Когда выбирала видео для сегодняшнего утреннего поста в телеге, я впервые
услышала об отце Киприане. И пошла искать информацию об этом человеке.
Вот что получилось.
Рассказ о человеке, который не остановился, когда другие бы сдались.
Когда Валерий Бурков шёл по траншее Донбасса — не по асфальту, не по ковровым дорожкам, а по земле, изрытой снарядами — бойцы оборачивались. Кто-то не верил глазам. Высокий, худой монах в чёрной рясе, с крестом на груди и звездой Героя Советского Союза. Он шёл на протезах, ловко балансируя на неровной земле. Шёл — чтобы поговорить. Помолиться. Благословить. Обнять. Просто побыть рядом.
Когда-то он уже шёл — по афганским горам. Тогда он был капитаном ВВС, офицером Советской Армии. На него ориентировались, его слушались. А потом — подорвался на мине. Афганистан забрал у него обе ноги и чуть не забрал жизнь: он пережил три клинические смерти. Его вынесли под обстрелом. А он — выжил. И это было началом. Он не просто научился ходить на протезах. Он научился жить заново.
После ранения он окончил Военно-воздушную академию, дослужился до полковника. Его жизнь могла бы свернуть в привычную колею: награды, служба, пенсия. Он мог бы почивать на лаврах. Но вместо этого —
пел песни о боли и жизни, помогал инвалидам, работал советником
президента, а потом — неожиданно для всех — крестился. В 37 лет.
А через 22 года, в 2016-м, принял монашество. Стал отцом Киприаном. Его
крест — не только деревянный, но и биографический. Он носил не только
рясу, но и звезду Героя. «Это проповедь сама по себе», — говорил он. И
действительно: кто, как не он, имел право говорить с теми, кто прошёл
через огонь?
Когда начались боевые действия на Донбассе, отец Киприан не остался в храме. Он поехал на фронт — не воевать, а быть рядом. Он заходил в палаты к раненым, как когда-то в свои. Говорил с бойцами у костров. Служил литургии в полуразрушенных храмах.
И повторял: «Вы — не одни. С вами Бог. И с вами — я».
Корреспондент Дмитрий Стешин вспоминал: «Бежит по траншее, высокий, худой, на протезах, в чёрной рясе, со звездой Героя. Остановится, поговорит с
бойцом, благословит, и дальше — по передовой». И бойцы, глядя на него,
понимали: раз он может идти — то и мы сможем.
В сентябре 2023-го он стоял у восстановленного мемориала Саур-Могила — там, где когда-то шли ожесточённые бои. Он говорил не о политике и не о тактике. Он говорил о памяти.
«Это битва не просто за землю. Это духовная битва — за ценности, за память отцов, за то, что нас делает собой».
Он не осуждал. Он собирал.
Из боли — достоинство.
Из утраты — путь.
Из войны — молитву.
Сейчас он служит в Москве, в Высоко-Петровском монастыре. Но время от времени он снова едет в зону конфликта — к тем, кто на передовой. Потому что
знает: даже если ты потерял ноги, ты можешь идти. А иногда — быть
проводником для тех, кто ещё лежит.
Так и идёт он — отец Киприан.
Без лишних слов. На протезах. С крестом.
И со звездой на рясе.
С ДНЕМ РОССИИ!