Рассказ | Командировка в другую жизнь | Часть 2 |
Допрос |
Станислав вернулся домой поздним вечером, когда дети уже спали. Галина лениво читала какой-то женский роман с кричащей об измене обложкой. Подняла глаза от текста и внимательно, словно сканер, осмотрела мужа.
– Ты выглядишь усталым, – сказала она, откладывая книгу на тумбочку. – Как переговоры?
– Нормально, – буркнул Станислав, развязывая галстук. – Завтра расскажу.
Но жена не отставала. Либо от множества лет, проведенных вместе, либо какой-то суперспособностью она всегда чувствовала, когда с ним было что-то не так. Раньше его это умиляло, теперь остро раздражало.
– Стас? – спросила, приглядываясь, – ты какой-то странный. Что случилось?
– Ничего не случилось. Просто устал.
Он скрылся в душе, надеясь, что горячая вода смоет с него не только усталость дороги, но и навязчивые мысли о Татьяне. Не тут-то было.
Стоило закрыть глаза, как в воображении возникали серые глаза, улыбка, движение руки, когда она поправляла выбившуюся из хвоста прядь волос.
“Давай заканчивай, – приказал он себе. – Ты взрослый мужик, а ведёшь себя как желторотый подросток».
Но когда он вернулся в спальню, Галина всё ещё не спала. Сидела на кровати в своей любимой пижаме в мелкий цветочек и смотрела на него с до оскомины знакомым выражением лица. Оно означало: “Сейчас будет серьёзный разговор”.
– Садись, – похлопала она по кровати рядом с собой. – Поговорим.
Станислав нехотя сел, чувствуя себя школьником, вызванным к директору.
– Рассказывай, как съездил.
– Да рассказывал же. Нормально всё прошло.
– Стас, – Галина повернулась к нему всем телом, – я тебя семнадцать лет знаю. Когда у тебя всё нормально, ты приезжаешь домой и сразу рассказываешь обо всём в подробностях. А сейчас ты отвечаешь односложно и избегаешь смотреть мне в глаза.
Сердце Станислава ухнуло вниз. Галина всегда была слишком наблюдательной.
– Просто переговоры прошли не так, как планировал. Расстроился.
– Что именно пошло не так?
– Галь, давай завтра поговорим? Я правда устал.
Но она не сдавалась. В её карих глазах появилась та упрямая искорка, которая означала: отступать не собираюсь.
– Нет, поговорим сейчас. В каком отеле ты останавливался?
– В «Метрополе», как обычно.
– Покажи чеки.
Станислав почувствовал, как по спине пробежал холодок.
– Какие чеки?
– Из отеля, из ресторанов. Ты всегда их сохраняешь для отчётности.
Он нехотя полез в портфель, лихорадочно роясь в документах. Чеки были, но среди них затесался один лишний – из кафе «Арт-Лайф». Галина острым взглядом заметила его попытку отложить этот чек в сторону.
– А это что? – протянула она руку.
– Обычный чек из кафе.
– «Арт-Лайф»? – прочитала она. – Странное название. И почему ты там ужинал два дня подряд?
У Станислава пересохло во рту. Он не помнил, что сохранил чеки за оба дня.
– Кафе рядом с отелем. Удобно было.
– Стас, – голос Галины стал холоднее, – ты мне врёшь. Отель «Метрополь» находится совсем в другом районе. Это кафе на Тверской. Зачем тебе было ехать через полгорода?
Станислав чувствовал, как загоняют в угол. Мысли путались, во рту стало сухо.
– Просто... встречался там с поставщиками. Им было удобнее.
– С какими поставщиками? – Галина достала блокнот, который всегда лежал у неё на тумбочке. – Ты говорил, что встречаешься с представителями «ТехМаша». Их офис на Кутузовском проспекте.
Господи, она запоминала каждую мелочь! Станислав почувствовал, как начинает потеть.
– Ещё были дополнительные встречи...
