Трабзон. 1497 год
В дверь шехзаде Селима, постучались.
Крупный и видный мужчина, коим являлся 32-летний Селим, больше напоминал на султана, чем на шехзаде.
- Войдите, - произнес Селим своим сочным басом, и в дверь, согнувшись в три погибели, вошёл главный евнух - Хашхаш ага.
- Шехзаде, - на одном дыхании пропел Хашхаш. - Хафса хатун родила девочку!
На лице Селима, промелькнуло подобие улыбки. Он кивнул евнуху, и поспешно направился к своей любимой - Хафсе хатун.
Хафсе хатун было всего девятнадцать лет, и она была любимицей Селима. Несмотря на юный возраст, Хафса уже подарила Селиму двоих детей - Сулеймана и Хатидже. Теперь пришел черед и третьего ребенка, очередной девочки.
До Хафсы у Селима уже было несколько наложниц - Айше хатун и Ташлджлы хатун. И если последняя числилась в гареме практически номинально, то Айше хатун уже родила Селиму нескольких сыновей и дочь. Большинство детей уже было взрослыми, самым младшим сыном Айше на данный момент был трехлетний Абдулла.
Айше считала себе повелительницей сердца Селима, но пару лет назад в гареме появилась новая наложница - черкешенка Хафса. Пятнадцатилетняя красавица сразу покорила сердце шехзаде. На следующий год девушка родила любимому сына - Сулеймана, а ещё через два года подарила ему дочь Хатидже. Теперь пришел черед и третьего ребенка.
С момента своего появления в гареме, Хафса не покидала покоев шехзаде, и Айше оставалось лишь кусать губы, понимая что она осталась не у дел.
- Моя дорогая Хафса! - непривычно нежным для себя голосом, проворковал Селим. - Моя быстроногая газель!
- Ты пришел, любимый! - вздохнула с облегчением красавица Хафса, и протянула дочь шехзаде.
Селим осторожно взял на руки малышку, и с нежностью глядя на нее, произнес:
- Твое имя Бейхан, твое имя Бейхан,твое имя Бейхан.
В это время раздался шум и в покои ворвалась Айше.
- Мои поздравления! - ехидно произнесла девушка. - Я так и знала, что ты родишь девчонку!
- А ты и вовсе никого не родила после Абдуллы! - парировала Хафса.
- Ах ты,черкесская подстилка! - взбесилась Айше и непременно бы набросилась на Хафсу, если бы в покои не вбежала высокая девушка.
- Как вам не стыдно, Айше хатун! - укоризненно произнесла девушка. - А вы, шехзаде, что молчите? Не можете помирить своих наложниц? Стыд вам и позор!
Смелую девушку звали Дайе и она уже много лет находилась в услужении Хафсы хатун. Кому-то другому, дерзкие слова Дайе возможно и не сошли бы с рук, но к счастью, служанка была общей любимицей и прекрасно находила общий язык не только со своей госпожой, но и с шехзаде и даже с Айше.
- Твоя правда, Дайе! - кивнул Селим. - Девушки не ссорьтесь, я люблю вас обеих!
- Да уж, - промямлила Айше, которая в принципе не была злой. - Прости меня Хафса... Моим сердцем снова завладела мелкая женская зависть.
Хафса примирительно улыбнулась и мир был установлен. Дайе облегчённо вздохнула, уже не первый раз служанка улаживала конфликты между двумя наложницами и благодаря ей в гареме шехзаде царили мир и тишина.
Дайе была родом из Московии, а если точнее, то из города Вороножа. При рождении девушку звали Дарьей, и ее отец Михаил Иванович, был одним из местных князей. Мать Дарьи умерла при рождении дочери, других детей у супругов не было, а новой женой Михаил так и не успел обзавестись. В одной из междуусобных стачек он погиб. Осиротевшая Дарья,которой на тот момент было всего семь лет в страхе убежала из дома.
Чудом девочка наткнулась на конный отряд всадников. Это были черкессы, приезжавшие в Воронож и пытавшиеся искать военной помощи против Большой Орды у Михаила. До этого черкессы уже объехали и другие города юга Московии, и заручились поддержкой других князей. Черкессы, увидев маленькую плачущую девочку, отнеслись к ней с участием. А узнав о том, что она является дочерью того самого Михаила,решили забрать ребенка с собой. Уже в Черкесии, Дарья подружилась со своей ровесницей, черкесской княжной... С тех пор Дайе и Хафса были неразлучны.
