— И зачем ты каждый раз веришь его "я изменюсь"? — спросила подруга, закатывая глаза. Я не ответила. Потому что знала: любовь — это когда ты уже видишь дно, но всё равно ныряешь глубже...
***
Когда я впервые увидела Артёма, он улыбался так, будто знал все мои тайны. Взгляд — тёплый, голос — шёлковый, слова — как конфетти: яркие, лёгкие, осыпающиеся на кожу.
— Ты не такая, как все, — сказал он на втором свидании, и я, дура, поверила, что это комплимент.
А потом началось.
Сначала — мелочи. «Ты… опять эти джинсы? Выглядишь в них… просто.» Потом — «Ну и кого ты красишься? Сидишь же дома». Потом — «Твои подруги — пустые курицы, не понимаю, зачем ты с ними общаешься».
Я смеялась. Оправдывала. Говорила себе: «Он просто заботится».
А потом он разбил мою любимую кружку. Ту, с котом, которую я купила на первой зарплате.
— Ой, да ладно, — фыркнул он, глядя, как я подбираю осколки. — Купим новую.
Но новую мы так и не купили.
***
Однажды я проснулась от звонка в три ночи.
— Где ты? — прошептала в трубку, сжимая её так, что пальцы побелели.
— На работе. Ты же знаешь, проект горит, — ответил он, но где-то за его спиной звенели бокалы и смеялась женщина.
Я положила трубку, села на пол и впервые за долгое время разрешила себе заплакать.
А утром он пришёл с розами.
— Прости, солнце. Ты же понимаешь, как мне тяжело? Ты же моя опора, да?
И я снова поверила.
Потому что когда тебя долго ломают, ты начинаешь верить, что твоя естественная форма — это «согнутая».
***
Последней каплей стал его телефон.
Он забыл его дома, а я… я не хотела смотреть. Но экран загорелся, и передо мной всплыло сообщение: «Когда ты уже её бросишь?»
Я села на край кровати и вдруг поняла: я больше не плачу.
Я собрала вещи. Он, конечно, примчался, хватая меня за руки:
— Тыы… с ума сошла? Из-за какой-то ерунды?!
Я посмотрела на него и вдруг рассмеялась.
— Знаешь, что самое смешное? Ты даже сейчас не извинился.
***
Любовь не должна быть сборником оправданий. Если человек разбивает тебя на осколки, а потом ищет в них своё отражение — это не любовь. Это нарциссизм.
Выбирайте тех, кто не заставляет вас собирать себя по кусочкам.
P.S. А ту кружку с котом я всё-таки купила. Новую. Себе. И знаете что? Она больше не разбивается.