– С кем?
– Галя, что это за допрос? Я что, преступник?
– Нет, – сказала она тихо, но в её голосе прозвучала сталь, – ты мой муж. И у меня есть право знать, где ты проводишь время и тратишь наши деньги.
Станислав встал и прошёлся по комнате. Ему нужно было время, чтобы собраться с мыслями.
– Галина, у меня сложная работа. Я не могу отчитываться за каждую чашку кофе.
– Речь не о чашке кофе, а о том, что ты мне врёшь. – Она тоже встала, скрестив руки на груди. – И не думай, что я этого не замечаю.
В комнате повисла тягостная тишина. Станислав понимал, что зашёл в тупик. Любое объяснение только усугубит ситуацию.
– Хорошо, – сказал он наконец. – Действительно, встречался не только с основными поставщиками. Были ещё переговоры с потенциальными партнёрами. Не хотел раньше времени рассказывать, мало ли, что из этого выйдет.
Галина смотрела на него долго и внимательно. Станислав чувствовал себя под рентгеном.
– И все эти встречи проходили в кафе на Тверской?
– Одна из них – да. Удобное место, тихое.
– Понятно. – Галина села обратно на кровать. – А теперь объясни мне, почему второй чек пробит в десять вечера. Какие деловые встречи проходят в десять вечера в кафе?
Станислав застыл. Он не заметил времени на чеке.
– Я... встреча затянулась. Потом остался доработать документы.
– В кафе? До десяти вечера?
– Галя, хватит! – взорвался он. – Ты меня замучила своими подозрениями! Я работаю, зарабатываю на семью, а ты устраиваешь мне следствие из-за каких-то чеков!
Но Галина не отступала.
– Стас, скажи честно: ты мне ничего не скрываешь?
Он посмотрел. И понял, что не может соврать, глядя ей прямо в глаза. В этих знакомых карих глазах он увидел не только подозрение, но и боль. И страх.
– Ничего не скрываю, – произнёс он, отводя взгляд.
Галина кивнула, но что-то в её лице изменилось. Стало более закрытым, настороженным.
– Ладно. Ложись спать. Завтра у тебя работа.
Она легла, отвернувшись к стене. Станислав некоторое время стоял посреди комнаты, глядя на её напряжённую спину.
Когда он лёг рядом, между ними высилась невидимая стена. Галина не прижалась к нему, как обычно, не пожелала спокойной ночи. Просто лежала, натянув одеяло до подбородка.
Станислав лежал и слушал её неровное дыхание, значит, не спала.
Наверняка прокручивала в голове их разговор, анализировала каждое слово.
“Господи, – думал он. – Из-за какой-то девчонки я почти поссорился с женой. Это полнейшее безумие”.
Попытался представить, что больше никогда не увидит Татьяну. Будет просто работать в Москве и возвращаться домой к семье. К привычной жизни. Галине, которая будет контролировать каждый его шаг ещё больше после сегодняшнего разговора.
И понял, что эта мысль вызывает у него физическую боль.
“Нет, – сказал он себе. – Хватит. Завтра же откажусь от московских командировок. Найду другого инженера. Это нужно прекратить, пока не стало слишком поздно”.
Но когда утром зазвонил будильник, первой мыслью было: “Через месяц снова в Москву”.
И сердце предательски ёкнуло от радости.
Шантаж
На заводе Станислав появился с твёрдым намерением уговорить директора передать московские дела другому специалисту. Подобрал аргументы: большая загруженность основной работой, необходимость сосредоточиться на модернизации цехов, семейные обстоятельства... Ложь про семейные обстоятельства жгла язык, но что ещё он мог сказать?
– Василий Петрович, можно к вам на минутку? – заглянул он в кабинет директора.
– Заходи, Стас. Как раз хотел с тобой поговорить. – Директор отложил документы и внимательно посмотрел на главного инженера. – Слушай, у меня предложение. Московские контракты расширяются. Думаю, стоит тебе там почаще бывать.