- Ну что же, Хафса, думаю тебе и ребенку надо отдохнуть, - улыбнулся Селим. - Набирайся сил, любимая.
С этими словами шехзаде и Айше покинули покои Хафсы, и с ней осталась лишь верная Дайе.
- Слышали новости, Хафса хатун? - задала вопрос Дайе.
Девушка отрицательно покачала головой, и Дайе со вздохом заметила:
- Да откуда же вам знать, когда последние сутки вы страдали от сильных схваток... Новость хорошая, ибо она даёт мне надежду побывать на родине. Султан Баязид заключил дипломатические отношения с Московским царем Иваном Третьим.
- Это очень хорошая новость! - ожила Хафса. - Ведь даст Аллах, ты снова сможешь увидеть свой Воронож!
- Иншалла, Иншалла, - вздохнула Дайе.
Девушки загрустили и тут тишину прорезал требовательный крик Бейхан султан.
Хафса улыбнулась:
- Есть хочет, моя крошка...
Трабзон. 1500 год
- У меня родилась сестра,у меня родилась сестра! - прыгавший на одной ножке и вопящий от восторга Абдулла вместе с сестрами Хатидже и Бейхан весело скакал по дворцу.
- Хватит вопить! - Сулейман, которому исполнилось шесть, так же как и Абдулле, раздражённо посмотрел на брата и младших сестер. - Ну родилась и родилась!
Сулейман рос серьезным и нелюдимым мальчишкой, он сторонился детских игр и никогда не принимал в них никакого участия. Вместо этого он постоянно учился чему-то новому и вызывал этим радость у учителей и родителей и насмешки у брата и сестер.
- Как ты можешь бы таким, Сулейман? - покачала головой нежная Хатидже. - У нас родилась сестра!
- И что? - Сулейман поднял голову от книги и с высокомерием посмотрел на сестру. - Ещё одна сестричка? Вот уж радость! А уж то что ты радуешься, Абдулла, мне и вовсе смешно! Это моя мать родила девочку, а не твоя!
- Какой ты плотивный! - не удержалась трехлетняя Бейхан, ещё плохо выговаривавшая букву "р". - Такой высокомелный! Как пуклин!
Сулейман рассмеялся:
- Не пуклин, а павлин, сестричка! Лучше бы ты занималась учебой, чем играми...
- Чтобы стать таким же занудой, - фыркнула Бейхан.
- Дети, дети, не ссорьтесь, - в покоях показалась высокая фигура Дайе. - Сулейман, не обижай братьев и сестру, они ещё дети, впрочем, как и ты. Учиться они всегда успеют.
Сулейман хмыкнул:
- Ну пускай растут неучами, раз матушку это устраивает.
Дайе вздохнула, ее волновал Сулейман, он был слишком развит для своих лет, и это не нравилось Дайе. Впрочем Хафса души не чаяла в сыночке, уверяя подругу в том, что Сулейман обязательно станет большим человеком в стране. Дайе недовольно хмыкала, считая, что ребенка не только лишили детства, но и сделали его взрослым не по годам. Кроме того, Дайе не была уверена в том, что Сулейман станет таким уж большим человеком в Османской империи...
- Дайе, - пискнула Хатидже. - А как назвали девочку?
Лицо Дайе смягчилось:
- Ее имя Фатьма.
Константинополь. 1505 год.
Дети с интересом осматривались, они впервые приехали в столицу, и впервые увидели своего деда Баязида Второго. Впервые за многие годы, Баязид пригласил Селима вместе с Айше, Хафсой и детьми. Решение падишаха было обусловлено тем, что совсем недавно Селим разгромил войско Сефевидов. Было и ещё одно событие из-за которого Баязид вызвал своего сына в столицу - это была смерть Гюльбахар, матери Селима...
