Восстание Ивана Болотникова в советских учебниках называли первой крестьянской войной на Руси. Но какая там крестьянская — состав воинства Болотникова был весьма пестрым: от действительно крестьян (коих было меньшинство) до бояр и князей со своими регулярными дружинами.
Сам же Болотников был княжеским холопом, который возвращаясь через Европу из турецкого плена, неожиданно для себя самого стал предводителем разношерстного войска. Как это произошло? История мутная, впрочем, как и само Смутное время, в которое случились описываемые события.
В конце мая 1606 года в Москве убили Лжедмитрия. Новым царем стал Василий Шуйский, но трон под ним шатался как никогда прежде. Сторонники Лжедмитрия частью бежали, частью были сосланы на окраины царства (казнить их Василий побоялся). Вот они-то и стали распускать слухи, что-де Шуйский убил не настоящего Дмитрия, а какого-то поповского сына. А сам настоящий царь, «чудесно спасшийся» уже во второй раз, жив и собирает войско против «царя ненастоящего», сиречь Василия Шуйского.
Слухам верили, ибо один из приближенных Лжедмитрия дворянин Михаил Молчанов при бегстве из Москвы прихватил с собой царскую печать. Сидя в Путивле, он рассылал «царские грамоты», возвещавшие о скором возвращении Дмитрия. Бумагам верили и охотно становились под знамена нового войска, собиравшегося свергнуть «самозванца» Шуйского.
Во главе этой рати и встал Иван Болотников. Как это удалось простому холопу, истории неведомо, но хорошо известно одно: возвращаясь из плена, Болотников в Путивле познакомился с Молчановым, и эта встреча стала судьбоносной для будущего предводителя «крестьянской войны».
Войско Болотникова хоть и было пестрым, но солидным по численности (около 20 тысяч человек). 12 июня 1606 года оно выступило из Путивля и в течение лета без особого труда разбило отряд Шуйского, овладело Тулой, Калугой и вплотную подошло к Москве. Городу пришлось «сесть в осаду», и власть Шуйского была слаба как никогда.
Но легитимный царь не растерялся. Он организовал эксгумацию тела настоящего царевича Дмитрия (малолетнего сына Ивана Грозного, умершего от несчастного случая), именем которого назывался самозванец. Народу предъявили останки (чудесным образом оказавшиеся нетленными), и люди поверил Шуйскому. Поверили и воеводы Болотникова, стоявшие в осаде у Москвы.
А поверив, стали переходить на сторону Шуйского вместе со своими дружинами. За короткое время Болотников потерял едва ли не половину своего войска. Это позволило царю Василию контратаковать, отбросить мятежников от Москвы, а потом разбить их под Калугой и Тулой.
В конце концов болотниковцы сдали царю своего командира и сдались сами. Многих из них казнили, а самого Болотникова сослали в Каргополь, где его ослепили и утопили в проруби.