткани на пенсию и шила целые приданые внучкам, чтобы у них всё было «готовенькое». Себе же отказывала в самом малом, даже в сладостях, экономя каждую копейку для семьи. Никогда не жаловалась на судьбу, не роптала на власть. Её принципом было: «Что людям, то и нам». А если требовалось что-то купить, настаивала: «Не дороже денег», выбирая пусть дорогую, но качественную и долговечную вещь.
После смерти мужа она, уже немолодая женщина, освоила чисто мужские дела: могла прибить полку, сколотить парник, посадить или спилить дерево. Даже во время всеобщих праздников, майских демонстраций, когда вся семья уходила гулять, Александра Ивановна оставалась дома – готовила, накрывала огромный стол для родных, включая всех приезжих. Поэтому в семейном альбоме почти нет её фотографий с этих праздников. «Ничего, кроме работы, я в жизни не видела. Ни в какие санатории не ездила», – с горьковатой иронией говорила она. И действительно, её ладони, покрытые мозолями, каждая из которых была повестью о тяжёлом труде, говорили сами за себя.
Человеческое измерение подвига
Александра Ивановна обладала удивительным характером. Ей была присуща тонкая ирония – её меткие словечки-характеристики надолго «прилипали» к людям. Но главными её чертами были невероятная доброта, отзывчивость, готовность прийти на помощь, скромность и глубокая любовь к людям и животным. Она понимала чужую душу с полуслова. Помнила её внучка, как бабушка плакала, слушая по радио песню «Нежность» в исполнении Анны Герман или «Домик окнами в сад» братьев Радченко – эти мелодии трогали какие-то самые сокровенные струны её души.
С теплотой вспоминала она и умного колхозного коня Илюшу, который сам находил дорогу домой, едва понимал, что работа закончена. Александра Ивановна, в отличие от других, не садилась на воз, а шла рядом, жалея умное животное, везущее тяжёлую поклажу.
Несправедливость памяти и тихий уход
Жизнь преподнесла Александре Ивановне и горькие уроки несправедливости. Из-за путаницы с написанием фамилии мужа (Балашев - Балашёв - Балашов) она долгие годы не могла получать пенсию по потере кормильца за Фёдора Петровича Балашова, ветерана и редактора. Та же бюрократическая неразбериха с фамилиями (Меньшаков - Меньшиков) стала причиной отказа военкомата в установке памятника на могиле её мужа и свекрови, Марии Яковлевны Балашовой, в Зубцове. Теперь рядом с ними покоится их сын, Владимир Фёдорович.
Александра Ивановна Балашова (Меньшакова) ушла из жизни 4 декабря 2008 года. Она похоронена на Анастасинском кладбище в Смоленске рядом с матерью и младшим братом.
Её внучка, Александра Фёдоровна Лицарева, педагог-организатор, с гордостью хранит память о бабушке. И эта гордость – заслуженная. Потому что подвиг Александры Ивановны Балашовой – это не громкие сражения, а ежедневное, тихое, невероятно тяжёлое служение Родине и семье в тылу. Подвиг стойкости, честности, безграничной любви и труда, оставивший глубокий след в сердцах всех, кто её знал, и ставший примером истинного патриотизма и человеческого достоинства для потомков. Её жизнь – вечный памятник силе духа тружеников тыла, ковавших Победу в тылу.
★ ★ ★
ПАМЯТЬ ЖИВА, ПОКА ПОМНЯТ ЖИВЫЕ...
СПАСИБО ЗА ВНИМАНИЕ!
~~~
Ваше внимание — уже большая поддержка. Но если захотите помочь чуть больше — нажмите «Поддержать» в канале или под статьёй. От души спасибо каждому!