Мы с мужем и сыном всегда любили путешествовать поездом. Нечасто, два-три раза в год, но зато с комфортом. Я терпеть не могла делить купе с незнакомцами — чужие разговоры, посторонние запахи, бесконечные «а можно прикрыть окно?» или «ваш ребенок слишком шумный». Поэтому мы либо выкупали все купе на троих, либо, если муж не ехал и не было СВ, — на двоих.
Прислано читательницей Ириной.
Мы обычная семья: мама, папа, ребенок. 2-3 раза в год стабильно куда-то ездим. Нечасто, но стараемся, чтобы поездка была в радость, поэтому выкупаем купе только на себя – иногда на троих, просто «закрываем» четвертое место, а иногда даже на двоих, когда муж не может ехать с нами и нет СВ.
Никогда не было с этим проблем.
Никто никогда не возмущался. Даже в мыслях не было, что это дискуссионный вопрос. Но все изменилось в этом декабре.
— А мы вот всегда так ездим, — неосторожно обмолвилась я, разговорившись с попутчицей в коридоре, когда она восхитилась тому, как хорошо у нас в купе. — Без посторонних. Так спокойнее.
Женщина нахмурилась.
— А другим, выходит, места не хватает из-за таких, как вы, — сказала она резко.
Я замерла.
— Простите?
— Ну да. Люди билеты не могут купить, а вы целое купе под себя занимаете. Как баре какие-то.
Меня будто обдали кипятком.
— Мы платим за все места, — холодно ответила я. — Имеем право.
— Платят все, — фыркнула она. — А мест все равно нет.
Больше я с ней не разговаривала. Но осадок остался.
«Это как пожаловаться, что скупили всю картошку»
Приехали к свекрови. За столом, рассказывая о поездке, я упомянула этот разговор — просто как курьез, даже не думая, что это может быть предметом спора. Но свекровь вдруг насторожилась.
— А ведь она права, — сказала она неожиданно.
— В чем? — я не поняла.
— Ну как же… Людям места не хватает, а вы целое купе берете. Не по-христиански это.
Я остолбенела. Она знала, что мы всегда так ездим и никогда никаких претензий не было. А тут – не по-христиански. Может, мы еще в магазине последнюю бутылку молока не должны брать? И хлеб покупать только половинками. А то ведь к вечеру его разбирают и кому-то не хватает. Вот как у людей мозг устроен?
— Мама, мы же не бесплатно едем! Мы платим за четыре места, если берем целое купе!
— Но могли бы ехать как все, — вздохнула свекровь. — Вон, Наталья Петровна рассказывала, ее внук билеты не мог купить, все раскуплено…
— Потому что люди берут билеты заранее, а не в последний момент! — закипела я. — Или вы предлагаете мне теперь сидеть с чужими дядьками в одном купе? Или на верхней полке, когда у меня ребенок?
— Ну почему сразу с дядьками… — замялась свекровь.
— Ага, вдруг попадется адекватная женщина, да? А если нет? Если начнет орать в телефон или еще что? Или пьяные? Я должна рисковать?
— Все как-то ездят…
— А я не могу. И не буду, — твердо сказала я. — Если нельзя выкупить купе — не поеду.
Свекровь насупилась.
— Вот у вас привилегии…
— Это не привилегии! — почти крикнула я. — Это мой выбор. Я лучше вообще никуда не поеду, чем буду мучиться в дороге.
На этом разговор закончился. Но в воздухе повисло тяжелое молчание.
Вечером муж обнял меня.
— Не переживай, — сказал он. — Мама просто под влиянием этих новостей, где все кругом виноваты.
— Но почему я должна чувствовать себя виноватой? — прошептала я. — Мы же ничего противозаконного не делаем.
— Ничего, — согласился он. — И если нам так комфортнее — значит, так и будет.
Я кивнула.
Но в голове все равно звучал тот разговор.
«Как баре какие-то».
Разве мы баре? Просто хотим спокойно доехать. Разве это преступление?
Но видимо, для кого-то — да.