Найти в Дзене
Евгений Костин

Ну, привет, Алтай! Июнь

Ну, привет, Алтай! Июнь. И я снова дома. В Москве бы сейчас сказал «в отпуске», но тут язык не поворачивается. Я просто дома. Знаете это чувство? Когда выходишь из самолета, и воздух другой. Не «чище» или «свежее», как в рекламе освежителя. Он просто… родной. Пахнет травой, пыльной дорогой после короткого дождя и чем-то неуловимым, что я за год в Москве отчаянно пытаюсь вспомнить, но не могу. Первые дни – это всегда «отходняк». Московский ритм, вбитый в подкорку, ещё дергается в конвульсиях. Рука по привычке ищет телефон, чтобы проверить рабочие чаты. Мозг пытается выстроить «эффективный план на день». А потом… потом мама ставит на стол тарелку с блинами. Горячими, тонкими, с хрустящей кромкой. И наливает кружку молока. Настоящего, утреннего. И всё. План на день сводится к одному пункту: «быть». Сижу на веранде. Вокруг тишина. Хотя какая это тишина? Это для москвича, привыкшего к гулу МКАДа, тишина. А тут целый оркестр: птицы ругаются, спорят, поют что-то о своем. Где-то вдалеке ла

Ну, привет, Алтай! Июнь. И я снова дома. В Москве бы сейчас сказал «в отпуске», но тут язык не поворачивается. Я просто дома.

Знаете это чувство? Когда выходишь из самолета, и воздух другой. Не «чище» или «свежее», как в рекламе освежителя. Он просто… родной. Пахнет травой, пыльной дорогой после короткого дождя и чем-то неуловимым, что я за год в Москве отчаянно пытаюсь вспомнить, но не могу.

Первые дни – это всегда «отходняк». Московский ритм, вбитый в подкорку, ещё дергается в конвульсиях. Рука по привычке ищет телефон, чтобы проверить рабочие чаты. Мозг пытается выстроить «эффективный план на день». А потом… потом мама ставит на стол тарелку с блинами. Горячими, тонкими, с хрустящей кромкой. И наливает кружку молока. Настоящего, утреннего.

И всё. План на день сводится к одному пункту: «быть».

Сижу на веранде. Вокруг тишина. Хотя какая это тишина? Это для москвича, привыкшего к гулу МКАДа, тишина. А тут целый оркестр: птицы ругаются, спорят, поют что-то о своем. Где-то вдалеке лает собака соседа. Жужжит пчела. Это не тишина – это звук жизни.

Вчера открыл кран, чтобы попить, и поймал себя на мысли: я же сейчас буду пить воду. Просто из-под крана! Без фильтров, кувшинов и заказанных 19-литровых бутылей.

А вечером была баня. С веником, с паром, от которого уши в трубочку сворачиваются. И этот момент, когда ты, распаренный, вылетаешь на улицу, а тебя обнимает прохладный воздух… В эту секунду из головы вылетает всё: дедлайны, отчеты, пробки, вечное московское «надо успеть». Остается только чистое, звенящее ощущение «я есть». И горы вокруг. Молчаливые, мудрые. Они видели столько таких, как я. Приезжающих, уезжающих. Для них моя суета – просто мгновение. И это, знаете ли, очень отрезвляет.

Как психолог, мог бы сейчас накатать телегу про «цифровую детоксикацию» и «возвращение к истокам». Но какой в этом смысл? Тут не надо анализировать. Тут надо чувствовать. Вдыхать запах дыма из трубы. Смотреть, как Катунь несет свои бирюзовые воды. Слушать, как смеются родители, как удивляются простым деревенским вещам дети и открывают для себя что-то новое.

Полное отключение головы. Перезагрузка началась. Система нашла свои «заводские настройки». И они, как оказалось, здесь, в Майме.

А у вас есть такое «место силы», где вы становитесь собой?

#Евгений_Костин