Солнечные зайчики плясали на паркете детской, но атмосфера в квартире Рината и Сабины была натянутой, как струна.
На кровати сиротливо лежал... очередной подарок от Юлианны Эдуардовны. На этот раз – огромный, в рост пятилетней Дарины, плюшевый медведь в кричащей розовой футболке с блестками, который занимал половину комнаты.
Сабина, аккуратно складывая детские вещи в платяной шкаф, вздохнула, глядя на монстра:
– Ринат, ну посмотри! Куда нам этого медведя? У Дарины уже три плюшевых друга поменьше, и все от твоей мамы. Комната превращается в филиал "Детского мира".
Ринат, бегло листая отчет на ноутбуке, поднял глаза и непроизвольно поморщился:
– Ого... Ну, медведь... солидный. Мама просто хочет порадовать внучку, ты же знаешь. Для нее важно дарить. Это ее язык любви.
– Язык любви – это прекрасно, – голос Сабины дрогнул от накопившегося раздражения, – но когда этот "язык" захламляет всю квартиру ненужными вещами? Вон та поющая кукла, от которой голова болит через пять минут? Или этот конструктор "для детей от 8 лет", который Дарине не собирать еще года три? Мы же говорили ей: "Пожалуйста, согласовывайте с нами!" Книжки, развивашки, билет в зоопарк – что угодно! А не... не это!
Ринат отставил ноутбук в сторону и тяжело вздохнул. Потом он подошел и обнял жену за плечи:
– Сабина, я понимаю, но ты знаешь, как она обижается. Для нее подарок – святое. Она вкладывает душу, выбирает... как она считает, самое лучшее.
– А мы что, неблагодарные варвары? – Сабина выскользнула из-под его руки. – Дарина каждый раз искренне радуется в момент вручения! Но потом... Игрушка неделю валяется, потом – в коробку "на хранение", а потом – в благотворительный фонд или друзьям. И что будет, если Юлианна Эдуардовна узнает, что вещь "ушла"? Опять обидится? Я устала ходить по минному полю!
Неделю медведь "Тоша", как его окрестила Дарина, царствовал в углу комнаты, мешая открыть шкаф.
Потом интерес девочки угас, и когда Сабина аккуратно упаковала его в большой пакет, чтобы отвезти в приют для детей (где "Тоша" мог бы стать всеобщим любимцем), звонок раздался как по заказу.
– Ринатуша, это мама, – голос Юлианны Эдуардовны в трубке прозвучал неестественно бодро. – Как там мой мишка? Дариночка им играет? Я вон видела в магазине такие аксессуары для больших игрушек – шапочку, шарфик! Купить?
Ринат, стоя у окна с телефоном, помялся и растерянно посмотрел на жену:
– Мам... Мишка... он хороший, огромный. Но, честно, места он занимает очень много. Дарина поиграла, но сейчас она больше в кукольный домик и рисование...
– Места много? – голос свекрови мгновенно потерял всю бодрость, став колючим. – Внучке игрушка нравилась! Я видела, как она обрадовалась! А вы... вы, наверное, уже его куда-то пристроили? Как всегда? В мусорку, что ли?
– Мама, ну что ты! Конечно, нет! – Ринат закатил глаза, ловя понимающий взгляд Сабины. – Его отдали туда, где он будет полезен, другим детям, у которых мало игрушек...
– Полезен другим? – Юлианна Эдуардовна фыркнула. – Значит, мои подарки для моей единственной внучки – бесполезны? Я что, зря стараюсь? Деньги трачу, время, выбираю, чтобы было самое красивое, самое лучшее! А вы... – голос ее задрожал, – вы просто не цените! Не цените ни мои старания, ни мою любовь! Для вас это просто хлам, от которого надо поскорее избавиться?!
– Мам, это не так... – начал было Ринат, но в трубке уже раздались короткие гудки.
– Ну вот. Эпилог известен. Обида на неделю минимум. Плюс следующий визит – с подарком еще больше и ярче, чтобы "загладить" нашу "неблагодарность", - Сабина подошла к мужу и положила руку ему на плечо.
