Это случилось не сразу. Долго копилось: ссоры, молчания, нерешённые обиды. Я старалась не замечать. Терпела. Сглаживала. Растворялась, чтобы сохранить.
А потом — всё. Его взгляд стал чужим, голос — раздражающим, прикосновение — неприятным.
Я пыталась спасти. Кричала, разговаривала, молчала, обнимала, уходила, возвращалась. Ничего не помогало. В какой-то момент я поняла: умерло не тело. Умерла любовь. Умерла живая связь.
И это было страшнее любой физической смерти. — Прими, — говорили подруги. — Это конец. Бывает.
— Слезь с мёртвой лошади.
— Уходи. Люби себя. Но я не могла уйти. Потому что знала: я не просто теряю его. Я теряю часть себя.
Ту, которая умеет любить. Верить. Быть рядом. И тогда я начала делать массаж сердца. Не его — своего.
Я пошла в терапию. Я доставала из глубины то, что прятала: старые обиды, детскую тревогу, боль от того, что меня не выбирали. Я училась говорить «мне больно», а не «всё нормально».
Я училась чувствовать. Дышать. Быть живой. И однажды, посреди сов