(Продолжение истории маленькой персиянки)
Неожиданная встреча
В тот день базар в Ширазе был особенно шумным. Марьям, присев на краю арыка (оросительного канала), пересчитывала монеты, которые отец доверил ей для покупки шафрана. Вдруг её внимание привлёк голос — чистый, как звон серебряного колокольчика:
«Свеча моей души дрожит в ночи,
Как мотылёк, что рвётся к свету…»
Она обернулась. У стены караван-сарая стоял худощавый юноша лет пятнадцати в поношенном, но опрятном халате. В руках он держал потрёпанный лист бумаги.
— Это твои стихи? — не удержалась Марьям.
Юноша вздрогнул — видимо, не ожидал, что его услышат. Его глаза, цвета тёмного мёда, расширились:
— Ты… понимаешь поэзию?
— Конечно! — вспыхнула она. — Моя тётя знает наизусть всего «Дивана» Хафиза!
Тайное учение
Юношу звали Фарид. Как оказалось, он был подмастерьем у старого каллиграфа, но тайно писал стихи.
— Хозяин говорит, что перо — не для бедняков, — прошептал он, оглядываясь. — Но как можно не писать, когда в Ширазе даже воздух пахнет рифмами?
Фарид показал ей деревянную дощечку с выцарапанными строчками. Это были стихи о садах, что цветут за горами, и о птице, что мечтает о свободе.
— Они… прекрасны, — прошептала Марьям.
— Ты действительно так думаешь? — он улыбнулся впервые за весь разговор.
Опасное вдохновение
С этого дня Марьям стала приходить к караван-сараю каждый раз, когда отец отпускал её одну. Фарид читал ей новые стихи, а она приносила ему свежие листы бумаги (украденные у торговца-армянина) и гранатовую халву.
Но однажды их заметил стражник городского вали (правителя).
— Что это?! — он схватил Фарида за плечо. — Ты учишь девочку читать?
— Нет-нет, мы просто…
— Знаю я ваши «просто»! — прошипел стражник. — Беднякам не положено знать букв!
Побег
Фарида бросили в зинда́н (подземную тюрьму). Марьям, дрожа от страха, побежала к старому каллиграфу — единственному, кто мог помочь.
— Глупый мальчишка! — ворчал старик, доставая кошель с монетами. — Но талантливый…
На следующий день Фарида отпустили — каллиграф заплатил выкуп. Но условие было строгим:
— Если я ещё раз увижу вас вместе, — сказал стражник, — девочку выдают замуж, а мальчика отправят в каменоломни.
Прощание
— Мне пора уходить, — прошептал Фарид на рассвете у городских ворот. — В Исфахане живёт мой дядя-переплётчик. Он научит меня ремеслу… и я стану поэтом.
— А я? — у Марьям дрожал голос.
— Ты будешь ждать, — он положил ей в руку высохший цветок ислиха (горной фиалки). — Когда-нибудь мои стихи прозвучат по всему Ширазу. И ты узнаешь их.
«В Персии даже стены шепчут стихи…» 🌙