Глава 4
Ночь окутала город дождливой пеленой. Стрельцов стоял у окна своей квартиры, наблюдая, как капли рисуют причудливые узоры на стекле. Во рту горчил третий за вечер кофе. Сон не шел — слишком много мыслей роилось в голове.
На журнальном столике были разложены распечатки файлов с флешки Савельевой. Операцию назначили на завтра, в 11:00. По координатам из текстового файла в порту должна была состояться встреча всех ключевых участников "Северного транзита".
Телефон завибрировал. Звонил Корнеев.
— Всё готово, — без предисловий сообщил он. — Генерал Васильев дал добро. Операцию проведет спецназ из соседней области, чтобы исключить утечку. Но у меня есть еще кое-что.
— Выкладывай, — Стрельцов потер висок, где пульсировала тупая боль.
— Помнишь подвал в здании старого почтамта? Тот, что использовали как архив до ремонта?
— Помню, а что?
— Лисовский на первом допросе раскололся. Не до конца, но кое-что выдал. Там спрятаны документы и записи. Своеобразная страховка на случай, если его решат подставить.
Стрельцов напрягся:
— Что за записи?
— Видео встреч, передачи денег, инструктажи исполнителей. Лисовский вел двойную игру — работал на заказчиков, но подстраховывался на случай, если его решат сделать козлом отпущения.
— И где конкретно искать?
— За старыми стеллажами есть техническая ниша. В ней сейф. Код — 24-04-78.
— Дата рождения Лисовского?
— Именно. Самовлюбленный идиот, — хмыкнул Корнеев. — Будь осторожен, Саня. В управлении все еще могут быть крысы.
Дождавшись полуночи, Стрельцов направился в управление. Дежурил сержант Мельников — флегматичный мужчина предпенсионного возраста, который никогда не задавал лишних вопросов.
— Вечер добрый, товарищ майор, — кивнул он. — Работы много?
— Не то слово, Петрович, — вздохнул Стрельцов. — Материалы к завтрашнему совещанию надо подготовить. Начальство, сам понимаешь...
— Понимаю, — сочувственно протянул сержант. — Кофейку налить?
— Спасибо, сам сварю, если что.
Убедившись, что в здании никого, кроме охраны, Стрельцов спустился в подвал. Здесь пахло сыростью и старой бумагой. Массивные металлические стеллажи, уставленные архивными коробками, тянулись вдоль стен. В дальнем углу, за последним рядом, должна была находиться ниша.
Подсвечивая себе фонариком, Стрельцов обогнул стеллаж и увидел неприметную металлическую дверцу, окрашенную в тот же цвет, что и стена. Он ввел код — 24-04-78. Замок щелкнул.
Внутри оказался небольшой сейф и рядом — коробка с внешними жесткими дисками. На каждом — маркировка с датами. Стрельцов быстро просмотрел их. Записи велись последние три года. Целая хроника преступной деятельности.
Вдруг его насторожил звук шагов в коридоре. Стрельцов замер, выключив фонарик. Шаги приближались — легкие, осторожные, не похожие на тяжелую поступь Мельникова.
Кто-то еще пришел в архив посреди ночи?
Стрельцов достал пистолет и замер за стеллажом. Лучик света скользнул по проходу между шкафами. Затем свет фонарика уперся прямо в нишу с открытым сейфом.
— Вот черт, — раздался знакомый голос. — Опоздал.
Майор выдохнул и вышел из-за стеллажа, направив пистолет на фигуру с фонариком.
— Руки так, чтобы я видел, капитан Левченко.
Молодой капитан из отдела информационной безопасности вздрогнул и медленно поднял руки.
— Майор Стрельцов? Это не то, что вы думаете...
— А что я думаю, Левченко? — Стрельцов не опускал пистолет. — Что ты пришел подчистить архив Лисовского? Что именно ты сливал информацию о готовящихся операциях? Сколько тебе платили за предательство, капитан?
Левченко побледнел:
— Я могу объяснить. Я не предатель. Я работаю на службу собственной безопасности. Меня внедрили полгода назад для сбора информации о коррупции в управлении.
— И почему я должен тебе верить?
— Потому что я знаю, что вы нашли тело журналистки Савельевой. Потому что мне известно о завтрашней операции. И потому что, — он медленно достал из кармана удостоверение, — я действительно из СБ.
