Едва Софья Марковна проснулась, она сразу же почувствовала какую-то странную тревогу. А когда она не обнаружила в постели рядом с собой мужа, то тревога её усилилась в несколько раз. И ещё - по всей квартире витал очень подозрительный аромат.
- Лëва! - воскликнула женщина почти в панике. - Ты где?!
- Здесь я, Софочка! - тут же раздался откуда-то довольный голос мужа.
- Где - здесь?
- Здесь, на кухне.
- И что ты там делаешь?
- Пью кофе.
- Что?! - завопила женщина. - Тебе это нельзя! Немедленно вылей кофе в раковину!
- Софочка, ты опять начинаешь?- недовольно воскликнул в ответ муж. - Почему мне нельзя кофе?
- Потому что тебе уже шестьдесят пять лет! Ты забыл?
- Софья, прекрати! Я всё помню!
- Ничего ты не помнишь! В этом возрасте пить кофе мужчинам – категорически вредно для сердца!
- Не говори глупостей! У меня здоровое сердце!
- Нет! - Софья Марковна торопливо начала подниматься с постели. - У тебя больное сердце!
- С чего ты взяла?
- С того, что в младенчестве у тебя был порок сердца. Про это мне рассказывала твоя мама.
- А мне ещё в детстве сделали операцию, и от порока сердца давно ничего не осталось!
- Мне лучше знать, что у тебя осталось, а что нет! - Софья Марковна уже была на кухне. Увидев в руках мужа пустую чашку, она схватилась за сердце. - Что?! Ты его всё-таки выпил? О бессердечный! Запомни, Лева, если я умру от переживаний, в этом будешь виноват только ты!
- Софочка, с чего ты взяла, что ты должна умереть обязательно от переживаний?
- Потому что если ты умрешь, что мне останется делать? Все женщины после смерти мужей, хоть немножко, но переживают. Так устроен наш женский организм.
- Но я-то с чего должен умирать? - вытаращил глаза Лев.
- Ещё раз говорю, - с того, что у тебя больное сердце. А ты пьешь кофе. Ты разве забыл, что у тёти Мони муж умер ровно в шестьдесят пять, и только оттого, что пил кофе.
- Нет! Он умер потому, что тётя Моня запилила своего мужа до смерти!
- Почему это она его запилила?
- А потому что она – тётя Моня! Она запрещала дяде Самуилу всё подряд - много есть, много пить, смотреть на молоденьких женщин. Вот он и умер. От истощения.
- Самуил умер от своего бессердечного сердца! Тётя Моня запрещала ему вредное, потому что берегла его здоровье, а он, назло ей, пил это проклятое кофе! Вот и поплатился.
- Но кофе полезно для организма! Это, между прочим, говорят теперь сами врачи!
- Врачи могут говорить что угодно, потому что у них есть нужные таблетки. Кстати... – Софочка опять начала сверлить мужа своими острыми черными глазами. – А ты пил сегодня таблетки от сердца?
- Какие ещё таблетки? Зачем мне таблетки?
- Ты опять начинаешь, Лева?
- Но мне никто не выписывал никаких таблеток!
- Тебе их выписала я! Так ты пил?
- Прекрати, Софочка. – Лев уже почти скрипел зубами. - Ты не врач, и даже не фельдшер.
- Но я - бывшая медсестра.
- Ты работала медсестрой всего полгода.
- Мне хватило и этого. Поэтому немедленно выпей таблетку от сердца. Иначе, тебе станет плохо.
- Софья, отстань! Мне от нашего разговора уже становиться дурно!
- Вот! Я же говорила! – радостно вскричала Софья Марковна. – Все признаки скорой смерти на лицо. А потому что, сначала - кофе, потом - отказ от таблеток… Нет, так ты точно доведешь до смерти себя, а потом и меня. Немедленно выпей таблетку, или я вызываю неотложку.
- Вызывай. К нам всё равно никто не приедет.
- Почему это?
- Потому что, все бригады скорой в городе знают, что ты опять вызываешь их к здоровому мужу.
- А я скажу, что сердце болит у меня.
- Тогда они тем более – обрадуются, и не приедут.
- Что? – Лицо Софьи Марковны изменилось, и стало трагичным. – Значит, ты поэтому пьешь кофе?
- Что? При чём здесь кофе?
- Как при чём? Ты его пьешь специально, чтобы мне от переживаний за тебя стало плохо! Так, да? Потому что, ты знаешь, что врачи ко мне точно не приедут...
- Ну, всё, всё... - застонал, сдаваясь, Лев. - Хорошо, Софья, я выпью эти ненужные мне таблетки... Выпью, только для того, чтобы ты от меня, наконец-то, отстала...
- А разве ты их выпьешь не потому, чтоб любишь меня, и боишься потерять жену?
- Ах, да... Я забыл… - Муж скорее кивнул. - Конечно же, я пью их только из-за этого.
- Тогда - пей. И на моих глазах.
Лев обречённо полез рукой в один из шкафчиков, достал оттуда огромную коробку с лекарствами, взял одну таблетку, бросил её в рот, и запил водой из стакана.
- А вода в стакане была кипяченая? – тут же строго спросила Софья Марковна. Случайно - не сырая? Не из-под крана?
Чтобы не начинать скандал заново, и не пить таблетку от живота, Лев немедленно соврал:
- Конечно, кипяченая, Софочка. Как же ещё может быть по-другому? Только так, и никак иначе.
Всем моим дорогим читателям - радости и душевного тепла! Давайте вместе делать этот мир добрее!
Обнимаю. Ваш А. Анисимов