Станислав почувствовал, как земля уходит из-под ног.
– Василий Петрович, я как раз хотел поговорить об этом. Может, Михаила подключить? У меня и здесь много задач...
– Нет, - покачал головой директор. – Ты единственный, кто может договориться с этими столичными акулами. Да и результаты у тебя отличные.
– Но я думаю, Михаил Семёнович мог бы...
– Миша - хороший инженер, но ему не хватает твоего авторитета. А потом клиенты уже привыкли иметь дело именно с тобой. – Василий Петрович встал и подошёл к окну. – Знаешь, что мне нравится в тебе, Стас? Ты не жалуешься на трудности. Ездишь, работаешь, семью содержишь. Молодец.
Каждое слово директора било по совести как молотом. Если бы он знал, что его примерный сотрудник думает о другой женщине вместо работы...
– Дело не в трудностях, – попытался возразить Станислав. – Просто хочется больше времени проводить дома.
– Понимаю, понимаю, но думаю, твоя Галина тебя поддержит. Она умная женщина, понимает, что карьера мужа – благополучие семьи.
Директор был прав. Галина действительно всегда поддерживала его карьерные амбиции. Даже слишком.
***
– Как дела на работе? – спросила Галина, накрывая на стол. – Ты какой-то задумчивый сегодня.
Станислав помогал накрывать на стол, обдумывая, как лучше подступиться к разговору.
– Слушай, Галь, я тут подумал... Может, мне стоит поменьше ездить в командировки?
Галина замерла с салатницей в руках.
– Почему? Что-то случилось?
– Да нет, просто... Буду больше с детьми, с тобой.
– Стас, – Галина поставила салатницу на стол и внимательно посмотрела на мужа, – ты точно ничего не скрываешь? Вчера тоже странно себя вёл.
– Да нет же! – рявкнул раздраженно. – Просто устал от поездок.
Галина задумалась.
– А как же твоя карьера? Ты же всегда говорил, что московские контракты – это наш шанс вырваться из провинции.
Это было правдой. Раньше Станислав действительно мечтал о больших проектах, о работе с крупными компаниями, но тогда у него не было причин бояться командировок.
– Не всё в жизни измеряется деньгами, – сказал он осторожно.
– Конечно, не всё. – Галина села за стол и жестом подозвала детей ужинать. – Но без денег семью не прокормишь. Денису скоро в институт поступать, девочки растут – им всё больше нужно. Кружки, репетиторы, одежда…
Дети подсели к столу, и Станислав понял, что серьёзный разговор придётся отложить. Но Галина, видимо, решила иначе.
– Дети, папа хочет отказаться от командировок, – сообщила она, наливая суп.
– Правда? – обрадовалась Настя. – Значит, ты будешь ходить на соревнования?
– И на мои? – оживился Денис.
Станислав чувствовал себя подлецом, глядя на светящиеся лица детей.
– Ну... не совсем отказаться. Просто поменьше ездить.
– А откуда тогда деньги брать будем? – вмешалась Галина. – Бонусы по твоим контрактам - большая часть зарплаты.
– Как-нибудь обойдёмся...
– Чем обойдёмся? – Голос Галины стал жёстче. – Стас, у нас ипотека, дети растут. Настя хочет на танцы, Аня – на английский. Это всё деньги.
– Мам, а можно я, правда, на танцы? – встрепенулась Настя.
– Если папа будет ездить в командировки – то можно, – твёрдо сказала Галина.
Станислав почувствовал, как затягивается петля. Галина ловко использовала детей как аргумент.
– Пап? – тихо спросила Аня. – Ты же будешь?
– Буду, дочка. Никуда не денусь.
После ужина Галина насела плотнее:
– Стас, что происходит? – села рядом с ним на диван. – Ты же никогда не говорил об отказе от командировок. Наоборот, радовался возможности работать с большими проектами.