– Что же делать? – Ринат устало провел рукой по лицу. – Говорить – обижается. Не говорить – копим хлам и ходим по минному полю. Замкнутый круг.
Сабина присела на диван, глядя на пустой угол, где недавно восседал "Тоша".
– Нужен еще один разговор. Только вдвоем. Ты и она. Без меня, чтобы она не думала, что это я настраиваю тебя против нее. Надо объяснить не что она делает не так, а почему это создает проблему. С позиции заботы о Дарине и о наших общих с ней отношениях.
Через несколько дней Ринат пригласил маму на чай, когда Сабина была с Дариной на занятиях. Разговор был долгим и непростым.
– Мам, я тебя очень люблю, – начал Ринат, глядя в глаза Юлианне Эдуардовне, которая сидела с каменным лицом. – И мы бесконечно благодарны за твою любовь к Дарине. Поверь, мы это видим и ценим. Но давай начистоту: наша квартира – не склад. Когда вещей слишком много, это не на пользу ребенку. Она теряет интерес, не ценит отдельные игрушки. И нам, честно говоря, сложно хранить все. Мы не хотим тебя обижать, передаривая вещи. Мы просто... не справляемся физически.
Юлианна Эдуардовна потупила взгляд, играя чайной ложечкой.
– Я просто хочу сделать ей приятное... Как в детстве тебе. Помнишь, как ты радовался новым машинкам?
– Помню, мам, – Ринат улыбнулся. – И я был счастлив! Но тогда у меня их было пять, а не пятьдесят. И у нас был гараж. А сейчас... Представь, что каждый твой визит – это новая машинка. Где их хранить? Дарина просто не успевает их полюбить. Она теряется в изобилии.
– Так что же, я не могу дарить внучке подарки? – в голосе матери снова зазвучала обида.
– Можешь! Конечно, можешь! – поспешил заверить ее Ринат. – Но давай попробуем по-другому? У нас есть список: что ей сейчас интересно (пазлы определенного уровня, книги про динозавров), что ей нужно (новые краски, спортивный костюм на вырост). Или... – он сделал паузу, – или дарить впечатления. Билет в кукольный театр, куда вы можете сходить вместе? Или сертификат в детский клуб? Поверь, она будет счастлива провести время с бабушкой! И память останется на всю жизнь, а не пыль в углу.
Юлианна Эдуардовна долго молчала. Потом озабоченно вздохнула, глубоко и с надрывом:
– Старость... Нас не понимают... Подарки наши – не в радость... Раньше игрушка была событием! Берегли...
– Мам, времена другие, – мягко сказал Ринат. – Но любовь – одна. Просто давай найдем способ, как ее выразить так, чтобы это было в радость всем, чтобы твои подарки не становились причиной ссор и обид и чтобы Дарина росла, зная, что бабушка ее очень любит.
Юлианна Эдуардовна вытерла неожиданно навернувшуюся слезу.
– Ладно... Покажи мне этот твой список... И про театр... Это... это очень интересно.
Однако это был не конец истории. Старые привычки всегда умирают с трудом. Еще не раз Юлианна Эдуардовна не удерживалась и покупала какую-нибудь блестящую безделушку "потому что не смогла пройти мимо, она же так похожа на ту куклу, что у меня была в детстве!".
Но теперь Сабина и Ринат действовали слаженнее. Они искренне благодарили за подарок, позволяли Дарине порадоваться ему какое-то время, а потом, без лишнего шума, находили ему новый дом, уже не боясь громких разбирательств.
А главное – они стали активнее предлагать альтернативы Юлианне Эдуардовне: "Мам, Дарина мечтает о наборе для лепки из специальной глины, он как раз есть в этом магазине..." или "Юлианна Эдуардовна, в субботу в планетарии новая программа для малышей, может, сходите вместе с внучкой?
Юлианна Эдуардовна с удовольствием соглашалась на все их предложения. Спустя какое-то время она стала меньше дарить внучке подарков, поняв, что накладно и приносить куклу, и водить внучку на аттракционы и в зоопарк.