— Поняла, дак в чем проблема? — папа с Яном бились над этим аннулированием уже достаточно долгое время и обе стороны понесли немалые убытки.
— Он отказывается его давать.
— Но почему? Зачем ему это?
— Софа, ответь на вопрос. Ты беременна?
***
— Какое это имеет отношение к вопросу?
— Софа, просто скажи, ТЫ БЕРЕМЕННА? — отец начал повышать голос, и я увидела, как набухли вены на его голове и шее, он явно ещё сдерживался в эмоциях.
— Да. — совсем не так я думала, что расскажу отцу о своем положении, и уж тем более не думала, что он так отреагирует. Всё-таки, я уже большая девочка.
Отец громко выдохнул, обхватил свое лицо ладонями и сидел так какое-то время.
— Папа, я не понимаю…
— Я тоже мало что понимаю, Софа. Например, что ты могла такого сделать, что, кажется, Михаил готов на всё, лишь бы тебя растоптать, а следом утянуть и меня. Как я вырастил дочь, которая не могла честно рассказать мне о своих отношениях и зачем-то фиктивно вышла замуж…
Внутри меня всё похолодело. Кажется, кто-то рассказал папе обо всем. Обо всей этой истории с Мишей и Яном. Если до этого папа считал меня просто девушкой, которая не смогла продержаться в браке даже такое короткое время, то сейчас я даже не представляла, что он обо мне думает.
Екатерина… С ней у меня будет особый разговор. Кроме меня самой только она знала, что я беременна, и то не точно. И несмотря на то, что она пообещала никому не рассказывать, информация уже была у моего отца. Вот ведь стерва!
— Кто тебе всё рассказал?
— Михаил. А очень бы хотелось услышать это не в первый раз от постороннего человека. Мне позвонил Ян, сказал, что Михаил отказывается продавать свои проценты акций, я решил попробовать договориться сам.
— А тебя не смутило изначально, что после слияния 10 процентов ушли Михаилу?
— Смутило, конечно, но Ян заверил, что Михаил — это его партнер. И сказал, что без него не может и не хочет проводить слияние.
— Вот ведь два урода!
— Не выражайся, София. Сейчас я уже и не знаю, кто прав, кто виноват, и кому верить. Даже насчет тебя.
— Но я до сих пор не понимаю, причем здесь моя беременность!
— Михаил утверждает, что ребенок может быть его.
— Что? Он не имеет к ребенку никакого отношения!
— Ну, это нам покажет ДНК-экспертиза, которую придется теперь сделать после рождения.
— Мне не нужна никакая ДНК-экспертиза, чтобы быть на 100 % в этом уверенной.
— А я вот ни в чем не уверен, София. Ты сделаешь этот чертов тест — папа выглядел измучанным, усталым и даже как будто постарел немного.
— Папа, Ян знает о беременности?
— Если Михаил ему ничего не сказал, то, думаю, нет.
— Поняла. Не говори ему, пожалуйста.
— Софа, я не понимаю, в какие игры вы трое играете. Это уже не смешно. Специально говорить я не буду, но, если он меня спросит, врать не стану.
— Ладно, спасибо. А что теперь будет с фирмой?
— Ничего. Работаем в прежнем режиме. Пока не родится мой внук или внучка — при этих словах всё-таки его лицо хоть немного потеплело. Это дало мне надежду, что когда-нибудь у него получится меня простить.
После встречи с отцом я была сама не своя. Старалась сильно не нервничать, но это было проще сказать, чем сделать. Я понимала, что не смогу ждать еще почти 7 месяцев до теста. Думать о том, что Ян может всё узнать, и каким образом опять Миша сможет преподнести ему эту информацию, очернив мою репутацию ещё больше. Мне необходимо было более быстрое решение.
Я позвонила врачу, у которого консультируюсь, и узнала, что существуют методы определения отцовства даже на ранних сроках беременности. Для этого мне и предполагаемым отцам необходимо было сдать кровь. Эта новость меня очень обрадовала, поскольку ожидание — это то, что я не любила больше всего.
Я была уверена, что Михаил без труда согласится пройти тест. Ведь он сам этого хотел. А вот Яну, для начала, нужно хотя бы сообщить новости о ребенке. Конечно, мы могли бы сделать только ДНК тест с Михаилом, но я уже поняла, что лучше делать всё в открытую, чтобы тебя никто не переиграл. Несмотря на то, что я попросила отца не рассказывать Яну о беременности, выхода у меня особо и не было.