– Просто меняю приоритеты, - он хотел её обнять, но рука не поднялась.
– Какие приоритеты? – Галина повернулась к нему. – Не понимаю тебя. У нас есть планы. Мы хотели накопить на дачу, отправить детей летом на море. Денис мечтает поступить в московский институт. Представляешь, сколько это будет стоить?
Станислав слушал её тираду и признавал справедливость слов. Все эти планы строились на том, что он будет много зарабатывать, а это возможно только благодаря московским контрактам.
– Да и потом, – продолжала Галина, – что скажут на работе, если ты вдруг откажешься от выгодных поездок? Подумают, что ты обленился или... – она задумалась, – или у тебя проблемы дома.
– Какие проблемы?
– Ну... может, жена плохая, скандалистка, которая не пускает мужа работать. – Галина попыталась улыбнуться, но улыбка получилась натянутой.
Станислав понял, что попал в ловушку. Отказ от командировок выглядел бы странно и подозрительно.
– Ладно, – сдался он.
– Вот и умница! – Галина поцеловала его в щёку. – А я тем временем найду хорошую танцевальную студию для Насти. И репетитора по английскому для Ани.
Она уже строила планы, как потратить деньги, которые он ещё не заработал, но для этого ему нужно было снова уехать. И бороться с искушением увидеть Татьяну.
– Галя, – теперь он решил спросить, – а ты меня любишь?
– Что за глупый вопрос? – удивилась она. – Конечно, люблю. Ты же хороший муж, ответственный отец. Многие женщины мне завидуют.
“Хороший муж”. “Ответственный отец”. А что насчёт просто “мужчины”? Когда Галина в последний раз смотрела на него как на мужчину, а не как на источник стабильности и дохода?
– Я спрашиваю не про то, какой я муж, а про чувства ко мне, как к человеку. Любишь?
Галина нахмурилась.
– Стас, у тебя точно всё в порядке? Странные какие-то вопросы задаёшь.
– Отвечай.
– Конечно, люблю. Мы же семнадцать лет вместе. У нас трое детей…
Станислав слушал и понимал, что в её словах нет ни капли страсти, ни тени романтики. Только практичность и привычка.
А в сотнях километров, в московском кафе была девушка, которая смотрела на него глазами женщины. Очень красивой женщины.
– Хорошо, – еще раз подтвердил, – возьму ещё командировки.
– Конечно, возьмешь! – обрадовалась Галина. – А я пока составлю список всего, что нам нужно купить.
Жена ушла на кухню планировать семейный бюджет, а Станислав остался сидеть на диване, понимая, что попал в безвыходную ситуацию.
Продолжать ездить означало снова и снова встречаться с искушением, которому он, честно говоря, и так не хотел сопротивляться. Потому что чувствовать себя несчастным в собственном доме теперь стало невыносимым.
Вдруг представились серые глаза Татьяны, и накрыло пониманием, что следующая командировка станет не испытанием, а спасением. Но не от самого себя.
Сделка... с совестью
Михаил Семёнович Кротов был человеком, с которым Станислав проработал бок о бок почти десять лет.
Заместитель главного инженера, мужчина пятидесяти двух лет, разведённый уже восемь лет назад, он обладал жизненным опытом и цинизмом, которые приходят после болезненного развода и одинокой холостяцкой жизни.
В пятницу вечером они пересеклись в заводской столовой. Рабочий день закончился, большинство сотрудников разошлись по домам, а Станислав никуда не торопился. Дома его ждал традиционный семейный ужин, где Галина будет рассказывать новости своих подруг, о ценах в магазинах и куда надо поехать на выходные, дети – жаловаться на школу, а он будет кивать и думать о чём-то своём. О ком-то своём…
– Что-то ты нерадостный, Стас, – заметил Михаил, прикуривая сигарету. В столовой курить было нельзя, но охранник давно ушёл, и Кротов позволял себе эту маленькую вольность. – Жена достала?
