Конец XIX - начало XX века — время перемен и потрясений. Открытие радиоактивности, элементарных частиц, изобретение радио — эти и другие научные исследования ломали привычную картину мира, внедрялись в жизнь и изменяли её. Литература и искусство тоже не могли оставаться прежними. Творцы искали новые пути развития, способы и формы выражения, результатом чего стало появление авангардных направлений.
Одним из таких направлений стал кубофутуризм, соединивший принципы французских кубистов (таких, как Жорж Брак и Пабло Пикассо), раскладывавших предмет на составляющие структуры, и итальянских футуристов (таких, как Умберто Боччони и Джино Северини), стремившихся показать развитие предмета "в четвёртом измерении", то есть во времени.
В начале 10-х годов прошлого века кубофутуризм активно развивался и в России. Но, как это часто бывает, у многих поэтов и художников идей было много, а денег — не очень.
Вот и наш герой-художник, который всем вам наверняка известен, испытывал значительные финансовые затруднения. В 1913 году он с семьёй для экономии средств снимал дачу в подмосковном посёлке Кунцево — жить там было дешевле, чем в Москве или Петербурге. Но нехватка денег была хронической, и порой даже холсты было купить не на что. Но не писать художник не мог. И тогда в ход шла мебель.
Так трём полкам обыкновенной деревянной этажерки суждено было стать картинами. Все картины написаны в стиле кубофутуризма. Две из них сейчас хранятся в Третьяковской галерее, а третья — в Русском музее. Картины имеют одинаковые размеры, а в углах у всех заметны заделанные круглые отверстия, через которые некогда проходили соединявшие их стойки.
Ниже представлены репродукции этих кубофутуристических работ.
Две первые работы, те, что сейчас принадлежат Третьяковской галерее, выполнены по всем кубофутуристическим канонам. Строгие геометрические очертания деталей-фрагментов композиции явственно намекают на образы-обстоятельства.
В "Станции без остановки" (в Кунцево поезда останавливались редко) мы видим клубы дыма паровоза, а раздробленные предметы создают эффект меняющихся пейзажей за окном быстро мчащегося поезда, фиксируя образ скорости и изменяющегося во времени мира. А знак вопроса словно озвучивает вопрос пассажира: "Что за станцию мы проехали?"
В "Туалетной шкатулке" мы различаем ящичек, панели, крючок, запирающий шкатулку. Назначение остальных элементов не угадывается. Но они написаны с соблюдением принципа контрастности — одного из основополагающих в кубофутуризме.
Третья работа — "Корова и скрипка" — отличается от первых двух. И скрипка, и корова написаны довольно реалистично, сразу узнаются. Но их сочетание кажется странным и наводит на разные философские размышления. Например, о том, как соотносятся пение скрипки и мычание коровы. Кроме того, размеры инструмента и животного на картине находятся в диссонансе, реальные коровы намного больше любых скрипок. Автор счёл необходимым пояснить эпатажный смысл сюжета надписью на обороте. Там написано следующее:
"Алогическое сопоставление двух форм — «корова и скрипка» — как момент борьбы с логизмом, естественностью, мещанским смыслом и предрассудками".
Да, наш герой был революционером в искусстве, отрицал привычное, ниспровергал авторитеты. Кубофутуризм, усиленный элементами алогизма, пожалуй, впервые дал ему возможность ощутить то особое состояние господства над формой, которое он несколько позже определит как "раскрепощение художника из подражательного подчинения вещи к непосредственному изобретению творчества".
Кто же этот новатор-ниспровергатель? Узнали его?
Представленные три работы далеко не самые известные. Имя нашего героя сейчас, в основном, ассоциируется с другой работой, написанной через два года после представленных здесь, — в 1915 году. На этой, самой известной и загадочной картине этого художника, изображён некий четырёхугольник...
Кто же этот художник? Догадались? :)
Вот ещё одна его работа. Замечательный летний пейзаж. Свежесть и буйство зелени разных оттенков.