Так и пошла наша жизнь своим чередом — размеренная, привычная, тихая. Мы с Гошей будто научились дышать заново.
Макс поначалу ещё звонил — спрашивал, не нужно ли чего мне или сыну, интересовался уроками, здоровьем. Потом звонки становились всё короче и реже, и вскоре настала тишина. От прежнего участия остались только регулярные переводы на карту — пунктуальные, в день зарплаты. Но, признаться, материальной нужды мы не испытывали.
Моя удалённая работа, которой я когда‑то относилась просто как к подспорью, постепенно превратилась в нечто большее. Руководство наконец заметило мои усилия — повысили грейд, а с ним и оклад. А вскоре назначили меня руководителем небольшого отдела, обязав дважды в неделю бывать в офисе.
Это требовало больше времени и ответственности, но и ощущение собственного достоинства росло вместе с цифрами в платёжках.
Гоша, между тем, нашёл своё увлечение — футбол.
Тренировки проходили в спортивной школе неподалёку от его лицея, и он гордо ходил туда сам. Я наблюдала издали, как он бежит к полю со своей сумкой через плечо, — стройный, сосредоточенный, маленький мужчина. И сердце наполнялось тихой гордостью.
Дни текли один за другим — с маленькими радостями, рабочими хлопотами, редкими усталостями, но в целом нам с сыном было уютно вдвоём.
Ни поиска новых отношений, ни тоски по чужому плечу я не чувствовала. То ли потому, что в глубине души всё ещё оставалась неразорванная нить к прошлому, то ли просто не пришло время открывать кому‑то дверь в наше уравновешенное «вдвоём».
Я постепенно стала меняться. Всё началось с мелочей: новые духи, яркая помада, платье, купленное «просто так».
Потом — поход к парикмахеру, маникюр, лёгкий макияж по утрам. Я, сама не замечая, вышла из образа «домашней женщины», которой была при Максе. Когда‑то он сказал, уходя, что я «слишком серая, неприметная, таких вокруг сотни».
Наверное, именно это обидное слово и стало моим топливом.
Спустя пару месяцев я почти не узнавала себя в зеркале:
волосы блестели и мягко спадали на плечи, кожа стала гладкой и бархатистой, лицо посвежело. Я научилась сочетать одежду, подбирать украшения, даже рискнула купить два легкомысленных летних платья — таких, в которых будто хочется кружиться под солнцем.
Гоша, наблюдая за мною, однажды сказал:
— Мам, ты у меня самая красивая на свете!
И в его словах было столько искренности, что я еле сдержалась, чтобы не расплакаться.
А потом случилась та самая история — словно знак от вселенной, что жизнь всё ещё способна удивлять.
Я торопилась на работу. День был промозглый, асфальт отсырел после ночного дождя. Я как раз открыла дверцу машины, когда мимо пролетел серебристый седан и окатил меня с ног до головы грязной водой.
Я лишь вздохнула — ну конечно, именно сегодня, когда белое пальто и новая причёска.
Но неожиданно водитель остановился метров через двадцать, сдал назад и вышел. Высокий, подтянутый, лет тридцати с небольшим, с виноватой улыбкой и мокрой от капель курткой.
— Ради Бога, простите! — сказал он, бросив на меня взгляд, в котором читались раскаяние и лёгкая растерянность. — Не хотел. Позвольте хоть как‑то загладить вину…
Я осмотрела себя. Белое пальто безнадёжно испорчено. В офисе в таком виде показаться невозможно.
Я тяжело вздохнула и, не раздумывая, сказала:
— Испортили день? Теперь, пожалуйста, исправляйте ситуацию.
Он улыбнулся — немного растерянно, но с каким‑то добрым юмором:
— Разумеется! Предлагаю операцию по спасению: я отвезу вас в магазин моей сестры. Она работает стилистом — подберём новый образ. А потом… обед, чтобы завершить встречу миром?
Я приподняла бровь.
— Образ, значит? Звучит заманчиво. Ведите, спаситель.
Магазин оказался просторным бутиком в торговом центре. За прилавком стояла стройная блондинка — и правда сестра, судя по глазам. Он шепнул ей пару слов, она понимающе улыбнулась, и вскоре мне принесли отличный комплект: нежное платье и лёгкое персиковое пальто, отдающее светом и теплом. В зеркале я вдруг увидела не уставшую женщину, а ту, которая вновь умеет нравиться.
Пока я переодевалась, мой «обидчик», представившийся Георгием, расплатился.
— Не люблю быть должником у сестры, — пояснил он, когда мы вышли. — Она жадная до копейки бизнес-леди, но мне делает скидки.
— Как часто? — усмехнулась я. — Или вы просто постоянный клиент магазина женской одежды?
Он рассмеялся.
— Иногда случается помогать подругам, — легко отшутился он.
Мы нашли уютное кафе неподалёку, заказали пасту и чай с десертом. Разговор шёл легко. Он оказался интересным собеседником, с редким чувством самоиронии и мягким голосом, от которого почему‑то хотелось улыбаться.
Когда пришло время уходить, я посмотрела на часы и неохотно призналась:
— Придётся всё же заехать в офис. Хоть мельком показаться, а то отпросилась не на весь день.
— Конечно, — сказал Георгий. — Я вас подвезу.
— Кстати, сколько я должна за этот новый образ? — заговорила я, доставая телефон.
— Ни копейки, — ответил он. — Это минимум, чтобы загладить свою вину. Но вот номер телефона я всё-таки попрошу. Ну мало ли — вдруг снова придётся спасать ваш день.
Он посмотрел на меня глазами того самого кота из мультфильма, и я, рассмеявшись, продиктовала цифры.
У офиса мы попрощались. Машина уехала, оставив в воздухе лёгкий аромат свежего кофе и неожиданности.
А я стояла, глядя ей вслед, и вдруг поняла: внутри меня — весна. Настоящая, живущая, теплая. И этой весной было уже неважно, кто там когда-то ушёл.
Продолжение следует...
Дорогие читатели, пожалуйста, ставьте палец вверх, если вам понравился рассказ, мне как автору, важно понимать, что моё творчество нравиться читателям и это очень мотивирует. С любовью и уважением, ваша Ника Элеонора❤️