Стрельцов проверил документы — они выглядели подлинными.
— Почему ты не связался со мной раньше?
— Не был уверен, кому можно доверять. В управлении слишком много людей Зубова. Я следил за вами с момента обнаружения Савельевой. Ждал, чтобы понять, на чьей вы стороне.
— И на чьей же я стороне?
Левченко усмехнулся:
— На стороне закона. Это редкость в наши дни.
Стрельцов опустил пистолет.
— Что в этих записях?
— Полная картина операции "Северный транзит". Имена, даты, суммы. Доказательства причастности людей из городской администрации, таможни, полиции. Все нити ведут к заместителю губернатора Карташову и генералу Зубову.
— И что вы планируете с этим делать?
— То же, что и вы. Завтра накрыть всю верхушку разом. Но мне нужны эти записи как доказательная база.
Стрельцов колебался. Доверять Левченко? Или это очередная ловушка?
Решение пришло внезапно.
— Хорошо, но копии останутся у меня. И еще одну мы передадим надежному человеку — на случай, если с нами что-то случится.
— Справедливо, — кивнул Левченко. — У меня есть мобильный сервер, давайте скопируем всё сейчас.
Они провели в подвале еще час, копируя терабайты видео и документов. Затем Стрельцов связался с единственным журналистом, которому мог доверять, — Максимом Орловым, бывшим военным корреспондентом, а ныне редактором независимого интернет-издания.
— Макс, это Стрельцов. Нужно встретиться. Прямо сейчас. Есть материал, который нужно сохранить.
— Три часа ночи, Саша, — проворчал сонный Орлов.
— Это вопрос жизни и смерти. Буквально.
Они встретились в круглосуточной кофейне на окраине города. Орлов, лохматый и помятый, но с цепким взглядом, внимательно выслушал Стрельцова.
— Ты понимаешь, что это бомба? — он покрутил в руках флешку с копией архива. — Если я это опубликую, начнется такое...
— Не публикуй пока. Это страховка. Если завтра операция пройдет успешно, отдашь материалы следователям. Если что-то пойдет не так... тогда действуй по своему усмотрению.
— Ты играешь с огнем, майор.
— У меня нет выбора, Макс.
Вернувшись домой под утро, Стрельцов чувствовал смертельную усталость. Он принял душ, поставил кофе и включил телевизор, чтобы заглушить тишину квартиры.
Телефон звякнул сообщением. Незнакомый номер.
"У вас 1 новое сообщение и 1 видеофайл"
Стрельцов открыл видео и похолодел. На экране была его бывшая жена Ирина, идущая по улице с их общим сыном Димкой. Камера следовала за ними от школы до подъезда. Затем запись обрывалась.
Текст сообщения был лаконичен: "Завтра в 10:30 ты лично привезешь все материалы по делу в указанное место. Иначе ты их больше не увидишь".
Стрельцов почувствовал, как внутри все оборвалось. Сын... Они угрожали его сыну.
Несмотря на развод три года назад, он поддерживал отношения с Ириной и регулярно виделся с Димкой. Мальчишке было всего десять — обычный ребенок, любящий футбол и компьютерные игры. Стрельцов немедленно набрал номер бывшей жены.
— Ира, вы в порядке? — выпалил он, как только она взяла трубку.
— Саша? Что-то случилось? — с беспокойством в голосе спросила она.
— Вы дома? Димка с тобой?
— Да, конечно. Спит еще. Саша, ты меня пугаешь...
— Слушай внимательно. Вам нужно немедленно уехать. Собери самое необходимое. За вами приедет мой коллега, капитан Зимин. Он отвезет вас в безопасное место.
— Что происходит?! — голос Ирины дрогнул.
— Потом объясню. Пожалуйста, просто сделай, как я прошу.
Следующим звонком был Зимин.
— Юра, мне нужна твоя помощь. Срочно.
Закончив все приготовления, Стрельцов сел в кресло и уставился в одну точку. Перед ним лежал телефон с сообщением от шантажистов. Выбор был невозможен — предать дело, ради которого погиб Верхов, или рискнуть жизнью собственного сына.
Но был и третий путь. Рискованный, почти безнадежный, но единственно верный.
Он набрал номер Левченко:
— Капитан, у нас проблемы. Большие проблемы.
Предыдущая глава 3:
Далее глава 5: