— Ты с ума сошёл? Открыть ресторан в этом районе? Да ты разоришься через полгода, — сказал мне Саня, когда я впервые привёл его показать помещение.
А я уже всё решил. Тридцать пять квадратов, бывшая кебабная, зато угол с проходом. Район, может, и не центр, зато плотный, живой. В пяти минутах — офисный муравейник, в десяти — жилой массив. Люди есть, жрать хотят — это я знал точно.
Я взял кредит. Большой. Всё сделал по уму — ремонт, новая вытяжка, плитка, меню с фотками. Жена сварила борщ, мама принесла домашнюю настойку (ну, на случай гостей из "своих"). Мы открылись 3 марта. А 8-го — уже полная посадка. Очередь на вынос, два курьера на доставке.
Я стоял у раздачи в фартуке и не верил глазам. «Пойдёт», — думал я. Да не то слово.
Название придумал — «Столовая №17». Ностальгия, да. Но внутри всё по-человечески: мягкий свет, открытая кухня, чисто. Первое, второе, компот — да, но чтобы вкусно и без «совка». Домашняя еда для уставших офисников.
Поваров нашёл через знакомых. Смены по двое, я сам у кассы. Жена — с закупками и бумагами. Мать вначале помогала с заготовками, потом мы нашли бабушку-универсала, пенсионерку — всю жизнь в столовой проработала, а тут ожила. Всё шло, как по маслу.
Через два месяца я вышел в ноль. Ещё через месяц — в стабильный плюс. Я даже первый раз в жизни купил себе кофемашину. Не бэушную, а нормальную, новую. И кофемолку к ней.
— Чего улыбаешься, Иваныч? — спрашивал меня водитель из доставки.
— Ничего, думаю просто… Неужели всё так просто?
— Ну как тебе сказать… Пока никто не пришёл — просто, — и он смеялся.
Первый звоночек был тихий. Позвонили, сказали: «Ждите, у вас проверка Роспотреба. Плановая». Окей. Всё в норме — санки, холодильники, журнал температур, медкнижки. Пыль протёрли, персонал проинструктировали.
Пришли — проверили. Нашли мелочь: один термометр оказался без поверки. Пожурили. Выписали штраф — три тысячи. Я подписал. «Ну, бывает».
А потом…
Неделю спустя пришёл дядька. Не представился. Сказал: «Вы нарушили регламент по размещению мусорных контейнеров. Будет административное дело».
— Простите, а где написано, как надо? — спрашиваю.
— Есть СанПиН, посмотрите сами. У вас доступ есть.
Он ушёл. А через день — письмо. Административное дело, штраф на 30 000.
Мы купили новый бак, поставили знак, наняли вывоз через подрядчика. Но поздно — постановление уже шло.
Потом была инспекция из трудовой. Нашли, что у одной из кухарок неправильно оформлен отпуск — старая запись. Штраф. Потом пришли пожарники: проверили огнетушитель, не устроил. Ещё штраф. Потом налоговая запросила движение по расчётнику. Через день — проверка банка. Потом СЭС, потом кто-то ещё.
Каждую неделю я начинал с фразы: «Кто сегодня придёт?»
Курьеры стали жаловаться: «Иваныч, а чё у тебя постоянно кто-то ходит с корочками?» Один вообще сказал, что отказывается забирать заказы, когда «эти» в зале.
Жена предложила поставить камеру и включать трансляцию: «Пусть смотрят сразу все. У нас тут не бордель, а кухня!»
А баба Лена — та самая бабушка-универсал — просто плюнула и ушла. Сказала: «Я уже всё это видела в 90-х. Сначала приходят, потом просят. А ты всё сам понимаешь».
Я не понял. Или не хотел.
Потом был май. Мы вывесили наружную табличку, типа летнее меню. Тут же пришёл человек с папкой:
— У вас нет разрешения на вывеску.
— А что, даже на бумажку с меню?
— Всё, что видно с улицы — это реклама. А реклама — платная.
Штраф: 15 000.
Через месяц я заплатил сорок две тысячи только по штрафам. В тот день мне позвонил старый знакомый — у него три киоска с шавермой:
— Ты чё, Иваныч, не занёс, что ли?
— Кому? За что?
— Ну, ты понял… просто занеси. Один раз. Тебе ж хуже.
Я молчал. Он добавил: «Когда не платишь — начинаются проверки. Это как дождь. Он идёт — и всё. Неважно, виноват ты или нет».
Последней каплей стал мужчина в пиджаке и без бейджа. Зашёл, сел, смотрел в телефон. Я подошёл:
— Здравствуйте, что будете?
Он не ответил. Достал планшет, показал фотку: наш повар ест на кухне.
— Нарушение, — сказал он.
— Так она на перерыве. Что за фото?
— Неважно. Фото есть, будет дело.
Я сел. Молча. Он встал и ушёл.
Я понял, что проиграл.
Я продал всё в июле. С убытком. Оборудование забрали оптом. Помещение ушло как есть — с кухней и вытяжкой. Новые арендаторы открыли шаурмечную. У них вроде всё нормально, тьфу-тьфу.
Я остался с долгами, кофемашиной и двумя коробками бланков проверок.
— А что теперь? — спросил Саня, когда мы сидели у меня дома.
— Не знаю. Но точно не ресторан. Это была хорошая идея. Пока не пришли проверяющие.