«Привет. Нам нужно поговорить, это очень важно.» — я смотрела на сообщение, которое отправила уже два часа назад и всё ещё не получила ответа. Я была на работе, потому что это было единственное место, где меня хоть что-то отвлекало от мыслей.
Правильно говорят, что, когда в твоей личной жизни у тебя полнейший крах, проверь свою карьеру, кажется, тебя ждет повышение. Магазин, в отличии от меня, процветал. Мы получили несколько крупных заказов, розничная торговля тоже набирала обороты. Команда, нанятая Яном, отлично справлялась, и достаточно скоро наш бренд стал у всех нас слуху, и стал популярен среди модниц, которые выкладывали наши украшения в сеть, привлекая ещё больше покупателей.
Я никак не ожидала, что Ян появится без предупреждения прямо в моем кабинете. Просто раздался стук и зашел он.
— Ян?
— А ты ожидала кого-то другого?
— Ну, скажем, тебя я вообще не ожидала увидеть, думала, ты сначала ответишь на сообщение.
— Просто проезжал мимо, поэтому решил зайти, раз ты написала. Оказалось, ты как раз здесь. Так что ты хотела?
— Я не знаю, как тебе это сказать, поэтому просто скажу без всяких прелюдий. Я беременна.
Ян стоял и смотрел на меня, будто бы ожидая, что я сейчас засмеюсь и скажу «шутка». Но, видимо, выражение моего лица подсказало ему, что я абсолютно серьезна.
— Ты уверенна? В больнице была?
— Конечно, я уже месяц наблюдаюсь.
— Что? И ты молчала и мне не сказала?
— А что ты хотел? Ты явился на открытие моего магазина с какой-то девкой. Я хотела сказать тебе в тот вечер, но прекрасно поняла твой посыл, что твоя жизнь с этого момента и моя — две разные дорожки.
— Вот скажи мне, ты реально такая дура? Это ребенок, Софа! Ребенок! Не собачка, не машина, не сумка. Живой человек растет внутри тебя. Человек, в котором есть моя ДНК! Ты когда мне планировала рассказать вообще? Когда ребенку 18 исполнится?
— Вот сейчас и рассказываю. Не кричи на меня, мне, кстати, нельзя нервничать, а от тебя, кажется, я ничего кроме нервов и не получила особо. Насчет ДНК я тебя и позвала.
Ян весь напрягся и насторожился.
— Только попробуй сказать, что ребенок от этого урода.
— Нет, и я всё ещё утверждаю, что я с ним не спала тогда в гостинице. Срок по УЗИ говорит о том, что ребенок от тебя.
— Если ты не переспала в те же дни с Мишей.
— Да не спала я с ним!
— В любом случае, я настою на ДНК тесте после рождения.
— А знаешь, вы даже чем-то похожи. Миша тоже хочет ДНК тест, хоть я и знаю ответ без вас двоих. Если честно, то не будь у моего отца проблем с фирмой, вы вообще не узнали бы о ребенке. И я была бы единственным родителем. Потому что ещё не известно, нужен ли ребенку такой отец.
— Рот закрой. Если ты не спала с Мишей, как ты утверждаешь, как так получилось, что он узнал о твоей беременности раньше меня?
— А ты мне больше никто, чтобы затыкать. Мы с его женой столкнулись в женской консультации. Я просила её никому не говорить, но она, конечно же, сразу ему разболтала.
— Ну надо же, спишь с её мужем ты, а плохая она?
Я закрыла глаза и сосчитала до 10, чтобы хоть немного успокоиться и не разреветься здесь прямо перед Яном от обиды.
— ДНК можно сделать до рождения ребенка. Нужно будет сдать кровь.
— Ладно, где?
Я назвала Яну название и адрес клиники, после чего он, больше не сказав ни слова, просто вышел из моего кабинета.
Я же рухнула в кресло, поняв, что весь разговор провела на ногах, и разрыдалась. Как бы я не обманывала себя, я понимала, что меня всё также к нему тянет, но это, к сожалению, нужно только мне.
Справившись со слезами, я набрала ещё один номер.
— Алло.— Екатерина, пусть Михаил завтра приезжает в ту же клинику, где мы виделись, чтобы сдать кровь.
