Июль 1941 года. На Софринском полигоне проходят испытания танка Т-34 с новой 57-мм пушкой ЗИС-4, разработанной на основе противотанковой ЗИС-2. Орудие с длиной ствола 73 калибра и системой противовесов массой около 180 кг устанавливается в серийную башню без серьёзных переделок. Конструктору Василию Грабину удалось адаптировать баллистику пушки с выдающимися пробивными характеристиками под танковую платформу. По результатам стрельб, бронебойный снаряд БР-271 пробивал до 98 мм гомогенной брони с дистанции 1000 метров — почти вдвое больше, чем штатная 76-мм Ф-34, способная преодолевать порядка 60 мм на той же дистанции. При этом Т-34 с ЗИС-4 сохранял все ходовые качества базовой модели. Однако даже столь впечатляющие характеристики не гарантировали массового применения: в условиях начала войны специализированное вооружение сталкивалось с острым дефицитом ресурсов, нехваткой снарядов и сложностями в технологической кооперации. История Т-34-57 именно об этом.
Весной 1940 года, по требованию маршала артиллерии Г.И. Кулика, начались работы над орудием, способным эффективно поражать любую существующую бронетехнику. Конструкторское бюро под руководством Василия Грабина представило 57-мм противотанковую пушку ЗИС-2, отличавшуюся высокой баллистикой и мощным бронепробитием. Вскоре была разработана её танковая модификация — ЗИС-4, предназначенная для установки на Т-34. К апрелю 1941 года были завершены основные этапы адаптации, и начались полигонные испытания.
Работы велись в условиях форсированной подготовки к войне. Пока серийные цеха осваивали производство 76-мм пушек Ф-34, параллельно шли доводочные мероприятия по ЗИС-4. Испытания подтвердили её высокую эффективность: при стрельбе в упор пробивалась броня толщиной до 98 мм, с километра — до 82 мм. Однако выявились и серьёзные недостатки. Ствол имел ограниченный ресурс — порядка 100 выстрелов, а шаг нарезки вызывал значительное рассеивание снарядов. По указанию ГАУ конструкцию доработали: увеличили длину ствола, утяжелили его противовесами, оснастили новым танковым прицелом ТМФД-41. Но уже в июне 1941 года началась война, и дальнейшее развёртывание проекта оказалось под угрозой.
В сентябре 1941 года Харьковский завод №183 выпустил всего десять Т-34, вооружённых 57-мм пушкой ЗИС-4. Вся партия поступила в 21-ю танковую бригаду. 14 октября под Калинином (ныне Тверь) началась их короткая, но яркая кампания. В бою за село Чёрные Грязи танк политрука Эммануила Гмыри, оторвавшись от основных сил, вышел к немецкой колонне длиной около трёх километров. Первыми вспыхнули грузовики. 57-мм осколочно-фугасные снаряды, разгонявшиеся до километра в секунду, пробивали моторные отсеки и разрывали картеры, как консервные банки. По колонне били не по танковому — прицельно, методично, без спешки.
Добив технику и расчистив дорогу, Гмыря направил танк на ближайший аэродром. Один Ju 88 вспыхнул прямо на рулёжке, второй — у ангаров. Однако вскоре танк был подбит: прямое попадание артиллерийского снаряда привело к взрыву боекомплекта, и башня была сорвана с погона. Политрук Гмыря и механик-водитель Иващенко сумели покинуть танк, получив тяжёлые ранения. Этот бой стал одной из немногих задокументированных операций с участием Т-34-57 в 1941 году.
Тем временем на другом фланге 21-й танковой бригады действовала машина майора Лукина — «белая двадцатка». В районе деревни Трояново его экипаж вел бой в лоб, практически без манёвра. 57-мм пушка ЗИС-4 работала с хирургической точностью: снаряды пробивали лобовые листы немецких Pz.III, тогда как их 37-мм KwK 36 лишь оставляли вмятины на наклонной броне «тридцатьчетвёрки». За двое суток, по донесениям штаба, бригада уничтожила 34 вражеских танка, 25 артиллерийских орудий и 210 автомашин — показатель, небывалый для столь малой группы.
18 октября, у деревни Напрудново, колонна Лукина попала под огонь прямой наводкой. Один из бронебойных подкалиберных снарядов PzGr.40 пробил башню танка и вызвал детонацию боекомплекта. Майор погиб на месте. К 20 октября все десять Т-34-57 оказались выведены из строя: подбиты, сожжены или оставлены при отходе. В актах списания командования сухо: «сорвана башня», «разбито моторное отделение», «не подлежит эвакуации». Так закончилась первая, почти неизвестная глава истории танка-«снайпера».
Второе рождение танка состоялось весной 1943 года. В преддверии Курской битвы стало ясно: стандартные 76-мм снаряды больше не справляются с новой немецкой бронетехникой. Тяжёлые танки Pz.Kpfw. VI «Тигр» уверенно держали удары с дистанций, на которых ранее броня считалась условной защитой. В этих условиях Главное артуправление вспомнило о 57-мм танковой пушке высокой баллистики. Модернизированная ЗИС-4М получила унифицированный с ЗИС-2 затвор, усиленную конструкцию и снаряд с бронепробитием до 96 мм на дистанции 1000 метров. Орудие установили на Т-34 с шестигранной литой башней — так называемой «гайкой».
Но и эта попытка оказалась эпизодом. В июле был собран один опытный образец, в августе — ещё три. Все машины поступили в отдельную роту 100-й танковой бригады и были направлены на фронт. По итогам полигонных и боевых испытаний пушка показала способность поражать «Тигр» в борт с полутора километров. Однако в сентябре 1943 года ГБТУ приняло стратегическое решение о переходе на новые 85-мм орудия. Производство ЗИС-4М было прекращено. Сама противотанковая ЗИС-2 при этом осталась в производстве до начала 1950-х — как напоминание о баллистических возможностях, оказавшихся слишком передовыми для своего времени.
Почему Т-34-57 так и остался боевым эпизодом, а не массовой системой? Ответ — в логике войны, где даже техническое превосходство не гарантирует успех. Прежде всего — снаряды. В 1941 году 57-мм бронебойные боеприпасы производились малыми партиями и уступали по номенклатуре, объёму и логистике широко распространённым 76-мм. Второй фактор — концептуальная несвоевременность. Идея специализированного «танка-истребителя» бронетехники опередила своё время: подобные машины вроде немецких Panzer IV/70 массово появились лишь в 1944 году, когда танковая война сместилась от манёвра к огневому подавлению.
Не решён была и проблема ресурса. Даже у модернизированной ЗИС-4М ствол сохранял боевую точность не более 200–250 выстрелов, что при начальной скорости снаряда около 1000 м/с (а не 1270, как ошибочно считалось) делало его нежизнеспособным в интенсивных боях. И, наконец, конструктивный предел платформы. Узкая башня Т-34 с трудом вмещала длинный казённик 57-мм орудия, а прицел ПТК-5 в условиях боя ограничивал обзор и снижал эффективность управления огнём. Всё это превращало Т-34-57 не в массовую боевую систему, а в инженерный эксперимент, не вписавшийся в индустриальный ритм войны.
Причины ограниченного применения Т-34-57 следует искать не в недостатках конструкции, а в объективных условиях ведения войны. В 1941 году 57-мм бронебойные снаряды производились в крайне малом количестве и не имели налаженной системы снабжения, в отличие от массово выпускавшихся 76-мм боеприпасов. Концепция танка, специализированного на борьбе с бронетехникой, не соответствовала тактической доктрине того периода: подобные машины начали массово применяться лишь в 1944 году. При этом даже у модернизированной ЗИС-4М ресурс ствола не превышал 250 выстрелов, что в сочетании с высокой начальной скоростью снаряда (около 1000 м/с) снижало её практическую надёжность. Дополнительные трудности создавали ограниченные внутренние объёмы башни Т-34, затруднявшие работу с длинным казёнником, а также неудачное расположение прицела ПТК-5, снижавшее эффективность ведения огня. В совокупности эти факторы не позволили Т-34-57 перейти из категории экспериментального образца в серийную боевую систему.