В чем заключается ограничение свободы
31 января 2014 г. Конституционный суд РФ вынес важное Постановление по вопросу конституционно-правого толкования содержания и применения ч. 1 ст. 53 УК РФ, регламентирующих один из видов уголовного наказания - ограничение свободы. Согласно этой норме ограничение свободы заключается в установлении судом осужденному ограниче. ний: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в определенное время суток, не посещать определенные места, расположенные в пределах территории соответствующего муниципального образования, не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, не посещать места проведения массовых и иных мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях, не изменять место жительства или пребывания, место работы и (или) учебы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации. При этом суд возлагает обязанность на осужденного являться в уголовно-исполнительную инспекцию, от одного до четырех раз в месяц для регистрации. Установление судом осужденному ограничений на изменение места жительства или пребывания без согласия уголовно-исполнительной инспекции, а также на выезд за пределы территории соответствующего муниципального образования является обязательным.
Позиции заявителей
В КС РФ поступили две жалобы о признании несоответствующей Конституции РФ ч. 1 ст. 53 УК РФ в силу того, что положениями этой части не обеспечиваются интересы потерпевших, состоящие в воспрепятствовании повторному насилию со стороны осужденных.
Из Постановления КС РФ от 31 января 2024 г.
По результатам рассмотрения уголовного дела, в рамках которого гражданка О.А. Балукова признана потерпевшей и гражданским истцом, приговором мирового судьи судебного участка N 387 Басманного района города Москвы от 7 июля 2021 года гражданин Л. осужден за совершение преступления, предусмотренного частью первой статьи 119 "Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью" УК Российской Федерации. С учетом наличия смягчающих наказание обстоятельств и отсутствия отягчающих ему назначено ограничение свободы сроком на один год с установлением следующих ограничений: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) с 23:00 до 06:00, не выезжать за пределы города Москвы, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы (которым в соответствии с частью первой статьи 47.1 УИК Российской Федерации является уголовно-исполнительная инспекция), не посещать места проведения массовых и иных мероприятий и не участвовать в них. Также на Л. возложена обязанность являться в уголовно-исполнительную инспекцию один раз в месяц для регистрации.
О.А. Балукова, выражая несогласие с этим приговором в том числе в части назначенного наказания - полагая его чрезмерно мягким, не отвечающим тяжести содеянного, не способствующим восстановлению социальной справедливости и не позволяющим предотвратить совершение осужденным новых актов насилия в отношении нее, поскольку судом не установлено ограничений в виде запрета посещения осужденным ее места жительства и работы, - оспорила его в апелляционном порядке.
Апелляционным постановлением районного суда от 20 сентября 2021 года подтверждена правомерность вынесенного мировым судьей решения, а доводы О.А. Балуковой отвергнуты с разъяснением, что наказание Л. назначено в том числе с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о его личности и влияния назначенного наказания на его исправление; наказание признано справедливым и соразмерным содеянному, отвечающим целям исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений. Также суд апелляционной инстанции со ссылкой на пункт 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания" указал, что суд не вправе установить осужденному ограничения и возложить на него обязанности, не предусмотренные статьей 53 УК Российской Федерации.
О.А. Балукова обжаловала решения судов первой и апелляционной инстанций в кассационном порядке, утверждая, что опасается продолжения совершения в отношении нее противоправных действий со стороны осужденного, и полагая с учетом этого, что имеются основания для установления Л. в период ограничения свободы также запрета посещать место ее жительства и работы, а именно находиться на расстоянии ближе 300 метров от этих мест.
Постановлениями судьи кассационного суда общей юрисдикции и судьи Верховного Суда Российской Федерации также констатирована справедливость назначенного наказания и его соразмерность содеянному. При этом судьи отметили, что вопрос о дополнении ранее установленных осужденному ограничений свободы в соответствии с частью третьей статьи 53 УК Российской Федерации может быть разрешен судом в период отбывания наказания по представлению специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.
Позиция второго заявителя возникла в результате рассмотрения дела с похожими обстоятельствами и с аналогичным исходом.
Из Постановления КС РФ от 31 января 2024 г.
По результатам рассмотрения уголовного дела, в рамках которого гражданка Ю.М. Чернигина признана потерпевшей и гражданским истцом, приговором мирового судьи судебного участка N 153 района Хорошево-Мневники города Москвы от 9 апреля 2021 года гражданин Ш. осужден за совершение преступления, предусмотренного частью первой статьи 117 "Истязание" УК Российской Федерации. Ему назначено ограничение свободы сроком на один год с установлением следующих ограничений: не покидать с 23:00 до 06:00 помещение квартиры по фактическому месту жительства, не выезжать за пределы города Москвы и Московской области, не посещать места массовых и иных мероприятий, а именно общественно-политических, культурно-зрелищных, спортивных, и не участвовать в них, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы. Кроме того, на Ш. возложена обязанность являться в уголовно-исполнительную инспекцию один раз в месяц для регистрации.
На данный приговор в интересах Ю.М. Чернигиной подана апелляционная жалоба, в которой в том числе указывалось на чрезмерную мягкость назначенного наказания. Однако апелляционным постановлением районного суда от 29 июля 2021 года подтверждена правомерность вынесенного мировым судьей решения в части назначенного наказания.
