Вот такая родилась притча, вдохновлено клиентами)
В одном далеком царстве жил несгибаемый титан по имени Аргос. Он был силен и могуч, и все в округе знали, что на его плечах держится все благополучие деревни. Аргос никогда не просил помощи, считая, что только он способен справиться со всеми трудностями. Он тянул на себе тяжести, гордо поднимая их выше, чтобы все видели его силу. Строил самые высокие стены, переносил валуны для новой мельницы, один вытаскивал застрявшие повозки - его подвиги были легендой. Деревня процветала, но жители постепенно привыкли к его вечной надежности, почти перестали замечать его изнеможение, скрытое за маской непоколебимости.
С годами его плечи, некогда подобные гранитным утесам, становились все более изможденными, покрытыми отметинами усталости. Глубокие морщины на лице рассказывали историю немыслимого напряжения. Но он продолжал нести ношу, день за днем, убеждая себя, что его значимость измеряется исключительно в том, сколько он может сделать сам. Он боялся, что стоит ему попросить о малейшей поддержке, как рухнет весь созданный им миф о непобедимости, а деревня поймет, что он уязвимый, как и все. Эта мысль была для него невыносима.
Но однажды, когда он снова поднимал огромный камень для ремонта амбара, его силы, иссякли полностью. Мускулы, годами копившие напряжение, отказали разом. Камень с глухим стуком рухнул на землю, а сам Аргос пошатнулся и упал на колени, зарыв лицо ладонями. Не физическая боль, а оглушительное осознание полного опустошения, выгорания до пепла, сдавило ему грудь. Он увидел мир в серых тонах, лишенный смысла, который он так отчаянно пытался в него вложить в одиночку. Мир, где его сила больше не спасала даже его самого.
В этот момент, когда пыль от упавшего камня еще не осела, к нему подошла старая мудрая женщина, чьи глаза видели сквозь любые маски. Она молча положила свою легкую, как перо, морщинистую руку на его согнутую спину. «Почему ты не попросил помощи, Аргос?» - спросила она тихо, но так, что слова проникли прямо в самое сердце. Не упрек, а вопрос, полный печали и понимания.
Аргос поднял голову. Он хотел было выпалить привычное: «Я справлюсь сам!», но слова застряли в горле. В ее взгляде не было ни насмешки, ни разочарования - лишь сострадание и тихая мудрость. И тогда, сквозь туман усталости и стыда, к нему пришло осознание, ошеломляющее по своей простоте и горькое по упущенному времени. Его гордость, его упорное одиночество, лишили его не только сил. Они лишили его простой человеческой радости от совместного труда, тепла дружеского плеча, близости, рождающейся в общем преодолении. Он был одиноким монументом на площади, которого все почитали, но воспринимали как данность.
«Я… я боялся», — прошептал он, и это признание стало первым шагом к освобождению. Старая женщина лишь кивнула. На следующий день Аргос подошел к молодым дровосекам, пытавшимся сдвинуть огромное поваленное бурей дерево, перегородившее дорогу. «Мне нужна ваша помощь - сказал он, голос его дрожал, но был тверд. Вместе мы можем справимся быстрее». Удивленные, а затем обрадованные, парни с готовностью согласились. И когда общими усилиями бревно было убрано, Аргос впервые за долгие годы почувствовал не изнурительное истощение, а странную, легкую усталость и… теплоту в груди. Он увидел улыбки на лицах юношей, услышал их смех и благодарность, адресованную не только ему, но и друг другу.
Так началось его преображение. Он перестал видеть в помощи слабость, а в сотрудничестве - угрозу своему статусу. Он стал делиться/делегировать грузом. Не только физическим, например задачей построить новый мост или собрать большой урожай, но и грузом ответственности, решений. Он научился слушать идеи других, ценить их умения. Он понял, что его истинная сила теперь – в умении объединять, направлять, вдохновлять.
И произошло чудо. Деревня не просто выжила без его титанических одиночных усилий – она расцвела как никогда. Работы выполнялись быстрее и качественнее, потому что каждый задействовал свои лучшие качества и навыки. Появились новые ремесла, улучшились старые. Но главное - изменилась атмосфера. Исчезла прежняя зависимость и пассивность, сменившись общим энтузиазмом и взаимовыручкой. Люди чаще улыбались, собирались вместе не только по нужде, но и для праздника, для простого общения. Они научились ценить силу взаимопомощи.
Аргос, чьи плечи постепенно распрямились, а глаза вновь обрели блеск, смотрел на это преображение с глубоким, спокойным удовлетворением. Он больше не был одиноким столпом, держащим небо. Он стал частью живого, сильного, гибкого организма – своей деревни. Истинная сила, осознал он, глядя, как дети весело помогают взрослым украшать обновленную площадь, как старики делятся историями у общего костра, а молодые планируют новые дела, заключалась именно в этом – в единстве, доверии и взаимопомощи. В способности протянуть руку и принять ее. Это была сила, которая не истощала, а умножала себя, создавая нечто большее, чем мог достичь любой, даже самый могучий, титан в одиночку. И в этом была настоящая, непреходящая мудрость.
Сказка ложь, да в ней намёк))
Часто так мужчины в терапию приходят с выгоранием, потерей смысла, запросом "хочу снова хотеть", переутомлением/истощением, невыносимой фрустрацией от своего бессилия, тк "не запрашивать помощь, все взвешивать на себя, ждать благодарности и не получать" не просто поведение, а несущая конструкция, поведение - это то, что на поверхности.
Даже есть фразеологизм "прикладывать титанические усилия", слишком много, с надрывом, но всегда ли это обосновано? А если препятствий и проблем недостаточно, то такие люди сами их себе находят и создают, бессознательно конечно же. Если есть готовность попробовать по-другому, контакты для записи указаны ниже.
Автор: Золина Юлия Николаевна
Психолог, Клинический психолог
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru