Всем привет, друзья!
В тихом селе Ображиевка Шосткинского района Сумской области, а тогда – Глуховского уезда Черниговской губернии УССР, 8 июня 1920 года родился мальчик. Младший сын в семье Никиты Кожедуба. Люди старшего поколения, услышав фамилию и отчество – Никитович, произнесенное по-малороссийски, сразу поймут, о ком речь. Иван Никитович Кожедуб. Его имя навсегда вписано в историю золотыми буквами как имя самого результативного лётчика-истребителя стран антигитлеровской коалиции во Второй Мировой войне. На его счету – 62 официально подтверждённые воздушные победы. Хотя современные исследования, кропотливо изучая архивы, добавили к этому списку ещё два сбитых самолёта, доведя общий счёт до 64. Но даже без этих уточнений цифра 62 была беспрецедентной, за что в августе 1945 года Кожедуб в третий раз был удостоен звания Героя Советского Союза. Это высшее признание его мастерства и отваги в воздушных боях.
Против правил: арифметика побед
Порой, особенно пару десятилетий назад, можно было услышать снисходительные реплики: «Да что вы всё о Кожедубе? 62, 64 – какая разница? Вот немецкие асы – это да! Эрих Хартман – 352 сбитых!» Подобные сравнения, увы, не редкость и сегодня. Однако, как гласит мудрая поговорка, споря об очевидном, помни, что дядя может быть младше племянника. В истории воздушных побед Кожедуба и Хартмана эта кажущаяся нелепица обретает глубокий смысл. Потому что при внимательном рассмотрении 64 победы нашего аса оказываются весомее, значимее пресловутых 352.
Возьмем, к примеру, сам период невероятной результативности Хартмана – битву за Яссы в мае-июне 1944 года. Заявлено о 35 сбитых советских самолётах за неделю! За этот «подвиг» он получил высшие награды. Но вот в чём загвоздка: подтверждения этих побед существуют только в немецких отчетах, основанных на его личных заявках. Когда же историк авиации Иван Лавриненко проверил эти данные по советским архивным документам, картина оказалась иной. Лишь одна победа Хартмана нашла безусловное подтверждение. Ещё 6-7 сбитых самолётов могли быть результатом как его атак, так и действий других немецких лётчиков. Получается, реальный счёт Хартмана в этом эпизоде нужно делить… грубо говоря, на пять. И это в лучшем случае.
Но допустим на минуту, что все 352 победы Хартмана – правда. Разве мастерство пилота измеряется только количеством сбитых машин? Гораздо важнее эффективность его действий. И здесь картина радикально меняется. Хартман провел за войну 825 документально подтвержденных воздушных боёв. Его коэффициент эффективности (победы/бои) – примерно 0,43. Теперь посмотрим на Ивана Кожедуба: 64 победы в 120 боях. Коэффициент эффективности – 0,53! Цифры говорят сами за себя. Проще говоря, если бы Кожедуб провел столько же боевых вылетов, сколько Хартман, его личный счет мог бы достичь фантастических 437 самолётов противника. Вот она, истинная мера мастерства советского аса.
Почему Кожедуб не мог летать больше?
Возникает резонный вопрос: почему же Иван Никитович Кожедуб не провел больше боевых вылетов? Причина парадоксальна: он был слишком хорош. Именно его выдающиеся способности, проявленные ещё в Чугуевской военной авиационной школе пилотов, стали причиной того, что после выпуска в 1940 году его оставили там инструктором. Армия остро нуждалась в подготовленных кадрах, и талантливого лётчика сочли более полезным в тылу. Лишь в ноябре 1942 года его направили в запасной полк, а на фронт он попал только весной 1943-го – когда война шла уже два года. Полтора года ценнейшего боевого опыта были потеряны для фронта из-за его же превосходных навыков. Представьте, сколько ещё побед мог одержать этот выдающийся мастер воздушного боя, начни он воевать раньше!
Соколы и стервятники: не только цифры, но и суть
Разница между нашим и немецким асом видна не только в цифрах эффективности, но и в качестве их побед. Достаточно взглянуть на списки сбитых самолётов. У Хартмана подавляющее большинство – истребители. А вот у Ивана Кожедуба картина иная: из 64 побед только 19 приходятся на истребители противника. Основную же часть его «трофеев» составляют:
- 21 бомбардировщик (Юнкерсы Ju 87, Ju 88, Хейнкели He 111 и др.);
- 3 бронированных штурмовика Henschel Hs 129;
- 21 многоцелевой истребитель-бомбардировщик Focke-Wulf Fw 190 (часто использовавшийся именно для штурмовки наземных целей).
Этот расклад – не случайность. Он прямо указывает на главную задачу, которую выполнял Кожедуб в небе войны: защита своих наземных войск. Его основной целью было не увеличение личного счета любой ценой, а предотвращение ударов по советским солдатам, переправам, железнодорожным узлам, городам. Уничтожить бомбардировщик или штурмовик до сброса бомб – задача высочайшей сложности. Зачастую достаточно было просто сорвать прицельное бомбометание, отогнать противника, заставить его сбросить бомбы куда попало. То, что Кожедуб в таких условиях умудрялся именно сбивать мощно защищенные бомбардировщики и штурмовики, говорит о его исключительном боевом мастерстве, смелости и умении атаковать наверняка.
