Предыдущая глава
— Выпьем? — Андрей смотрел на Валерия прямо и открыто. — Не хочу, чтобы между нами была вражда. Света поделилась со мной, что ты её родной дядя.
— Да? — Валерий удивлённо приподнял бровь. Как жила его племянница на самом деле со своим мужем, он не знал, но при редких встречах с ними, особой пламенной любви он тоже не наблюдал. Ни со стороны парня, ни со стороны девушки. Даже жалел, что когда-то добро дал этому браку. Без любви брак словно тяжёлая ноша, которая давит и давит, лишая радости просто жить.
— Света мне всё доверяет. Так же и то, что ты упомянешь её в своём завещании. Я рад. Правда, рад, — врал Андрей. Поначалу скованно себя чувствовал и неуверенно, а потом вошёл в роль. Оказывается, для достижения своей цели это не так уж и сложно.
— Раз так, то давай мировую, — Валерий поднял свой стакан. Пить он не хотел. Боялся завестись. Но отказать пасынку — это снова выслушивать от Лены стенания о том, как он несправедлив к её сыну и что так и не смог стать ему отцом.
– Я согласен на вакансию администратора, — добавил Андрей, мысленно посмеиваясь. Он удовлетворённо отметил, что отчим выпил больше половины. Так и должно быть.
– А ты меняешься на глазах. Молодец, — Валера похлопал парня по плечу, — тогда сработаемся. Ты не переживай, это временно ...
Валера запнулся. Зашумело как-то в голове. Душно стало в кабинете. Он медленно к окну подошёл и приоткрыл створку. В лицо пахнуло весной. Март начался дружной капелью, и через недельку-другую снег грозился совсем сойти, обнажив неприглядный асфальт. Такую пору Валера не очень любил. А вот когда уже становилось совсем тепло и деревья наряжались в свой яркий зелёный наряд, когда почки, окончательно набухнув, являли взору свои прекрасные соцветия, вот тогда и душа Валерия расцветала, оттаивала на весеннем солнце.
Крепко вцепившись в подоконник, он смотрел на улицу. День был солнечным и тёплым. Восьмое марта скоро. Надо бы своим женщинам подарки уже прикупить. Свете он уже подготовил. Со всеми подписями, заверенными во всех местах. А вот Лене ... И для Лены что-нибудь придумает. В конце концов, если бы не женитьба на ней, то чтобы он смог на те деньги, что выручил от продажи дома? Расплатившись с долгами Лукьянова, он и себе что-то смог выгадать.
Почему же так под лопаткой-то жжёт?
— Мы со Светой после родов хотим съездить куда-нибудь, отдохнуть, — как сквозь вату донёсся голос Андрея. — Не сразу, конечно. А когда ребёнку месяца три-четыре будет. Я присмотрел курорты Ставрополья. Там чистый лечебный воздух. Или на Кавказ рванём. Света по натуре скромница и даже не до конца ещё осознаёт, что она себе может даже Мальдивы позволить, ведь правда, отец?
Андрей впервые отчима назвал отцом. Его всего передёрнуло от этого слова. Появилось сильное желание помыть себе рот. Ему казалось, что, называя так Валеру, он своего отца предаёт. Родного и незаменимого.
— Курорт — это хорошо ... — пробормотал Валера. Казалось, что он не услышал последнее слово Андрея. Но в его глазах появились слёзы. Отец ... Не суждено ему было своих детей зачать. А может, он был излишне строг к пацану? Помягче нужно было бы быть?
Валера допил остатки коньяка. Жжение за грудиной усиливалось, на лбу проступил холодный пот. Да ... Никогда не поздно всё исправить. Андрею он тоже что-нибудь отпишет ещё при своей жизни. Иначе это будет большим свинством с его стороны по отношению к покойному отцу Андрея.