– Да нет, всё нормально, – автоматически ответил Станислав, но прозвучало это неубедительно даже для него самого.
Михаил усмехнулся и затянулся дымом.
– Стас, я тебя сколько лет знаю? Когда у мужика проблемы с работой – он злится. Когда с деньгами – переживает, а когда вот так вот киснет – значит, не обошлось без бабы.
Станислав поднял глаза на коллегу. Михаил смотрел на него с пониманием человека, который через многое прошёл.
– Михаил Семёныч, а у вас... до развода... были?.. – Станислав не смог закончить вопрос, но Кротов понял и без слов.
– Были, – кивнул тот спокойно. – А как же без этого? У мужика в сорок лет самое опасное время. Кризис среднего возраста называется. Кто-то спортивные машины покупает, кто-то в горы лезет, а кто-то… вляпывается в женщин.
Станислав почувствовал, как щёки начинают гореть. Неужели он так прозрачен?
– Самое паршивое в браке, – продолжал Михаил, не обращая внимания на смущение собеседника, – то, что жена перестаёт хотеть в тебе мужчину. Ты для неё становишься функцией. Добытчик, отец детей, муж, но не Бред Питт. А мужчине, блин, хочется быть мужчиной.
Слова Кротова резали по живому. Станислав узнавал в них свои мысли.
– И что вы делали?
– А что тут делать? – Михаил пожал плечами. – Жизнь коротка, Стас. Слишком коротка, чтобы тратить её на угрызения совести. Я не святой, и ты не святой. Мы простые мужики, которые хотят чувствовать себя…. мужиками.
– Но семья...
– А что семья? – перебил Михаил. – Твоя Галина тебя совсем заездила, я смотрю. Звонит по десять раз на дню, контролирует каждый шаг. Это не жена, а надзиратель в юбке.
Михаил попал в точку, но слышать это от коллеги было болезненно.
– Не говорите так о Галине. Она хорошая жена.
– Хорошая, – согласился Кротов. – Дом ведёт, детей воспитывает, ужин готовит. Но когда она в последний раз смотрела на тебя как женщина? С огоньком? Когда прости, у вас была страсть, а не супружеский долг?
Станислав молчал, потому что ответ на этот вопрос был слишком болезненным. Страсти не было уже давно. Очень давно.
– Слушай, а помнишь Толика Иванова? – вдруг спросил Михаил. – Который в прошлом году ушёл к нам в конкуренты?
– Помню. А что?
– Так вот, этот Толик рассказывал мне как-то за пивом историю. Ездил он в командировку в Питер, познакомился там с одной дамочкой. Красивая, умная, работает в туристическом агентстве. Началось всё с невинного кофе, а кончилось... – Михаил многозначительно улыбнулся. – В общем, уже второй год к ней ездит.
– И что, не жалеет?
– Толик? Да он помолодел лет на десять! Летает как на крыльях. Говорит, что только благодаря этой питерской барышне понял, что жизнь не кончилась. А то уже на кладбище себя списывал.
Станислав слушал и чувствовал, как что-то переворачивается в груди. История Толика была слишком похожа на его собственную ситуацию.
– Но это же обман...
– Стас, – Михаил наклонился поближе и понизил голос, – я тебе как мужчина мужчине говорю. Иногда небольшой обман лучше большой правды. Ты сейчас мучаешься, злишься, чахнешь. Как думаешь, это хорошо для семьи? Злой, несчастный муж и отец – это то, что нужно твоим детям?
– Нет, конечно...
– Вот именно. А если ты найдёшь где-то немного радости, немного жизни – станешь лучше и дома. Я после того, как завёл подружку в Самаре, даже с бывшей женой отношения наладил. Перестал её винить в своём несчастье.
– У вас... в Самаре?
Михаил усмехнулся.
– А ты думал, я монахом живу? Да там у меня уже третий год одна знакомая есть. Врач-стоматолог, между прочим. Умная, самостоятельная. Когда приезжаю – она радуется, как девчонка. А когда уезжаю – не устраивает сцен. Идеальные отношения.
