На следующий день Арина была допущена в больницу. Ночь она практически не спала - думала об Артуре и разговаривала с малышом, который уже вовсю пинался в животе. Как ни странно, несмотря на все переживания последних дней и недавнее пребывание в больнице с высоким тонусом, сейчас беременности ничего не угрожало. Арина начала разговаривать с ребёнком с первых дней, как только узнала, что станет матерью, и теперь это вошло в привычку. Ночью она от волнения не могла уснуть и рассказывала Масику ( так она называла своего малыша в животе) о его папе. Какой он мужественный, умный и необыкновенный! Нахлынули воспоминания, а вместе с ними и грусть, и слёзы. Но к утру усталость все же сморила девушку, и она уснула. Во сне из какой-то белой мглы к ней шел Артур, он протягивал ей руки, а она бежала будто на ватных ногах сквозь тягучее и вязкое пространство и никак не могла добежать до него. Крик застывал в горле, и даже слёзы никак не могли выбраться наружу и пролиться. Арина проснулась от этой ужасной недосягаемости и резко вскочила с кровати. Лучистое весеннее солнце уже заливало маленькую комнату жёлтым радостным светом. Она посмотрела на часы и стала собираться - сегодня она наконец увидит его! Ну и что, что придется изображать экстрасенса и напяливать этот дурацкий парик и наряд. Она будет говорить с ним, касаться его, дышать одним воздухом с ним!
Она вытащила маленькую иконку и прочла молитву. Странное дело, она никогда не была религиозной, но за прошедшие недели все время обращалась к Богу и не только в церкви. Она не знала правил и не разбиралась в молитвах, поэтому шептала свои просьбы своими словами. И ей казалось, что он слышит, что наблюдает за ней откуда -то сверху. И, словно в подтверждение этого, видела как колышатся верхушки деревьев от внезапного ветерка, и золотистый луч дрожит на стене солнечным зайчиком.
Артур лежал в одном из лучших ведомственных госпиталей, закрытых для сторонних людей. Лия и Арсений должны были довезти Арину до места и помочь оформить документы на вход, пробравшись через кордон внутриведомственной охраны и охранников, поставленных Владом.
Был еще один человек, который очень хотел увидеть Артура. Конечно, не Милана, которая узнав о трагедии и о сложностях Мкркуловых с властями, поспешила отстраниться от неблагополучного семейства. А посетить дядю Артура рвалась Машенька, именно та девочка, которую он уберёг от столкновения с мотоциклом тогда на набережной. Девочка сильно переживала от того, что ее спаситель так сильно пострадал, она умоляла родителей провести ее к Артуру, но что они могли сделать, если даже их - взрослых - не пускали. Маша случайно подслушала разговор мамы и теперь она еще и умирала от желания посмотреть на Арину, которую она помнила еще с детства ( когда та ещё была Ирой) и которая была так дружна с ее названным братом Даней. Поэтому девочка напросилась вместе с родителями. Мама Маши беспокоилась, что у Арины может быть негатив к ребёнку из-за того, что ее любимый пострадал, спасая ее. Однако Арина ничего и никого не замечала вокруг, поглощённая ожиданием встречи. Машенька же с удивлением увидела измученную и бледную беременную блондинку с глубоким тенями под глазами и в странном деревенском наряде вместо той красивой девочки Иры, которую она помнила и чьей внешностью восхищалась. Всю дорогу они разговаривали только по делу - а именно - по той роли. которую Арина должна была играть. Никто из них не знал, что Влад Меркулов уже далеко и уже не будет так тщательно отслеживать посетителей сына.
Вот наконец, они пошли в холл больницы, и медсестра, выдав Арине халат , бахиллы и колпак на голову, повела ее в реанимацию. На том этаже было очень тихо, лишь что-то негромко гудело и пикало. Они шли по коридору с плотно закрытыми дверями, и за каждой дверью лежали больные, как правило без сознания, а им навстречу проходили врачи в белых халатах со строгими лицами. Перед палатой Артура сидел огромный детина - охранник. Он равнодушно скользнул взглядом по лицу Арины, с уже большим интересом отсканировал ее странный наряд, ещё раз проверил паспорт, и девушка с медсестрой переступили порог палаты.
Сердце Арины зашлось таким стуком, что ей казалось, все могут это слышать. Артур лежал весь белый, осунувшийся, небритый, окутанный проводами, с респиратором ИВЛ. Стараясь не выдавать своего волнения, она подошла и села на придвинутый медсёстрой стул, та ещё раз предупредила, что ничего из медицинского оборудования нельзя трогать, и вышла. Но Арина уже не слышала - она взяла Артура за руку, за ставшие такими худыми и прозрачными пальцы и прижалась к его ладони лицом:
-Боже мой,Артур! Я здесь, я с тобой.
Она замерла на несколько минут, слушая стук своего сердца и тиканье приборов. Потом подняла голову и всмотрелась в родные черты. Артур дышал, но глаза были плотно закрыты, и ни один мускул не дрогнул на его лице. Арине так хотелось изо всех сил его обнять, но она боялась задеть провода. И тогда она начала говорить, девушка рассказала ему о своем вынужденном побеге, обо всех днях, проведённых без него, о растущем Масике в животе, о том как ей не хватает его, о своей безграничной любви, о ненаписанных в эти месяцы картинах и несказанных словах. Ее голос сначала дрожал, иногда переходя в рыдания, потом обрел уверенность и звучал тихо, но твёрдо. Слова текли непрерывным потоком как журчание ручья. Неожиданно пришла медсестра - оказывается, уже прошел час. Ее время истекло, а Артур не очнулся. Хотя она могла поклясться, что он почувствовал ее присутствие. Но как ей пройти сюда ещё раз?
Однако чуть позже врачи заметили улучшение жизнедеятельности организма Артура во время посещения этой странной девушки. Информация достигла матери Артура, так как с отцом связаться не смогли. Светлана Владимировна сразу почему-то поняла, кто эта девушка. Она через поверенных связалась с бывшим мужем и согласовала нще несколько посещений «алтайской шаманки».
***
Мирон Сергеевич находился в предвкушении победы, в состоянии эйфории, поэтому неудивительно, что он узнал о побеге Арины слишком поздно. Прошла целая неделя, как она была в Москве. И только он хотел разозлиться , разнести всех своих подчинённых к чёртовой матери и остановить глупую девчонку, как пришло известие, что Влад Меркулов тайно покинул страну. Мирон понял, что «враг окончательно разгромлен и отступил». А это значит, что Мирон не только сможет отхватить кусок пирога от империи Меркулова, но и отметить моральное превосходство над московкой элитой. На радостях он даже устроил небольшую вечеринку и угостил всех сотрудников шампанским. Об Арине же подумал с облегчением:
-Теперь уже с этой дурочкой Иркой ничего не случится! Вот чертовка - не побоялась поехать и добилась своего. Эх, вот только парень этот вряд ли выкарабкается! Ладно, поговорю с ней потом!