Это не та боль, о которой пишут в открытках с надписью «будь к себе нежнее». И не та, с которой идут к психотерапевту после громкого развода или утраты. Эта боль — тише, её не видно, пока вы не остались наедине с собой. Это когда вы снова не ответили резко, хотя внутри всё кипело. Когда вы сделали «как надо», а не как хотелось. Когда вы промолчали, помогли, согласились — а потом, уже дома, почувствовали, как будто предали себя, стараясь быть «хорошей» или «хорошим». Это боль тех, кто умеет держать лицо. Тех, кого хвалят за выдержку, за понимание, за мягкость — и кто платит за это усталостью, обидой и ощущением, будто сжимается пружина. Это боль тех, кто боится «стать неудобным», «показаться слабым» или «перегнуть палку». Мы часто даже не называем это болью. Называем «перегрузкой», «прокрастинацией», «апатией», «периодом, когда надо потерпеть». Но на самом деле это утрата связи с собой настоящими. С тем, кто может чувствовать злость, зависть, страх, агрессию. И не застывать в вине за эт