– Но как вы... как совесть?
– А совесть тут при чём? – удивился Михаил. – Я же не убиваю никого. Просто живу полной жизнью. Жена, когда мы развелись, сказала: "Хорошо, что ты, наконец, стал честным". А я подумал: да я как раз перестал быть честным, зато стал счастливым.
Станислав покрутил в руках пустую чашку. Слова Михаила ложились на подготовленную почву его собственных сомнений и желаний.
– Михаил Семёныч, а если... если человек уже кого-то встретил?
– О! – глаза Кротова загорелись. – Значит, есть объект вожделения? Где? В Москве?
Станислав покраснел, но не ответил. Однако Михаил и так всё понял.
– Московская, значит. Ну, это даже удобно – далеко от дома, никто не узнает. Красивая?
– Очень, – честно ответил Станислав.
– И что, уже что-то было?
– Нет, просто... разговаривали. Она работает в кафе.
– Официантка? – Михаил подмигнул. – Ну, это даже романтично. Помнишь фильм "Красотка"? Там тоже простая девушка очаровала серьёзного бизнесмена.
– Она не простая. Учится на дизайнера.
– Ещё лучше! Значит, есть о чём поговорить. Слушай, Стас, я тебе как друг советую – не упускай шанс. Жизнь такие подарки редко делает.
– Но семья...
– Семья никуда не денется, – махнул рукой Михаил. – Ты же не собираешься бросать жену и детей? Просто немного радости в серые будни добавишь. Поверь, от этого хуже никому не станет.
Станислав молчал, переваривая услышанное. Михаил был не просто коллегой – он был старше, опытнее, и его мнение много значило.
– Мужчины не созданы для моногамии. Это противоестественно. Посмотри на животных – самцы всегда ищут новых самок. Мы же не животные, конечно, но инстинкты те же.
– Это грех...
– Стас, мы что, в церкви? – рассмеялся Михаил. – Грех – это когда делаешь зло, а любовь, пусть даже тайная, – это не зло. Это жизнь.
Затушил сигарету и посмотрел на часы.
– Мне пора. Жду звонка из Самары. – Михаил подмигнул. – А ты подумай над моими словами. И помни: жизнь коротка, а ты ещё молодой мужик. Не трать её на сожаления о том, что не сделал.
Когда Михаил ушёл, Станислав ещё долго сидел в пустой столовой. Слова коллеги крутились в голове, смешиваясь с образом серых глаз Татьяны.
“Жизнь коротка”. “Не упускай шанс”. “Немного радости в серые будни”.
А ещё: «”воя Галина тебя совсем заездила”.
Станислав понимал, что разговор с Михаилом стал переломным моментом. До этого он ещё мог убедить себя, что влечение к Татьяне – это просто мимолётная слабость. Теперь же у него появилось оправдание. И наставник, который показал, что он не один такой.
Когда он, наконец, пришёл домой, Галина встретила его с недовольным лицом.
– Ты где пропадал? Ужин стынет уже полчаса!
– Задержался на работе.
– С кем задержался? – подозрительно спросила она.
– С Михаилом Семёновичем. Обсуждали рабочие вопросы.
Галина фыркнула.
– Этот твой Михаил – плохое влияние. Развёлся и теперь всех мужиков учит, как жён бросать.
Если бы она знала, о чём они действительно говорили...
– Не говори глупости, – буркнул Станислав.
За ужином он молчал, думая о словах Михаила, кивал, поддакивал, но слушал вполуха.
Потом мысли потекли в московское кафе, где девушка с серыми глазами подавала кофе и мечтала о будущем. И больше Станислав не чувствовал за эти мысли.
Интересно читать? Сообщите об этом лайком и интересного станет больше! Подпишитесь и скиньте ссылку близким - вместе читать ещё интереснее!