Найти в Дзене
TPV | Спорт

«Асмарал» обиделся на «Динамо»: разве форма — национальное достояние?

27 июня 2025 года — сегодня москвичи следят не только за футболом, но и за курьёзом, разыгравшимся на пересечении истории и стиля. «Асмарал» — некогда гроза фаворитов РПЛ — выступил с официальной претензией к ФК «Динамо». Поводом послужило... исчезновение свойственной «Асмаралу» оранжево-синей формы с поля. Динамовцы вышли на матч с 2DROTS именно в такой комбинации. И вот теперь слышатся слова: «Форма принадлежит только „Асмаралу“!» Если вы не знаете, «Асмарал» был основан в 1992 году бывшим банкиром Хусамом Аль-Халиди. Это был клон инноваций: клуб с удобными креслами, детским футболом и, главное, яркими цветами — оранжево-синий комплект мгновенно выделялся на фоне серых советских традиций. Достойно выступили в Высшей лиге СССР и РФ в 1992–1993 годах, да так, что в матче с «Динамо» их форма осталась в сердцах болельщиков. Но с 1993 года «Асмарал» исчез как профессиональный клуб — всё ушло на уровень любителей и телеграм‑канала. Так есть ли у них право требовать эксклюзивности? Позиция
Оглавление
чемпионат.ком
чемпионат.ком

27 июня 2025 года — сегодня москвичи следят не только за футболом, но и за курьёзом, разыгравшимся на пересечении истории и стиля. «Асмарал» — некогда гроза фаворитов РПЛ — выступил с официальной претензией к ФК «Динамо». Поводом послужило... исчезновение свойственной «Асмаралу» оранжево-синей формы с поля. Динамовцы вышли на матч с 2DROTS именно в такой комбинации. И вот теперь слышатся слова: «Форма принадлежит только „Асмаралу“!»

Кто такой «Асмарал» и как он стучится в футбольную память

Если вы не знаете, «Асмарал» был основан в 1992 году бывшим банкиром Хусамом Аль-Халиди. Это был клон инноваций: клуб с удобными креслами, детским футболом и, главное, яркими цветами — оранжево-синий комплект мгновенно выделялся на фоне серых советских традиций. Достойно выступили в Высшей лиге СССР и РФ в 1992–1993 годах, да так, что в матче с «Динамо» их форма осталась в сердцах болельщиков.

Но с 1993 года «Асмарал» исчез как профессиональный клуб — всё ушло на уровень любителей и телеграм‑канала. Так есть ли у них право требовать эксклюзивности? Позиция ясна: «В этой форме мы выходили в Высшую лигу… Побеждали „Динамо“. Форму не берут просто так». Эмоции понятны, но фронт юридический не очевиден — ведь формы часто повторяют.

Что собственно претензия: суть вопроса и драматизм слова

«Асмарал» повторно подал протест в РФС, указав, что форма «динамовцев» мешает идентичности. И не только идентичности — «в нашей форме по воротам бьют пыром, по-мужски, а не макаром», — цитата из обращения. Уместно спросить: футбольная форма — это заповедник? А может, цветовая палитра — общедоступное поле творчества?

Объявили даже «пожизненную дисквалификацию» актёру Павлу Деревянко, который впервые и со странным подъёмом «щёчной шведы» ударил в теле — не матч «Асмарала». Это смахивает на мыльную оперу, где образ, а не замысел игры становится причиной скандала.

форма Асмарала (на мой взгляд не очень похожа)
форма Асмарала (на мой взгляд не очень похожа)

Закон, история и практика: кто прав и кто виноват?

С юридической точки зрения, ни РФС, ни УЕФА, FIFA не охраняют цветовые решения одежды как исключительную интеллектуальную собственность. Уникальность защиты даётся только графике, эмблемам, спонсорам, а цвет — нет. У «Асмарала» нет и никогда не было исключительного права на оранжево-синий, тем более там ближе к сиреневому.

В истории были похожие случаи. В 2010-е, когда «Локомотив» выпустил третью форму с зелёными боковыми вставками, некоторые соотносили её с культовым дизайном «Крыльев Советов». Но это закончилось без претензий — формы повторялись, пока деньги работали.

Почему же возник конфликт именно сейчас?

Цифровой феномен «2DROTS» — это кибер‑игры + футбол, шоу‑матчи, лояльная и молодая аудитория. Организаторы ставят на креатив: неожиданные формы, нестандартные ролики, персонажи. «Асмарал», в свою очередь, через свой телеграм-канал решил напомнить о себе.

Можно предположить: это рекламная акция и реакция «под шумок», чтобы люди вспомнили об ушедшем клубе и вернулись в подписчики. Параллельно — напомнить о наследии и легендах оранжево-синей истории.

Социальный смысл и футбол зрителя

Современный футбол — это не только соревновательная борьба, но и визуальный контент. У цветов, форм и телеграм-каналов — своя жизнь. «Асмарал» играет на эмоциях ностальгии: «прыжки в прошлое» и «форму, красивое имя» — всё это работает отлично в социальных сетях.

А «Динамо» находится в положении: можно сменить комплект, пока вопросы в РФС не стали формальным иском. Или строго соблюдать форму. Но вопрос в другом: может ли клуб с историей проигнорировать чужой цвет? Насмешливо скажу — если бы у «Асмарала» были миллионы и юридическая служба, они бы отсудили яркость и уникальность. Но пока лишь претензия и хайп-эффект.

Стоит ли «Динамо» менять форму?

Есть три сценария:

Смена oколоклубной цветовой комбинации. Сменить комплект, чтобы формально снять вопросы — но это ударит по бренду клуба.

Оставить всё как есть. Разрешать матчи в любом комплекте, пока не будет формальных нарушений — тогда груз ответственности лёгкой рукой переносится на графические дизайнерские оригиналы, а не на форму.

Договориться полюбовно — «Асмарал» получает право на повторное использование оранжево-синей формы в телевизионных репортажах, а «Динамо» может сохранить вариант под выставочные матчи — взаимность укрепляет имидж.

Зачем нам вообще форма — и почему это важно?

Итог прост: цвет формы — символ эмоций, истории и визуального кода. Но юридически — не товар. Конфликт между «Асмаралом» и «Динамо» — это не юридическая битва, а культурная притча о наследии, коммерции и социальных кодах футбола.

В эпоху, когда каждый хочет заявить о себе через ретро-форму, остаётся вопрос: где граница между «наследием» и «рекламой»? И кто купит форму с пониманием, где истоки, а где просто фанатская вариация.

Итак, если сегодня, 27 июня 2025 года, вы узнали о новом витке истории из мира футбольного дизайна — вы не одиноки. Потому что в этом ворохе эмоций и телеграм-сообщений скрывается вопрос — кто определяет, кому принадлежит цветовая память. И можно ли это продать.