Скандинавия способна удивить. В этот раз - писатель-психиатр из Финляндии.
Сюжет
Необъяснимый поступок, как минимум, интригует. Герою книги совершенно незнакомый мужчина по имени Генри Ружичка оставил в наследство дом. Нет, это не ошибка, - говорит ему адвокат. Иногда такое бывает.
Герой едет, чтобы осмотреть свалившееся на него имущество. Дом в крайнем запустении, всюду книги про бабочек, а также коллекции с засушенными экземплярами. Удается обнаружить несколько писем от женщины из ГДР, шкатулку с непонятным обрывком ткани, заметки о поиске новых видов бабочек и открытку с именем рассказчика.
Герой в полном недоумении. В жизни у него не все гладко, он чувствует одиночество. Жена уехала на полгода, отношения разладились. Он решает непременно узнать побольше о личности таинственного Ружички и причинах, по которым он составил завещание в его пользу. Начинается путешествие по следам. Конец очень неожиданный. Можно предположить что угодно, но такой поворот... Да, это в стиле психиатра))
Впечатления
Ну, во-первых, это красиво)) Описания суровой северной природы и индустриальных пейзажей, тут и там ненавязчиво вставленных в текст, подчеркивают одиночество героя.
Ночью шел дождь, тротуары были мокрыми, в воздухе безлюдного парка стояла легкая дымка. В это утро все, казалось, немножко сдвинулось со своих мест, чуть-чуть отделилось от мира — хрустящий под ногами гравий, ветви, с которых стекала вода. Да и сам я был лишь каким-то очертанием себя, едва-едва существующим, силуэтом на пустынной улице.
Во-вторых, это интересно. Чужая тайна всегда будоражит, на этом построены все детективы. Но это не детектив и не триллер, а драма.
Это история о памяти, о том, как потеря привязанности в детстве ломает жизнь, заставляя все время бежать, искать того, кто найден быть не может. О хрупкой красоте и бесконечном одиночестве. Как морозные узоры на стекле - прекрасные, но недолговечные и холодные.
Язык не поворачивается назвать эту повесть литературой травмы, хотя, по сути, наверное, это все же она. Но как стильно и непохоже на многие как по копирку писанные современные творения.
Я сидел за столом и чувствовал груз внутри меня, камни и глыбы, целые здания, встающие этаж за этажом, покосившиеся и ветхие, лестницы и шкафы, в которых может спрятаться ребенок, глубоко за одеждой, в духоте зимних пальто и летних платьев, на сваленной в кучу старой обуви. Ребенок будет ждать, и в конце концов про него забудут, дом опустеет, коридоры зальет серебряный свет луны, двери закроются, тихая ночь вступит в свои права, и уже никто не будет искать его.