Валентина Петровна всю жизнь проработала завучем в школе. Характер у неё был тяжёлый — требовательная, придирчивая, любила всех поучать. Даже взрослых сыновей до сих пор воспитывала, а уж невесток и подавно.
Соседи её побаивались. По любому поводу шла жаловаться — то музыка громкая, то в подъезде грязно, то дети шумят. Больше всех доставалось младшему сыну Олегу с женой Ритой — они жили в соседнем доме.
На пенсии Валентине Петровне стало совсем скучно. Сначала ещё давала частные уроки, но ученики быстро разбежались. Никто не мог выдержать её придирки и крики.
Олег работал слесарем на заводе, Рита — медсестрой в поликлинике. Старший сын Виктор был начальником отдела в строительной компании. Оба сына помогали матери деньгами, а невестки по очереди убирались у неё дома.
Внуки к бабушке ходить не любили. Вместо игр и мультиков она заставляла их читать и решать примеры. Один раз дети Олега и Виктора остались у неё на выходные — так потом неделю просили больше их туда не отводить.
Валентина Петровна стала требовать дачу. Хотела домик с огородом, подальше от города. Сыновья долго искали подходящий вариант, но ничего ей не нравилось.
Сначала говорила — хватит сарая с койкой. Потом захотела телевизор, душ, отопление. Олег объяснял — таких денег у них нет. Валентина Петровна обижалась: неужели она не заслужила крохотный домик после всех трудов?
Рита с золовкой Светой три месяца её уговаривали. Предложили продать городскую квартиру, добавить недостающую сумму и купить хороший дом в деревне. Коммуналку сыновья обещали оплачивать сами.
Выбрала она самый дорогой дом — с баней, садом, у самой речки. Братьям пришлось в кредиты влезть, чтобы всё обустроить как мама хотела.
Переезжала она два года. Наконец-то вселилась и временно от сыновей отстала.
Бросать мать никто не собирался.
Несмотря на возраст, Валентина Петровна сама ходила в магазин и получала пенсию. Но странности у неё начались.
Стала экономить на всём. Продукты покупала самые дешёвые, а то и вообще у соседей просроченные овощи забирала. Урожай со своего огорода продавала дачникам, себе ничего не оставляла.
Каждую копейку в банку складывала. Соседи сыновьям жаловаться стали — мол, мать ваша совсем странная.
Олег приехал проведать. Встретила его в старом халате, холодильник пустой, свет не включает.
— Мам, что происходит?
— Экономлю. Счета за свет какие приходят! Зачем вам лишние траты?
— Где продукты? Мы же на прошлой неделе привозили!
— Соседям продала. Зачем мне столько? Они деньги дают, я им еду. Всем хорошо.
Олег рассказал брату. Света, которая врачом работала, у психиатра проконсультировалась. Тот сказал — возрастные изменения, нужно присматривать.
Стали братья по очереди к матери ездить. В быту она нормальная была — плиту выключала, с электричеством правильно обращалась. Решили пока к себе не забирать.
В августе Рите срочно в командировку надо было. Света детей не могла взять — работала допоздна. Олег в рейсе задерживался.
Няню нанимать денег не было — всё Валентине Петровне отдавали. Рита решила детей к свекрови отвезти.
— Валентина Петровна, можно детей к вам на несколько дней? Некому их оставить.
— Конечно, привози. Посмотрю, готовы ли к школе. Небось за лето всё забыли.
Дети сразу отказались. До школы две недели оставалось, не хотели отдых портить. Рита пригрозила — лишит их интернета и приставки до Нового года. Пришлось согласиться.
Рита заранее продуктов накупила — всего по полной программе. Валентине Петровне новую пижаму подарила и десять тысяч на расходы дала.
В поезде звонок от старшей дочери. Голос испуганный, говорит шёпотом:
— Мам, когда приедешь?
— Только вчера уехала. Что случилось?
— Есть хотим!
— Как это? Бабушка не кормит?
— На ужин дала по картошке одной и хлеб. Утром — прокисшее молоко. Продукты спрятала, сказала — всё равно попортите.
Рита похолодела. Дети полдня голодные сидят! Мужа дозвониться не может — вне зоны.
Звонит свекрови:
— Валентина Петровна, как дела?
— Хорошо.
— Детей кормили?
— Конечно. Сытые они.
— Мне Катя жаловалась на маленькие порции.
— Кто не работает, тот не ест. Наказала я их. Попросила грядки прополоть, а они на речку сбежали. Сама работала, готовить некогда было.
— Так нельзя! Это дети, им есть нужно!
Валентина Петровна трубку бросила. Ещё молодуха её учить будет!
Рита Свете позвонила. Та обещала после работы детей забрать, свою старшую дочь из института вызвать — присмотрит.
Ночью с Олегом связалась:
— Её обследовать надо. Дети сутки голодные! Света уже забрала их.
— Не говори так о моей маме! Спасибо ей, что согласилась сидеть. А Катя в огороде помочь не могла?
Через два дня Олег к матери приехал. У ворот толпа народу. Сосед Петрович объяснил:
— Мать твоя распродажу устраивает. Продукты, одежду продаёт за полцены.
Олег прошёл во двор. Валентина Петровна за импровизированным прилавком стояла, торговала всем, что дети привозили.
Разогнав покупателей, Олег в дом зашёл:
— Мам, что происходит?
— Ничего особенного. Зачем мне столько вещей?
— Ты детей морила голодом!
— Не морила. Просто они избалованные. Поработать не хотят.
Уговаривать переехать в город Валентина Петровна не хотела. Братья психиатра под видом старого друга привезли.
Врач после разговора диагноз поставил — начальная стадия деменции. Лекарства нужны, постоянное наблюдение.
Переехать к ней у сыновей возможности не было. Решили по-другому — продукты и вещи возить перестали. Соседку наняли, чтобы готовила еду и приносила.
Лишившись "подработки" и заскучав в деревне, Валентина Петровна сама захотела вернуться в город.
Но это было только начало. В городе странности усилились. Начала подбирать на помойках всякий хлам, тащить домой. Квартира превратилась в склад.
Света настояла на полном обследовании. Диагноз подтвердился — старческая деменция. Врач сказал — будет прогрессировать.
Пришлось искать частный пансионат для престарелых. Дорого, но другого выхода не было. Валентина Петровна сопротивлялась, но выбора у неё не оставили.
В пансионате ей лучше стало. Режим, лекарства, постоянное наблюдение. Сыновья навещали каждые выходные.
Рита больше детей к свекрови не возила. После того случая в деревне боялась. Лучше няню нанять или отпуск взять.
Олег часто вспоминал мамины слова: "Кто не работает, тот не ест". Теперь понимал — болезнь уже тогда началась. Просто никто не знал.
Света говорила — такое часто бывает. Человек долго может казаться нормальным, а болезнь внутри уже развивается. Главное — вовремя заметить и помочь.
В пансионате Валентина Петровна прожила ещё пять лет. Последние два года почти никого не узнавала. Сыновья приезжали, но она смотрела на них как на чужих.
Рита иногда думала — а если бы дети тогда в деревне остались? Что могло случиться? Лучше не представлять.
Болезнь — страшная вещь. Меняет человека до неузнаваемости. Хорошо, что есть специальные места, где таким людям помогают.
Олег после маминой смерти в пансионат пожертвования делал. Понимал, там работают не за деньги, а по призванию. Трудная работа, но нужная.