Запах сырости и тлена ударил в нос, как только я переступил порог. Заброшенная церковь стояла на отшибе, словно выплюнутая временем и забытая Богом. Местные жители обходили ее стороной, шепча о странных огнях и жутких звуках, доносящихся оттуда по ночам. Конечно, я, как заядлый исследователь паранормальных явлений, не мог упустить такую возможность.
Фонарик выхватывал из темноты обломки витражей, осыпающуюся штукатурку и покосившиеся скамьи. Атмосфера давила на плечи, словно невидимая рука. Я чувствовал, как по спине бегут мурашки, хотя рационально понимал, что это всего лишь игра воображения.
Пройдя вглубь, к алтарю, я заметил странные символы, нацарапанные на полу. Они не были похожи ни на христианские, ни на какие-либо другие, известные мне. В воздухе витал едва уловимый запах ладана, смешанный с чем-то гнилостным и отвратительным.
Внезапно, в дальнем конце церкви, я услышал тихий шепот. Сначала мне показалось, что это ветер, но слова становились все отчетливее, складываясь в неразборчивое бормотание. Я замер, прислушиваясь.
Шепот усиливался, превращаясь в хор голосов, произносящих что-то на незнакомом языке. Фонарик в моей руке начал мерцать, бросая причудливые тени на стены. Сердце бешено колотилось в груди.
Я медленно двинулся в сторону звука, стараясь не издавать ни единого шороха. За алтарем, в полумраке, я увидел их.
Около десятка фигур в черных балахонах стояли кругом, склонившись над чем-то, лежащим на полу. Их лица были скрыты капюшонами, но я чувствовал на себе их пристальные взгляды. Они продолжали бормотать, раскачиваясь в такт своим словам.
В центре круга, на окровавленном алтаре, лежал… я не мог поверить своим глазам… человеческий череп. Вокруг него были разбросаны кости и какие-то ритуальные предметы.
Страх сковал меня. Я хотел бежать, кричать, но не мог пошевелиться. Я был парализован ужасом.
Один из фигур поднял руку, и хор голосов стих. Он медленно повернулся в мою сторону. Я увидел его лицо – бледное, изможденное, с безумным блеском в глазах.
Он указал на меня пальцем и прохрипел: "Ты не должен был видеть это."
В тот же миг, все фигуры повернулись ко мне. Их глаза горели нечеловеческим огнем. Я почувствовал, как вокруг меня сгущается тьма, как воздух становится тяжелым и вязким.
Я попытался бежать, но ноги словно приросли к полу. Они приближались, медленно, неотвратимо.
Вдруг, в церкви раздался оглушительный треск. Одна из витражных роз, чудом уцелевшая, разлетелась на тысячи осколков. Яркий луч лунного света пронзил тьму, осветив алтарь и фигуры в балахонах.
Они зашипели, словно их обожгло, и отступили назад. Я воспользовался моментом и бросился к выходу, не разбирая дороги.
Выбежав из церкви, я не останавливался, пока не добрался до своей машины. Запрыгнув внутрь, я вдавил педаль газа в пол и умчался прочь, не оглядываясь.
С тех пор прошло много времени, но я до сих пор помню тот ужас, тот запах тлена и безумные глаза в темноте. Я больше никогда не приближался к заброшенным церквям. И я знаю, что они все еще там, в темноте, продолжают свои жуткие ритуалы, ожидая следующей жертвы, которая осмелится нарушить их покой. И я молюсь, чтобы это был не я.