У каждого утра есть свой особый вкус. Мой — сегодня — отдает горечью. Проснулась ещё затемно: в комнате свежо, из детской доносится мерное сопение Ильи и тихий сонный вздох Ксюши. За окном качается ноябрьская тьма — та самая, густая, которую не развеет ни один фонарь. А у меня — мысли скачут одна на другую и не дают ни проснуться, ни забыться снова.
Смешно, как бывает — ты годами живёшь, думая: вот он, твой дом, твоя опора, всё крепко, а потом… маленькая трещинка становится пропастью. Сигнал на телефоне, чужой запах, неуловимая перемена — и вдруг муж «устаёт» задерживаться на работе. И всё, что строила, рассыпается.
Сегодня суд. Официально — «дело о расторжении брака». А по сути — день смерти иллюзий, день, когда перестаёшь быть «чьей-то женой» и снова становишься просто Мариной. Грустно, что на это уходит так много лет.
— Мам? — Спустя пять минут после будильника в дверях появляется Ксюша: растрёпанные светлые волосы, мятая пижама, глазёнки всё ещё в царстве сновидений. — Ты не плакала ночью?
Я улыбаюсь — пусть не очень убедительно:
— Нет, милая. Просто думаю.
Я всегда много думаю перед важными днями. Надо привыкнуть, что теперь таких дней — другой счёт. Без Алексея. Он спит уже не с нами. И не только физически.
Завариваю детям чай, готовлю бутерброды, сама не чувствую вкуса — язык цепляется за воспоминания. Вот Ксюша, ещё пухлая, бегает по даче летом… вот — я, заснеженная зима, мы с Лёшей лепим снеговика рядом с Ильёй… А вот — Раиса Петровна, строгая, мраморная, как сам Щербаков монумент на главной площади. Мой личный сфинкс.
Боюсь сегодняшней встречи с ней, наверное, больше, чем самого суда. Никогда не знала, что у неё на уме. Всегда казалось: я — «чужая», пришлая. Даже когда старалась изо всех сил. Разве кто по-настоящему принимает чужую дочь? Привыкать — да, требовать приличий — можно… но чтобы впустить в сердце… Не знаю.
Собираю детей, одеваю Ксюшу в пышную куртку, Илье — новую шапку (сама вязала, между прочим!). Посадила их за мультики — и села у окна.
Ну почему так страшно? Мне не двадцать, не первая драма. А вдруг — это всё-таки конец? Конец меня… в роли матери, хозяйки, да и просто — женщины, которая была нужна хотя бы кому-то.
Телефон пиликает:
"Удачи, держись! Я рядом." — Это Аня, моя подруга. Из всех она, наверное, одна — кто не боится смотреть мне сейчас в глаза.
Пора ехать. Заплечная сумка, документы, мамино кольцо — на удачу.
Когда закрывала дверь, мелькнула мысль: когда мы с Лёшей шли расписываться, я потом так же нервничала. Только тогда — была дрожь радости, теперь — один спазм под ложечкой.
Раиса Петровна будет. Конечно, будет. Она же всегда на стороне сына — если что-то случится, обязательно придёт. Не ко мне — к нему.
Ну что ж… суд — это суд. А жизнь — это всё-таки что-то другое.
###
Коридор суда — смешная штука. Одновременно место боли и равнодушия: стены бежевые, с облупившейся краской, лавка, на которой не усидеть и минуты, таблички над дверями, где указаны чужие фамилии. Люди, приехавшие разводиться, всегда похожи друг на друга. Как будто погода у нас одна на всех, и внутри, и снаружи — пасмурно.
Я пришла чуть раньше. Не могла иначе — если бы сидела дома ещё хоть минуту, наверное, сошла бы с ума. Документы сжимала так, что костяшки побелели. За спиной чья-то ссора — скрипнувшие двери, громкие голоса, женщина плачет в телефон:
— ...спасибо за такое «счастье».
Смешно и горько. Чужие беды даже не нужны — своих хватает.
И тут — шаги. По-особенному решительные, будто человек не просто по делу, а с собственной миссией. Я даже не смотрю — зачем? Уже знаю, кто это. Раиса Петровна отличается этим уверенным цоканьем каблуков. Каждый её шаг как точка в грамматической таблице — ничего лишнего.
Она появляется из-за поворота — чёрное фирменное пальто, волосы, забранные в аккуратный пучок, на лице — то самое выражение, когда прощения можно не ждать.
Смотрит на меня без тени улыбки, серьёзно, будто сразу хочет сказать: «Всё, играть больше не будем».
За спиной у неё — небольшой пакет: светлый, с лентой, подчёркнуто аккуратный.
Я опускаю глаза, заранее ожидая укола. Представляю, как сейчас обронит что-то вроде: «Ну и до чего вы, молодёжь, доводите семьи». Или — начнёт вычитывать о детях, ответственности... Всё равно что-то неприятное.
Вместо этого Раиса Петровна медленно подходит ко мне. Жёсткий взгляд — как при холодном ветре, когда щеки обжигает, но ничего с собой не поделать.
Молчит секунду, потом вдруг протягивает мне свой пакет.
— Это тебе, Марина.
Я не понимаю, что происходит.
— Не надо… — выталкиваю беспомощно. — Не считаю это уместным. Сегодня… ну, вы сами понимаете.
Она не уходит, не собирается уговаривать — просто смотрит так, что не решаешься смотреть ей в глаза.
— Это тебе. Сегодня тебе нужнее всего. — Голос вдруг мягче, чем привыкла. Сухой, но — без злости.
Я чувствую себя нелепо: что там вообще может быть — подставка для документов? Лекарство для «успокоения нервов»? Фигурка кота — в духе советских традиций примирения?
Хотя… не в подарке дело.
Раиса Петровна — человек из тех, кто ничего не делает «просто так». Тут даже банальная вежливость становится событием года. И если она что-то вручает — значит, на душе у неё тьма, которую она не умеет объяснить словами.
Я сжимаю пакет в руках. Не решаюсь открыть. Зря пожалуй… слишком нервничаю.
Тут подходит Лёша — взгляд рассеянный, своё лицо не знает. Для него этот день — просто точка в длинном списке глупых ошибок.
Торопливо здоровается, морщится, как будто я — не мать его детей, а старая знакомая, которую встретил в очереди за билетом на поезд.
Раиса Петровна отходит в сторону — обнимает Лёшу, что-то шепчет на ухо. А меня как будто нет… я растворилась. Обычный призрак.
Где-то зовут на заседание.
Сумку перебрасываю через плечо, пакет скользко прячется в ладони.
Открывать пока не могу. Да и не время.
Разгон пианино внутри — мысли скачут, грудная клетка не слушается, дыхание парами.
— Марина! — Адвокат машет рукой. — Пошли, уже наша очередь.
Иду — уронив голову, собирая остатки последних сил.
Подарок не упал. И это дрожащий символ — упрямый, как я сама.
#####
Пакет пока не открыт…
Но твоя подписка — ключ к самой неожиданной развязке. Скоро выйдет новая глава рассказа — и тебя ждет неожиданный поворот в истории Марины, Лёши и загадочного подарка.
Подпишись, чтобы получить продолжение первым