2 июля 2024 года рабочий день в прокуратуре Северной Осетии клонился к закату. Мария (имя изменено), старший прокурор, получила привычное распоряжение от своего начальника, Григория Авакяна, задержаться и зайти к нему. Такие вызовы не вызывали у неё подозрений — рутина ведомства. Но в этот раз всё обернулось кошмаром. В руках Авакяна был поводок.
По словам Марии, начальник предложил ей выпить. Она согласилась, не ожидая подвоха. Но после первого глотка её тело начало отключаться. Ноги и руки налились свинцом, голова кружилась, голос пропал. Женщина пыталась оттолкнуть Авакяна, но силы стремительно покидали её. Позже следствие предположило, что в напиток было подмешано сильнодействующее вещество, лишившее Марию возможности сопротивляться.
Авакян, по её словам, не медлил. Около часа он издевался над ней в своём кабинете — месте, которое должно символизировать закон и справедливость. Мария рассказывала, как он срывал с неё одежду, удерживал её, игнорируя слабые попытки вырваться. Она не могла кричать или звать на помощь. Её разум захлебывался от ужаса, а тело отказывалось подчиняться.
Когда всё закончилось, Авакян, уверенный в своей безнаказанности, оставил в машине Марии миллион рублей — явная попытка купить её молчание. Но женщина не собиралась молчать.
Система закрывает глаза
Мария, пережив этот кошмар, нашла в себе силы обратиться к руководству прокуратуры. Она надеялась на поддержку, на то, что её услышат и защитят. Но вместо этого наткнулась на равнодушие. Ей пообещали разобраться, но тут же намекнули, чтобы она не писала официальное заявление. Репутация ведомства, похоже, оказалась дороже чести сотрудницы.
Авакян тем временем не терял времени. В день, когда Мария рассказала о случившемся, он подал заявление об увольнении по собственному желанию. Следователи, прибывшие осмотреть кабинет, столкнулись с препятствиями: их дважды не пустили в помещение. Записи с камер видеонаблюдения, которые могли зафиксировать передвижения Авакяна, исчезли. В кабинете, где всё произошло, внезапно начался ремонт, уничтоживший возможные улики. Всё выглядело как чётко спланированная операция по заметанию следов.
Но Мария не сдалась. 4 июля она подала официальное заявление в правоохранительные органы и передала следователям миллион рублей, оставленный Авакяном. Медицинское освидетельствование подтвердило её слова: на теле женщины были синяки, ссадины, кровоподтёки и внутренние повреждения. Она даже прошла проверку на детекторе лжи, чтобы доказать свою правоту.
Травля вместо поддержки
Казалось, после таких доказательств дело должно было стремительно пойти в суд. Но система продолжала защищать своего. Против Марии развернулась настоящая травля. За два месяца её затянули в четыре служебные проверки. В ноябре 2024 года женщину, отдавшую прокуратуре 15 лет, уволили по сокращению. Ей предложили унизительные варианты: должность помощника прокурора в другом районе или даже водителя. Это был явный намёк: тех, кто идёт против системы, ждёт расплата.
Даже служба собственной безопасности прокуратуры, призванная защищать сотрудников, оказалась втянута в попытки замять дело. Против её руководителя, Льва Мисикова, возбудили уголовное дело за препятствование правосудию, но уже на следующий день его отменили. Всё указывало на то, что кто-то наверху старался прикрыть Авакяна.
Отчаянные попытки уйти от наказания
Авакян тоже не сидел сложа руки. В июле 2024 года, пока шло следствие, он подал ходатайство с просьбой отправить его на фронт, явно надеясь, что это поможет избежать ответственности. Мария была категорически против, настаивая, что он должен ответить перед законом. Её позиция оставалась твёрдой: преступник не имеет права уйти от правосудия.
Следственный комитет не дал Авакяну ускользнуть. 16 июля его задержали, а дело по статье об изнасиловании (ч. 1 ст. 131 УК РФ) передали в суд. Чтобы исключить влияние местных связей Авакяна, рассмотрение дела перенесли в Пятигорский городской суд. Генеральная прокуратура утвердила обвинительное заключение, и процесс начался.
Приговор, который всё расставил по местам
15 мая 2025 года Пятигорский городской суд вынес приговор. Григорий Авакян был признан виновным в изнасиловании и получил 4,5 года лишения свободы в колонии общего режима. Суд также обязал его выплатить Марии миллион рублей в качестве компенсации морального вреда. Приговор ещё не вступил в силу, и защита Авакяна, вероятно, будет его обжаловать. Но для Марии это стало важным шагом в её борьбе за справедливость.
Авакян, который сначала отрицал вину, в итоге признал её и даже попросил прощения. Но это не смягчило ни боли Марии, ни строгости приговора. Его действия, совершённые с циничностью в стенах прокуратуры, стали символом того, как власть может развращать тех, кто должен её воплощать.