Дети конечно же не пошли на похороны, тем паче, что никто из них никогда не видел в глаза свою бабку. Вместо этого они вовсю носились по коридорам и рассматривали Топкапы. В кои-то веки Сулейман,которому как и Абдулле исполнилось одиннадцать лет, бегал по коридорам вместе с другими детьми.
- Говорят, на территории сада Топкапы есть зверинец, - заметил Сулейман. - Повелитель держит там самых диковинных животных - жирафа, слона, тигра и носорога.
Дети, исключая пятилетнюю Фатьму, уже начали свое обучение,и потому они слышали об этих диковинных зверях.
- Было бы здорово! - воскликнула энергичная Бейхан.
- Ха! - усмехнулась Хатидже. - Зверинец! От Дайе хатун я слышала о том, что во дворце живёт начальник стражи Али...
- И что? - перебил сестру Сулейман.
- Между прочим невежливо перебивать! - заметила Бейхан.
- Али предсказывает будущее, - таинственно понизила голос Хатидже. - Давайте сходим к нему и попросим нас узнать о нашем будущем?
- Я не пойду! - буркнул Сулейман. - Во-первых это грех, ислам не разрешает...
- Опять ты нудишь! - воскликнула Бейхан.
- Сама же только что сказала,что перебивать невежливо, - прищурился Сулейман.
- Не ссорьтесь, пожалуйста! - Хатидже молитвенно сложила руки. - Если ты не хочешь идти Сулейман, не ходи, а я бы пошла.
- И я, - кивнул молчаливый Абдулла.
- Я конечно тоже! - воскликнула Бейхан. - Обожаю все таинственное! И как он интересно, предсказывает судьбу? И сбываются ли его предсказания?
- Я думаю он обычный мошенник, - заметил Сулейман. - Впрочем если хотите, можете его посетить. Фатьма, малышка, ты с ними?
Пятилетняя Фатьма, слушавшая разговор старших с интересом, хмыкнула, и с надменностью в голосе произнесла:
- Неть!
- Фатьма, милая, - начала поправлять ее Хатидже. - Надо говорить нет, а не неть! Тебе уже пять лет, и ты должна говорить правильно.
Фатьма поджала губы. Это выглядело так забавно, что остальные дети не удержались от смеха.
- Фатьма! Ты прирожденная актриса! - хохотал Абдулла.
- Она твоя копия, Сулейман! - смеялась Бейхан. - Такая же высокомерная!
Сулейман не обратил в этот раз никакого внимания на слова сестры, он весело смеялся вместе со всеми.
Фатьма, видя, что все смеются именно над ней, скривила лицо и начала истошно рыдать.
- Эй, сестричка, успокойся, - подошёл к ней Абдулла. - Мы не хотели тебя обидеть...
Фатьма ещё больше разрыдалась, теперь к ее плачу присоединился истеричный вой.
- Фатьма, хватит! - Хатидже решительно подошла к сестре. - Мы не дома, а в гостях, так что не нужно устраивать здесь свои скандалы!
Вместо того, чтобы успокоиться, Фатьма начала топать ногами и ещё громче орать, на ее истошные вопли прибежала нянька Фатьмы - Гюльгюн хатун.
- Мое солнышко, мое дитятко, - засюсюкала нянька. - Что с тобой, моя драгоценная султанша?
- Они меня обизяют! - плаксиво вымолвила Фатьма.
Гюльгюн метнула на детей ненавистный взгляд.
- Такие большие, и обижают маленькую! - с негодованием произнесла нянька. - И как не стыдно!
Подхватив Фатьму на руки, Гюльгюн поспешно зашагала по коридору.
Фатьма напоследок показала братьям и сестрам язык.
- Ну вот, - развел руками Сулейман. - Вы хотите сказать, что и я такой?
- Нет, братец, ты не такой, - ответила Хатидже. - Ты конечно серьёзен не по годам и иногда высокомерен, но ты такой, какой есть. А Фатьма... Фатьма она...
- Манипуляторша она, вот кто, - выпалила Бейхан. - И с годами она будет только хуже!
- Она ещё маленькая, - вступился за сестру Абдулла. - Вполне возможно, потом она исправится.
Бейхан с сомнением покачала головой,она не верила,что Фатьма вырастет хорошим человеком.
Продолжение следует.