Во-первых, Бродский на снимках с лапками, конечно, изображает себя, пребывающего в хорошем настроении. Друзья вспоминали, что он имел привычку таким жестом обозначать приятные моменты. И, еще, кажется, так он немного троллил тех, кто делал фотографии и просил его позировать.
Но какое животное таким образом изображает Бродский? Некоторые считают, что зайчика. Но большинство (и я) — что котика. Известно, что поэт обожал кошек, а иногда и сам был котом. Еще в родительской семье в Ленинград было заведено, что Иосиф Бродский и его отец называли друг друга котами. Жена Бродского Мария Соццани тоже звала его котом. Котом назвал Бродского Михаил Барышников, а Бродский его называл Мышь.
Бродский признавался, что почувствовал себя котом в момент простого, но острого счастья в Венеции.
Помню один день — день, когда, проведя здесь в одиночку месяц, я должен был уезжать и уже позавтракал в какой-то маленькой траттории в самом дальнем углу Фондамента Нуова жареной рыбой и полбутылкой вина. Нагрузившись, я направился к месту, где жил, чтобы собрать чемоданы и сесть на катер. Точка, перемещающаяся в этой гигантской акварели, я прошел четверть мили по Фондамента Нуова и повернул направо у больницы Джованни и Паоло. День был теплый, солнечный, небо голубое, все прекрасно. И спиной к Фондамента и Сан-Микеле, держась больничной стены, почти задевая ее левым плечом и щурясь на солнце, я вдруг понял: я кот. Кот, съевший рыбу. Обратись ко мне кто-нибудь в этот момент, я бы мяукнул. Я был абсолютно, животно счастлив.
Иосиф Бродский о Венеции в эссе «Набережная неисцелимых»
Бродский практиковал разные кошачьи повадки, в которые отлично вписываются эти «лапки хорошего настроения» и о которых многократно рассказывали те, кто близко с ним общался. Если Бродский хотел привлечь к себе внимание, показать свое расположение, он изображал руками когти и скреб собеседника по плечу или рукаву. Если хотел уйти от вопроса, завершить телефонный разговор или просто немного подурачиться — говорил: «Мяу!». Если был чем-то заинтересован или доволен — облизывался, как кот.
Бродский любил рисовать: в черновиках, в записках друзьям, на страницах изданных книг. Кошки часто встречаются в таких автографах. И нередко однозначно воспринимаются как автопортреты поэта. А вот на этом рисунке Бродский нарисовал те лапки, которые часто изображал в жизни и для фото.
Сохранилось множество рисунков, на которых Бродский изобразил котов. И фотографий, на которых поэт тискает котов. И никаких следов его особого отношения к зайцам.
Даже в своем последней эссе, рассуждая о такой серьезной теме, как природа творчества, Бродский «мяукает»:
Со стороны творческие способности представляются предметом зависти или восхищения; изнутри — это нескончаемое упражнение в неуверенности и огромная школа сомнений. В обоих случаях мяуканье или какой-то другой нечленораздельный звук — наиболее адекватная реакция на всякий вопрос о «творческих способностях».
Иосиф Бродский в эссе «Кошачье "Мяу"» (1995), посвященном природе творчества
Итак, Иосиф Бродский — кот и поклонник котов. И у него лапки.
Подписывайтесь на мой канал «Арт с котом» в Телеграме: там еще больше кошек :)