— А знаешь, сынок ... — Валера с трудом повернулся к пасынку, собираясь сказать ему самое главное, и ... не смог. Открыв рот и вытаращив глаза, он мешком свалился на пол. Всё его существо на долю секунды пронзила страшная, ни с чем не сравнимая боль. Будто разорвалось что-то внутри.
— Обширный инфаркт. Мгновенная смерть. Соболезную вам, — констатировал врач со скорой.
Лена полулежала в кресле, и ей уже оказывали первую медицинскую помощь. Давление у самой скакнуло при виде мужа, распластавшегося на полу в неестественной позе. На подоконнике одиноко стоял пустой стакан, а в чуть приоткрытую створку окна всё так же врывался задорный весенний ветерок.
Организацией похорон занималась предприимчивая Лера. Народу набралось много. У Валерия оказался весьма внушительный список партнёров, знакомых и друзей. Все искренне соболезновали, несли букеты роскошных роз, венки. Лена, как жена, категорически отклонила предложение Леры о кремировании. Достаточно того, что её первого мужа так похоронили.
Поминки устроили в ресторане, который Валерий открыл самым последним. Весь персонал облачился в тёмную форму и напряжённо ждал, кого же поставят главным. Никто же не в курсе был, какие изменения происходили в личной жизни их шефа. Поэтому склонялись к версии, что управлять будет молодой Андрей Лукьянов. Многим он не нравился.
Света, несмотря на своё положение, тоже присутствовала на церемонии похорон и на поминки поехала, хоть Лера и приказывала ей дома сидеть. Не будет она сидеть. И указывать ей теперь никто не будет.
Как ни странно, узнав о смерти дяди, Света расплакалась. Всю ночь она прокручивала в голове их последний разговор и корила себя, что так холодна была с родным по крови ей человеком. Ведь Валерий мог бы многое ей рассказать о маме, о бабушке.
Ну почему к нам приходит осознание только тогда, когда человека уже нет на этом свете и никогда не будет? С отвращением внутри Света наблюдала за суетливостью Андрея и Леры. Они единственные будто радовались чему-то. Свекровь её, Елена, шумно сморкалась в платок и, опустив маленькие красные глаза вниз, не поднимала головы. Валера хоть и не питал к ней особых пламенных чувств, но хотя бы и не обижал. За ним она как за каменной стеной жила. А теперь что её ждёт? Вся надежда на сына, что не бросит мать на произвол судьбы.
— А планы наши потихоньку начинают осуществляться. Ты молодец, мой мальчик. Всё сделал так, что не придраться. Обширный инфаркт. И вскрытие показало то же самое, — прошептала Лера, когда ей наконец-то удалось вырваться из зала на свежий воздух и покурить возле Андрея. Тот, подняв кверху воротник у пальто, задумчиво смотрел вдаль.
— Впереди самое сложное. Устранить мою жену, — произнёс он.
Лера коротко рассмеялась.
— Справишься. Я останусь нянькой при вашем ребёнке, а вы, два голубка, поедете отдыхать. Родной, не переживай. Я в тебя верю. Одно неверное движение Светы где-нибудь в скалах и мгновенная смерть где-нибудь внизу из-за падения с высоты. Кто тебя обвинит? Изобразишь горем убитого мужа и вернёшься ко мне свободным. Ты хоть понимаешь, что нас ждёт? Много денег и море удовольствия. Мой развод с Олегом уже в процессе. В тот день, пока ты у Валеры был, я ездила к адвокату. Мой муж суетится даже из Парижа.
Лера прикурила. Её красивое лицо стало печальным. В эту ночь ей до самого утра снился Роман Зубов. К чему бы это? Покойников Лера не любила. Ушли в мир иной, так пусть там и существуют себе. А к живым приходить не нужно.
— Я рад, что ты у меня есть, — Андрей подавил в себе сиюминутное желание обнять Леру крепко-крепко. Он её любил. Страстной и необъяснимой любовью и готов был ради неё на всё. Избавиться от Светы? Да пожалуйста. Этой серой мыши осталось жить совсем немного.