— И вам здравствуйте. Зачем?
— Будем делать ДНК текст.
— Уже? — даже не стала удивляться насчет того, что Миша участвует в ДНК тесте на отцовство ребенка Екатерина, хотя о ребенке и сама она не должна была знать, а уж тем более кому-то рассказывать.
— А чего тянуть. Ваша семейка меня уже так достала. Хочу скорее доказать, что больше вы не имеете ко мне никакого отношения.
— Ну, это мы ещё посмотрим. — Екатерина повесила трубку, а я так и осталась сидеть с телефоном в руке, обдумывая, что значила только что сказанная ей угроза. И когда получилось так, что все люди, окружающие меня, меня ненавидят.
***
Сегодняшний день начался с суда. Не самое лучше начало дня, скажу я вам. Собиралась я особо тщательно: макияж, прическа, красивое платье, в общем — «полный фарш». Несмотря на то, что Ян меня жутко злил, всё же хотелось произвести на него впечатление. Сегодня мы официально станем друг другу чужими людьми. Ну, не считая, конечно, того, что я ношу его ребенка под сердцем. Ребенок навсегда сделал так, что нам придется общаться.
Было странно, что ещё три месяца назад я вообще не хотела этой свадьбы, а сейчас не хочу развода. Кто бы мог подумать. Если бы мне в то время показали мои мысли сейчас, я бы себе точно не поверила. Но для себя внутри я всё решила. Раз мы не можем доверять друг другу, пока он верит Мише больше, чем мне, мы не сможем быть вместе. Жизнь ещё раз преподнесла мне урок, что нельзя построить здоровые и крепкие отношения на лжи и предательстве.
Подъехав к зданию суда заранее, чтобы собраться с мыслями, я решила немного прогуляться рядом. Вообще, я редко бывала в этом районе, обычно, я находилась в центре: в своем магазине, или в каких-то заведениях города, и после ехала загород к себе домой.
Когда-то, недалеко отсюда жила моя подруга, которая уехала в Америку, и было приятно пройтись по местам, хранящим наши общие воспоминания. Она, кстати, наверное, единственная, кто отреагировал на новость о моей беременности положительно и с радостью. У неё через пару дней после моей свадьбы родился очаровательный сынок, теперь она мечтала, чтобы у меня родилась дочь, и наши дети поженились, сделав нас родственниками. Ну прямо как мечты девочек в пятом классе, но меня это скорее умиляло.
Я ещё не знала пол ребенка, но мне было очень интересно. В клинике сказали, что при заборе крови на ДНК смогут сразу провести анализы на всевозможные патологии плода и выяснить пол, так что мы получим все новости скопом. Кстати, анализ ДНК для Миши и Яна был как раз назначен на сегодня, а я должна буду подъехать в клинику позже. Потом какое-то время ожидания, и мы получим все ответы.
Прогуливаясь по тихим улочкам, я свернула в сторону своей когда-то любимой кофейни, где мы с подругой провели множество вечеров, и решила перед стрессовой процедурой побаловать себя пирожным с чаем. Однако, моим планам не суждено было сбыться, потому что я не рискнула зайти внутрь. Через окно кофейни я увидела, что там внутри за столом сидят Екатерина с каким-то мужчиной. На всякий случай я решила их сфотографировать, мало ли что и где тебе пригодится. Они общались очень мило. Неужели Екатерина тоже изменяет Мише? Хотя вряд ли можно судить о чьих-то изменах, просто застав мужчину и женщину за кофе в кофейне.
На всякий случай я ушла за угол дома, и решила ещё немного понаблюдать за парой, поскольку через окно я видела, что они оплачивали счет.
Ну вот, а поцелуй, которым они попрощались, точно нельзя отнести к разряду дружеских. Я стояла, всё ещё подсматривая за ними. Со стороны наверняка я выглядела забавно, но мне было всё равно. Время поджимало, и мне нужно было направляться к зданию суда.
Я пока не знала, что делать с этой информацией, которую только что получила, но хорошо помнила, что кто владеет информацией, тот владеет миром, так что лишней она точно не будет.
Ян опаздывал. Как можно было опаздывать на собственный развод? Судья и наши адвокаты нервничали, но в конце концов через пять минут после начала заседания мой муженек соизволил прийти.
