Найти в Дзене
Book swamp

Ирис Вольфф: как язык и память создают литературные миры

В современной европейской литературе всё чаще звучат голоса писателей, для которых тема культурной памяти и многоязычия становится центральной. Среди них — немецко-румынская писательница Ирис Вольфф, чьи произведения соединяют личный опыт эмиграции с глубоким осмыслением истории Восточной Европы.   Родившаяся в 1977 году в трансильванском Сибиу (рум. Sibiu) и переехавшая в Германию в детстве, Вольфф создаёт романы, где переплетаются немецкие, румынские и венгерские культурные коды. Как отмечает автор:   "В каждом языке — свои глаза. Когда пишешь на немецком о Румынии, приходится находить слова для того, что в оригинале звучало бы иначе".   Её тексты — это попытка сохранить "исчезающий мир" трансильванской многокультурности, где столетиями жили рядом немцы, румыны, венгры и евреи. Особое внимание она уделяет языковой памяти: в романе "Нечёткость мира" (2020) герои буквально "теряют" слова родного языка после эмиграции, что становится метафорой утраты идентичности.   В эпоху роста наци
Оглавление

В современной европейской литературе всё чаще звучат голоса писателей, для которых тема культурной памяти и многоязычия становится центральной. Среди них — немецко-румынская писательница Ирис Вольфф, чьи произведения соединяют личный опыт эмиграции с глубоким осмыслением истории Восточной Европы.  

Фото писательницы
Фото писательницы

Между Сибиу и Фрайбургом: литература как мост

Родившаяся в 1977 году в трансильванском Сибиу (рум. Sibiu) и переехавшая в Германию в детстве, Вольфф создаёт романы, где переплетаются немецкие, румынские и венгерские культурные коды. Как отмечает автор:  

"В каждом языке — свои глаза. Когда пишешь на немецком о Румынии, приходится находить слова для того, что в оригинале звучало бы иначе".  

Её тексты — это попытка сохранить "исчезающий мир" трансильванской многокультурности, где столетиями жили рядом немцы, румыны, венгры и евреи. Особое внимание она уделяет языковой памяти: в романе "Нечёткость мира" (2020) герои буквально "теряют" слова родного языка после эмиграции, что становится метафорой утраты идентичности.  

Почему её проза актуальна сегодня?

В эпоху роста националистических настроений в Европе книги Вольфф предлагают альтернативную оптику:  

- Вместо акцента на конфликтах — исследование повседневного соседства разных культур.  

- Вместо ностальгии — честный разговор о травмах XX века.  

- Через многоязычные диалоги автор показывает, как язык формирует мышление (например, венгерские идиомы в речи её героев часто несут иной смысл, чем их немецкие аналоги).  

Книги, доступные русскоязычному читателю

На русский язык переведены два ключевых произведения Вольфф:  

1. "Нечёткость мира" (2020) — история трёх поколений семьи, пережившей диктатуры XX века.  

2. "Прогалины" (2024) — роман-размышление о том, как политические катаклизмы меняют личные судьбы.  

Немецкое издание "Нечеткости мира"
Немецкое издание "Нечеткости мира"

Оба текста получили признание за "тонкость психологических портретов" (Die Zeit) и "умение говорить о большой истории через частные истории" (FAZ).

Если вы только знакомитесь с творчеством Вольфф, начните с "Нечёткости мира" — этот роман, номинированный на Немецкую книжную премию, лучше всего представляет её стиль: лаконичный, но насыщенный деталями, где пейзажи Трансильвании становятся полноправными "персонажами".  

P.S. Любопытно, что румынские критики называют Вольфф "европейской Зебальд" — за схожий подход к работе с исторической памятью. А вам какие авторы, пишущие на стыке культур, кажутся особенно важными сегодня?