Настя купила себе квартиру, ну как квартиру. Маленькая студия на окраине города. Это Настина гордость, она копила на нее сразу, как начала работать. Насте есть где жить, кроме этой квартиры. У нее есть и мама, и папа, и бабушка, а еще в собственности родственников есть квартиры. У мамы с папой их две. Она раньше жила в трехкомнатной с мамой и папой, но чем старше становилась, тем тяжелее ей было. Она как под колпаком, мама контролирует каждый шаг. Маме лучше знать, что надеть, какую прическу сделать, как помыть посуду, постирать вещи. Да что там говорить, даже как туалетную бумагу ставить надо на полочку в шкафу, мама знает лучше. И надо ставить так, как говорит мама, иначе скандал, упреки, хватание за сердце.
Папа, с другой стороны, проверяет всех друзей и подруг. Он знает, где надо учиться, с кем дружить, за кого выйти замуж и куда можно ходить, а куда нельзя. Папа строго следит за своей девочкой и потом отчитывает ее за каждый неверный шаг.
Когда Насте исполнилось восемнадцать, она хотела сбежать, но родители пресекли попытку. И даже, как показалось Насте, дали слабину, они разрешили переехать к бабушке. Вроде как помогать и учиться жить самостоятельно. Но у бабушки было хуже, чем у папы и мамы вместе взятых.
- Настя, ты почему не выключила на кухне свет?
- Бабуль, ушла за книгой, это два шага до комнаты, сейчас возьму и вернусь.
- Настя, ты живешь у меня, за свет плачу я, надо понимать это.
- Бабуля, я тебе отдаю половину стоимости за коммунальные услуги, так что платим мы вместе. Не надо рассказывать, что платишь только ты.
- Настя, надо быть экономной, понимать надо.
- Что понимать? Меня не будет на кухне от силы две минуты, какой смысл выключать на две минуты свет, чтобы потом включить его опять!
- Настя, эти самые две минуты свет будет гореть в двух комнатах сразу, это слишком много. Выключай свет, как уходишь из комнаты, или отправляйся обратно к родителям.
Через час позвонит телефон, а то и папа приедет лично и станет отчитывать дочь за то, что она тратит лишние деньги бабушки, за то, что не слушается, за то, что доводит ее до слез. А Настю вообще-то к бабушке отправляли помогать, а не доводить до нервных срывов.
- Настя, ты что в ванной так долго делала сегодня?
- В душ ходила.
- Настя, ты вчера мне то же самое говорила, ты мне врешь?
-Бабуль, ты издеваешься? Я каждый день хожу в душ. Утром и вечером.
-Каждый день, батюшки, это сколько ты воды-то тратишь. Зачем тебе столько раз в душ ходить? Я вот раньше раз в неделю мылась в бане и ничего.
-А я что, ходить вонять потом должна?
-Раньше не мылись столько, и потом не вонял никто. А ты мало того что каждый вечер стиральную машинку запускаешь, так еще и в душ дважды в день ходишь. Прекращай или я пожалуюсь родителям, пусть тебя забирают. Подумать только, сколько ты тратишь света, воды – это же всё денег стоит.
-Настя, закрой окно, холодно. Настя, ты держишь холодильник открытым слишком долго, он так испортится. Настя, выключай свет, он слишком долго горит у тебя, к учебе надо готовиться засветло. Настя, ты долго шла с остановки, почему? Настя, я пожалуюсь родителям. Настя, ты меня не уважаешь, я старше, а значит умнее и мудрее. Настя. Настя. Настя.
Она устала от бабушки, ушла. Просто молча собрала сумку и ушла к подруге, родители нашли. Дали ключи от пустой квартиры, это папино наследство от его родителей. Ее раньше сдавали. Настя думала, отстанут, вздохнет свободнее. Вскоре она стала замечать, что в квартире кто-то ходит, когда ее нет. Переложены вещи, перевешаны полотенца. Конечной точкой стал рулон туалетной бумаги, он каждый день ставился так, как считает правильным мама. Настя молчала, она не спорила, она копила деньги. Как только получилось, купила эту студию, она взяла ее в ипотеку, платить пятнадцать лет. Отец бы за сердце схватился, узнав, что она влезла в кабалу. Но Настя молчит. Она купила на кухню плитку, столик и пластиковый стул, вместо кровати надувной матрас и один комплект постельного белья. Всё, ей на первое время хватит. Старую стиральную машинку и холодильник привезла всё та же подруга, что приютила ее прошлый раз. Техника, конечно, сильно старая, но работает, а Насте большего и не надо.
Сегодня вечером после работы она пришла в квартиру, ту, в которой сейчас живет якобы самостоятельно. Мама опять приходила сюда. Вот это полотенце Настя специально кинула утром в коридоре, сейчас оно висит на крючке в ванной. Рулон туалетной бумаги опять стоит по стойке смирно на бачке. Записанная книжка открыта, значит и папа был, он постоянно проверяет, не записала ли туда дочь чей-нибудь телефон, потом пойдет проверять. Надо оставить номера пары лечебниц, пусть позвонит на досуге.
Настя взяла свой чемодан и сложила туда вещи, закрыла квартиру, комплект ключей она закинет в почтовый ящик, новый адрес родителям не оставит. Настя знает, что соседки с первого этажа за ней следят, мать просила. Поэтому она сейчас громко говорит по телефону, как будто с подругой.
-Да, командировка, да, уже уезжаю. Не знаю, на сколько. Сейчас машина приедет служебная, прости, надо бежать.
Всё, дело сделано, следы замела. Сейчас бегом на остановку в сторону вокзала, оттуда уже вызовет такси и поедет к себе домой. Этот телефон она теперь будет оставлять на работе в шкафу и изредка звонить родителям, сообщать, что у нее всё хорошо. Иначе они не дадут ей спокойной жизни.