Здесь мы подходим к сути, которую метко подмечала даже советская военная пропаганда, разделяя «соколов» и «стервятников». Хартман сам откровенно описывал свою тактику: «Я никогда не ввязывался в поединок с русскими… Хорошо, если тебе попадётся малоопытный или зазевавшийся пилот… Отстрелявшись, немедленно выходи из боя, думай теперь только о том, как унести ноги». Его целью был счёт, достижимый за счет атак на отставших, неопытных или поврежденных. Это тактика хищника-одиночки.
Иван Кожедуб действовал принципиально иначе, как истинный «сокол», защитник стаи: «Сбив самолёт, особенно ведущего, деморализуешь вражескую группу, почти всегда обращаешь её в бегство. Этого я и добивался, стараясь завладеть инициативой». Его целью было сорвать боевую задачу противника, защитить своих на земле. И он подтверждал это делом. Вспомним лишь один эпизод: 30 сентября 1943 года. Шла битва за Днепр. Группа из 18 немецких пикировщиков Ju-87 («лаптёжников») шла бомбить жизненно важную переправу наших войск. На перехват поднялся один-единственный истребитель – Ла-5 Ивана Кожедуба. Один против восемнадцати! Он не просто ринулся в бой – он навязал его немцам. Результат? Он сбил всего один бомбардировщик. Но этот «всего один» был ведущим группы. Остальные, охваченные паникой, беспорядочно сбросили бомбы куда попало и обратились в бегство. Переправа была спасена. Главная задача – защита своих солдат – выполнена блестяще. Вот цена одной, но стратегически важной победы в воздушном бою.
За кого воевал Иван Кожедуб? Последний бой Героя
Возникает другой, уже не военный, а гражданский вопрос: кого уроженец Черниговщины считал своими? Ответ на него дал сам Иван Никитович Кожедуб, приняв свой последний, уже не воздушный, а политический бой. Произошло это в год 45-летия Великой Победы, 14 марта 1990 года, на трибуне III внеочередного Съезда народных депутатов СССР. Его речь была громом среди начинавшегося развала:
«Власти в некоторых республиках фактически свёртывают героико-патриотическое воспитание молодёжи. Зарастают травой могилы и воинские кладбища, разрушаются памятники участникам войны, предаются забвению их имена и подвиги...»
Он говорил о памяти, о единстве страны, за которую проливал кровь. Он выступал против забвения подвига и за сохранение великого государства – СССР. Эти взгляды определили его посмертную судьбу на земле, где он родился.
Неудобный герой: Кожедуб и современная Украина
В 2020 году президент Украины Владимир Зеленский демонстративно проигнорировал празднование 100-летия со дня рождения легендарного лётчика. А в 2024 году на улицах Сум появились провокационные плакаты: «Почему Иван Кожедуб не ОК для украинских Сум?». Ответ националистически настроенных активистов был прост и циничен: потому что он выступал за единство СССР, то есть, по их мнению, «против независимости Украины». И потому, что в 1950-1953 годах, командуя 324-й истребительной авиационной дивизией, он противостоял американской авиации в небе Кореи, где советские лётчики под его руководством сбили более 217 самолётов противника, потеряв лишь 27 своих машин и 9 пилотов. «Таким именам не место на карте нашего города», – таков был их вердикт.
Что ж, они сделали свой выбор. Они отреклись от своего земляка, трижды Героя, маршала авиации, потому что его жизнь и подвиги не вписываются в узкие рамки их националистической идеологии. Но наш выбор остаётся неизменным. Иван Никитович Кожедуб – величайший мастер воздушного боя, человек несгибаемой воли и мужества, патриот огромной страны, которую он защищал. Его слава – не в абстрактных цифрах сбитых самолётов, а в конкретных спасенных жизнях советских солдат на земле, в защищенных городах, в сорванных бомбовых ударах. Он воевал не за счёт, а за Родину. И для нас он был, есть и останется русским героем, чьё имя сияет в истории авиации ярче многих звёзд. Его наследие – это уроки мужества, мастерства и беззаветного служения Отечеству, актуальные во все времена. Иван Кожедуб – легенда, чьи крылья навсегда укрыли родную землю от врага.
Материал подготовлен на основе статьи Константина Кудряшова, опубликованной в еженедельнике «Аргументы и Факты» («АиФ»)
★ ★ ★
ПАМЯТЬ ЖИВА, ПОКА ПОМНЯТ ЖИВЫЕ...
СПАСИБО ЗА ВНИМАНИЕ!
~~~
Ваше внимание — уже большая поддержка. Но если захотите помочь чуть больше — нажмите «Поддержать» в канале или под статьёй. От души спасибо каждому!