Утверждая, что с учетом материалов дела, данных о личности осужденного у суда были основания установить ему больше ограничений и обязанностей, связанных с наложением запрета посещать в определенное время суток ее местонахождение и местонахождение членов ее семьи, она подала жалобу в кассационный суд общей юрисдикции. Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от 25 января 2022 года постановленный в отношении Ш. приговор по кассационной жалобе его адвоката изменен, из него исключены ссылки на последствия совершенного преступления и на учет отягчающих обстоятельств, а назначенное наказание смягчено до 10 месяцев ограничения свободы. При этом судебная коллегия не согласилась с доводами жалобы Ю.М. Чернигиной, отметив, что установление осужденному ограничений и возложение обязанностей является прерогативой суда и от волеизъявления потерпевшей, не оспаривавшей вид и размер наказания, не зависит.
Ю.М. Чернигина обратилась в Верховный Суд Российской Федерации с кассационной жалобой, в которой указывала, что назначенное наказание подлежит усилению путем установления осужденному запрета находиться на расстоянии ближе 300 метров от нее (вне зависимости от ее местонахождения), ее места жительства, работы, а также места учебы ее ребенка. Однако постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 23 мая 2022 года ей отказано в передаче жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции. При этом отмечено, что доводы об установлении осужденному дополнительных ограничений удовлетворению не подлежат, поскольку суд не вправе возложить на него обязанности, не предусмотренные статьей 53 УК Российской Федерации.
Как достигается баланс интересов потерпевшего и осужденного
Решение Конституционного Суда РФ по данным жалобам сводится к следующему. Государство обязано предусматривать эффективные меры к предупреждению общественно опасных посягательств, тем более, когда он связаны с угрозой наиболее важным конституционно охраняемым ценностям, к которым относятся физическая неприкосновенность и человеческое достоинство. Угрозу, в частности, создает насилие. Государству следует учитывать характер, тяжесть, степень распространенности деяний, связанных с насилием, в том числе уязвимость потерпевшего, вследствие чего создается механизм противодействия, включающий уголовно-правовые запреты и наказания, адекватные характеру и степени опасности посягательствам на конституционно значимые достоинство личности и права на личную неприкосновенность. При этом следует учитывать в равной мере права и осужденных, и потерпевших, в том числе обеспечиваемых принципами равенства, справедливости и гуманизма.
Баланс соблюдения защиты прав и интересов осужденных и потерпевших может быть обеспечен не только за счет наказаний, связанных с лишением свободы, но и при помощи ограничения свободы. Толкование, которое применил КС РФ в своем постановлении, безусловно, расширяет возможность применения судами правоограничений, связанных с нахождением осужденных в местах, где бывает потерпевший и его близкие. Таким образом, если у судов есть основания полагать, что подсудимый продолжит деструктивное поведение, то они вправе, не прибегая к лишению свободы, уточнять ограничения для передвижения и пребывания в определенных местах осужденного. Так достигается баланс публичной ответственности, прав и интересов осужденного и потерпевшего.
Ограничение свободы в виде запрета находиться в местах нахождения потерпевших основывается на частном предупреждении как аспекте реализации цели предупреждения совершения новых преступлений, а потому эта мера полностью укладывается в концепцию наказания. Конституционный Суд РФ указывает: «Смысл конституционного предписания об охране законом прав потерпевших от преступлений (статья 52 Конституции Российской Федерации) предполагает принятие соответствую-щих мер как при определении содержания возможных обременений и правоограничений лица, совер-шившего преступления, так и при их применении к обстоятельствам конкретного дела».
Более того, КС РФ в своем решении расширяет диапазон применения указанных правоограничений не только домашним насилием (побоями и истязаниями), но и другими преступлениями, особенно связанными с посягательствами «на жизнь, здоро-вье, человеческое достоинство, совершение которых влечет эмоциональные потрясения потерпевшего от совершенного в отношении него физического и (или) психологического насилия, и которые объективно создают предпосылки для болезненного восприятия и ощущения чувства страха при встрече с совершившим деяние лицом, даже если оно просто окажется в пределах видимости и не будет преследовать противоправных целей».
Гарантия несовершения преступления в будущем
Заметно, что Конституционный Суд РФ меры безопасности приравнивает к публичному наказанию или, по крайней мере, рассматривает их как существенный элемент наказания. На это следует обратить внимание. Поскольку наказание публичное, оно исходит из первоочередности интересов общества, а затем потерпевшего. В рассматриваемом же случае происходит ровно наоборот, наказание нацелено на удовлетворение интересов потерпевшего и во вторую очередь - общества. «Природа наказания, констатирует Конституционный Суд РФ, - допускает возможность учесть в его содержании потребности минимизации рисков потенциально опасного и во всяком случае психологически болезненного для потерпевшего взаимодействия с осужденным, причинившим ему боль, страдания. Такая возможность должна быть реализована в нормативном регулировании, с тем чтобы суд мог выбирать в предусмотренных уголовным законом пределах и на основании установленных этим законом правил назначения наказания его вид и конкретное содержание в рамках избранного вида с учетом обстоятельств дела, личности подсудимого, других предусмотренных уголовным законом критериев. Следователь-но, ограничения, составляющие содержание ограничения свободы как вида наказания, призваны быть и элементами санкции за преступление, и гарантиями предупреждения повторного посягательства на права потерпевших».
Полагаем, что с учетом сказанного, данный вид наказания, практика его применения будут расширяться в отношении насильственных преступлений.
Продолжение статьи читайте в номере журнала "Российский Адвокат" (№ 1, 2024, стр. 33-36) - ссылка здесь.