— Я не хочу разводиться.
Его слова прозвучали как гром, среди ясного неба. Он что? Погодите, а к чему тогда был этот 1,5 месячный цирк? Или он придумал что-то ещё более изощренное чтобы меня помучить?
В итоге, крайне недовольная судья продлила наш процесс развода до трех месяцев, рассчитанных на примирение сторон и выяснение дополнительных обстоятельств. Если мы все-таки решим разводиться, то суд состоится через три месяца, а если нет, то нужно будет отозвать иск заявлением.
— Это что было такое вообще?
— А что именно ты не поняла? Я не хочу разводиться.
— Может, объяснишь?
— Софа, я не могу с тобой развестись сразу после того, как ты сообщила мне новость о том, что у нас, возможно, будет ребенок.
— Во-первых, не возможно, а ребенок точно будет, и он точно от тебя, мне никакой ДНК не нужен. Во-вторых, и что это меняет?
— Всё меняет. Если результаты ДНК покажут, что отец ребенка я, то мы не будем разводиться. Я хочу участвовать в жизни своего ребенка. Я же понимаю, что, если мы разведемся, и появится маленький ребенок, он будет жить с тобой, так как младенцы очень зависимы от матерей. А у меня работа, я не смогу приезжать каждый день. Но я хочу видеть первую улыбку, первые шаги, слышать первые слова своего малыша. Поэтому если ребенок мой — ты переедешь обратно в мой дом. Мы будем жить, как и оговаривалось изначально, как соседи, но теперь уже всё так и будет. Я смогу видеть ребенка каждый день. При этом малыш сможет расти в полной семье хотя бы свои первые года.
— Ты мое мнение не хотел узнать?
— А что, твое желание — быть матерью одиночкой? Зная, что можешь сделать ребенка более счастливым, лишишь его этого шанса?
Я просто оставила его комментарий без ответа. Нет, я хотела бы снова жить с Яном, правда. Мне просто не понравилось, что он опять все решил без меня, даже не спросив, хочу ли я этого, и могу ли я.
В итоге, так и расставшись на напряженной ноте, мы разъехались по своим работам. За всеми этими делами я и забыла о том, что видела с утра.
— Алло, привет. Ну что, всё, развелись? — отец звонил, чтобы понять, развели ли нас. От этого зависели и некоторые его управленческие решения.
— Нет, не развелись.
— Что? — удивление отца было слышно даже через телефонную трубку.
— Ян сказал, что не хочет разводиться, заявил мне, что если ДНК-тест покажет, что ребенок его, то я обратно переезжаю к нему и развода не будет.
— Ну и правильно, молодец, мальчик.
— Папа! Ты на чьей стороне вообще? Он меня даже не спросил, как я к этому отношусь.
— Знаешь, я тебе не рассказывал, но у нас с твоей мамой тоже не сразу все гладко было. Иногда надо, чтобы мужчина просто принял решение, не всегда женщина должна иметь последнее слово в семье, уж прости.
— М-да, сговорились, два директора, блин. — я повесила трубку и ещё какое-то время сидела насупившись, потому что не чувствовала поддержку хоть с чьей-нибудь стороны.
На пути к больнице, чтобы сдать анализы для ДНК теста, у меня опять случилось неладное. На выходе из клиники какой-то мужчина толкнул меня случайно плечом, и у меня выпала из рук сумка, из-за чего рассыпалось всё её содержимое. Пока я собирала все рассыпавшиеся вещи, а мужчина благополучно, даже не извинившись, уже срулил куда-то, я всё пыталась вспомнить, где же я его видела. Лицо было смутно знакомым.
Не отпускало меня тревожное чувство и во время сдачи теста, но я решительно не могла найти в своей памяти так необходимый мне фрагмент. Я, конечно, слышала, что беременные женщины могут поттупливать, но не думала, что это начнется у меня настолько рано. Это что же дальше будет!
Фотографируя новую коллекцию украшений, поступивших в наш магазин, чтобы поделиться фотографиями в соц. сетях, я листала свою ленту, выбирая лучшую фотографию. В какой-то момент мои глаза полезли на лоб. Я увидела того самого нахала, толкнувшего меня у клиники. Это был точно он! Рядом с Екатериной в кафе, на фотографии, которую я сделала в день суда. Вот так совпадение.
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Владыкина Мария