Бывает, что ты просто работаешь.
Поставляешь мебель, собираешь интерьеры, сдаёшь проекты.
Не ждёшь беды — потому что не за что. Все цепочки выстроены, документы собраны, продукция смонтирована. Люди довольны. Работа — выполнена. А потом приходит подозрение. Оно не гремит. Оно тихо. Оно — в камеральной проверке, в формулировке «неубедительные признаки деловой цели», в тонком намёке, что всё, что ты делал, возможно, фикция.
Что контрагенты, с которыми ты работал — не настоящие.
Что поставка — формальность.
Что вычет — необоснован.
27,3 миллиона — сумма, в которой ФНС усомнилась.
И не потому, что не было поставок. А потому что поставщики выглядели неубедительно. Без складов. Без персонала. С IP-адресами, совпадающими друг с другом. Некоторые — с недостоверными данными в реестре. А документы, как назло, оказались оформлены не в самой лучшей последовательности. Инспекция не проводила экспертиз. Не допросила никого. Не запросила пояснений. Просто сделала вывод: фиктивность. Но бизнес знал: