Лето в Москве выдалось не только тёплым, но и особенно театральным. Причём в главной роли оказался не актёр МХАТа, не новый ведущий программы «Что? Где? Когда?» и даже не приглашённый гость на вручении премии ТЭФИ. Нет, центральную роль неожиданно отыграл человек, который в последние годы перестал ассоциироваться с футболом в классическом его понимании. Речь о Фёдоре Погорелове. Помните такого? Это бывший комментатор «Матч ТВ», ныне — интернет-деятель с выраженной симпатией к «Зениту», чья медийная активность в последние месяцы сводилась к периодическим репликам в духе «раньше трава была зеленее, а чемпионат России лучше».
Но тут вдруг Фёдор вернулся с рецензией, и не на матч, а на тренера. Причём не просто на тренера, а на Леонида Викторовича Слуцкого — человека, чьё имя в российском футболе звучит гораздо громче, чем весь послужной список Погорелова, взятый вместе с архивами комментаторских трансляций за 2013 год.
Кто и зачем обозвал Слуцкого «токсичным»?
Поводом для медийного всплеска стало участие Слуцкого в новом формате шоу ЭФБ, где он беседовал с Александром Головиным. Вроде бы — ничего особенного: разговор двух людей, знакомых с футболом, про футбол. Но вот беда: Фёдору Погорелову не понравилось. По его словам, «Слуцкий токсичный», «это катастрофа», «в каждой реплике — подвыперт». И финальный аккорд — «между строк запрос на терапию». Вроде бы высказался, как принято в интернете: громко, эмоционально, не слишком аргументированно. Но давайте разберёмся — с кем именно мы имеем дело.
Фёдор Погорелов: от телекомментатора до инстаграм-мыслителя
Фёдор в своё время комментировал матчи на «Матч ТВ», но не входил в топ-лист узнаваемых голосов. Не Генич, не Орлов, не Нобель и не даже Гуцайт. Его карьера прошла в режиме «дублирующего микрофона» — человек, который присутствует, но не формирует повестку. С тех пор как он покинул телеэфиры, его влияние перетекло в соцсети, где он стал типичным комментатором на удалёнке: высказывания без обязательств, оценки без аргументации и эмоциональные суждения без анализа.
И вот теперь — ярлык на Слуцкого. Почему именно сейчас? Возможно, потому что тренер снова оказался на экранах, и не в привычной роли мрачного человека у бровки, а в новом амплуа — спокойного, местами язвительного, но уверенного в себе специалиста, не нуждающегося в оправданиях.
А что Слуцкий? Он в порядке
Леонид Викторович, напомним, не просто вернулся в профессию, он не покидал её. После эпопеи в «Рубине» он отправился в Китай, где возглавил «Шанхай Шэньхуа». И в отличие от многих коллег, которые уезжают в азиатские лиги за тишиной и зарплатой, Слуцкий стал там именно тренером, а не туристом в тренировочном костюме. Он провёл приличный сезон, сумел встроиться в непростую футбольную систему, адаптировался под культурные и футбольные реалии — и даже вывел команду в Лигу чемпионов АФК.
Слуцкий — фигура далеко не простая. Его публичные выступления всегда отличались резкостью, ироничностью и самоиронией. Кто-то видит в этом «токсичность», кто-то — просто живого человека. Но одно можно сказать точно: он не пытается никому нравиться. И в этом, пожалуй, главное отличие между ним и критиками вроде Погорелова.
Когда «Зенит» — это диагноз
Не стоит забывать, что Погорелов — давний болельщик «Зенита». Это, конечно, не преступление, но и не обстоятельство, добавляющее объективности. За последние годы критика Слуцкого, ЦСКА и любых соперников сине-бело-голубых превратилась в отдельный жанр. Иронично, что на фоне попыток обвинить Слуцкого в «токсичности», сам Погорелов выдает формулировки, от которых любому терапевту стало бы не по себе.
Когда вы называете человека «катастрофой» за то, что он иронизирует в беседе с бывшим подопечным, — это скорее говорит о ваших обострённых чувствах, чем о реальном поведении собеседника. И здесь важно понимать: если вам не нравится тон Слуцкого — это не делает его токсичным. Это делает вас чувствительным.
Кому мешает успех Слуцкого?
Можно долго рассуждать, зачем и почему Погорелов решил выступить с критикой. Может быть, он просто соскучился по вниманию. Может, решил вернуть себя в инфополе. А может, его действительно задело, что Слуцкий, несмотря на неудачи с национальной сборной и тяжёлые сезоны в «Рубине», остался в профессии и сумел вновь выйти на международную арену.
У нас принято хоронить тренеров за один неудачный тур, а Слуцкий не просто выжил, он адаптировался и продолжает тренировать на уровне, до которого большинству отечественных специалистов ещё идти и идти. И то, что он не вписывается в стандартный медийный шаблон «улыбающийся и молчащий», — не делает его плохим. Это делает его настоящим.
Эпилог: о чём на самом деле этот спор
На самом деле всё это — не о Слуцком и даже не о Погорелове. Это история о том, как часть российского спортивного сообщества предпочитает формальность искренности. Нам хочется, чтобы тренеры говорили по бумажке, комментаторы — не выходили за рамки, а футболисты — не задавали лишних вопросов. А когда кто-то выходит за пределы привычного — сразу «токсичность».
И пока Слуцкий тренирует, говорит, шутит и спорит, у него есть один безусловный плюс перед многими критиками: он остаётся в игре. А значит, может позволить себе быть собой. Даже если это кому-то кажется «катастрофой».
Итог:
Леонид Слуцкий не идеален — как, впрочем, и никто в футболе. Но он честен, последователен и, главное, профессионален. А обвинения в «токсичности» из уст людей, которые давно не работают с командой и не берут на себя ответственности, выглядят скорее попыткой напомнить о себе. В эпоху, где все боятся сказать лишнего, он — один из немногих, кто не прячется за формулировками. И за это его стоит ценить.