Два паразита
Моя младшая сестра — Ольга — всегда была… лёгкая. В ногах. В решениях. В голове.
Пока я пахала в институте, подрабатывала вечерами и пробивала путь в рекламном бизнесе, она прыгала с работы на работу, жила у меня и делала вид, что «ищет себя». Потом — родила. От кого — тайна за семью печатями. Но девочку записала на свою фамилию. Назвала Катей.
— Ты же всё равно одна живёшь, — говорила мне Оля. — Дай нам пожить пока. Пока на ноги не встанем.
"Вставала на ноги" она десять лет. До тех пор, пока я не выставила их в квартиру нашей покойной матери. Маленькую, убогую, но свою. Сейчас Оля там и живёт — с телевизором и бутылкой.
Катя — дочка. Тоже с характером. Умненькая, но резкая, с детства с гонором.
Жалко её было. Молодая, вся жизнь впереди. Я помогала деньгами, советами, связями. В конце концов, она моя племянница.
Но, как говорится, яблоко от яблони недалеко падает.
Ты уже не формат.
Однажды вечером, за чаем, мы обсуждали рабочие моменты. Работаем в одной сфере. Реклама. Я - специалист с 30 летним стажем, а она откровенно считает меня ископаемым.
— Тёть, ну камон, тебе уже пятьдесят пять! — Катя сидела на кухне, ноги на табуретке, электронная дуделка в зубах. — Ты даже современные соцсети не смотришь! Какие тебе проекты?
— Спасибо за заботу, — сказала я спокойно, допивая кофе. — А деньги, которые ты просила на курсы таргетинга, тебе кто перевёл?
— Да я ж не со зла! Просто, ну, другие сейчас времена. Тебе, наверное, уже лучше поменьше работать и побольше отдыхать…
На следующий день она снова звонила:
— Тёть, можешь за аренду вперёд кинуть? Я в зарплату не вписалась…
Я перевела. Потом пошла, обновила резюме. Я всегда мониторю рынок. Спокойно, без лишней суеты. Я из тех, кто меняет место только вверх по деньгам и по креслу.
Через неделю я сидела в кафе с Тарасом Андреевичем. Старым другом по рекламному агентству. Он теперь СЕО в крупной группе компаний, куда входила и Катина конторка. Так и узнала про открывшуюся вакансию директора по маркетингу.
— Думаешь, меня возьмут? — спросила я Тараса.
— Вопросов нет. Уровень у тебя — топ. Штат молодой, несмышлёныши одни. Придёшь — построишь..
— Значит, пойду..
Доброе утро! Я — ваша начальница
Первый рабочий день. Катя сидит в мини-юбке, пьёт раф на кокосовом и листает ленту. Спиной ко мне. Увидела меня и аж посерела.
— Это шутка?.. — прошептала она.
— Угу. Смешная. Я — Вера Анатольевна. Руководитель отдела маркетинга. Вы теперь в моём подчинении.
— Но… — Ты же… тётя…
— А ты — сотрудник. На работе никаких «тётя». Только на «Вы». Только по регламенту. И только по делу.
Сотрудники переглянулись. Кто-то хихикнул. Кто-то встал — аплодировать не стали, но лицо у всех просветлело. Видимо, достала всех своими «я же молодая, я творец».
Я открыла план работы.
— Итак, аудит за последний квартал. Катя, с вас первый отчёт.
Катя сглотнула.
— А можно завтра?..
— Вчера было нужно. А сегодня — уже поздно. Жду до вечера.
Ты её уволила?! Ты же родня!
Через месяц отчёты всё показали. Катин «отдел» оказался бардаком.
Она подписала договор на рекламу с ботофермой — 600 000 в трубу. Без верификации, без аналитики. По наводке «знакомого», которому она «доверяет, потому что они вместе на курсах были». Не работа, а просто сказка "1000 и 1 косяк". Ходила за зарплатой и пилила бюджет.
— Ты правда собираешься меня уволить? — шипела она мне в кабинете. — Ты же моя тётя!
— А ты — как сотрудник, наплевала на работу, где тебя держали только по блату. Не забывай, кто за тебя просил! И как человек — села мне на шею, так же как и твоя мать.
— Ты не смеешь! Ты была никем! Я все сама!
— А теперь я — твоё руководство. И мой приказ — уволить. Это мой тебе последний урок. Совершенно бесплатный!
Оля, её мать, позвонила в ночь:
— Да ты что! Она же девочка! Ты же вся такая правильная, справедливая! Ты же обещала не бросать!
— Оль, я никого не бросаю. Я снимаю с шеи.
Реванш со вкусом латте
Через два месяца в торговом центре у кофейни я увидела Катю. В фартуке, с потекшей тушью. Она несла два латте паре с собачками.
— Вера? — прошептала она, подавая мне стакан. — Я… мне плохо тогда было. Я не понимала, что говорю. Я ж не со зла…
— Всё нормально, Катя. Ошибки — это опыт.
Она отвернулась. За прилавком кто-то крикнул: «Эй — сюда тряпку!»
Я улыбнулась. Горячо.
Я не знаю, всегда ли она была такой. Или это от матери. Может, кровь. Может, плохой пример. Но с детства было видно — берёт и не отдаёт. Требует — и не благодарит.
Когда я отрезала сестру — было больно. Когда отрезала племянницу — стало легче.
Помогать — можно. Но тащить — не обязана.
Особенно тех, кто смотрит сверху, сидя на твоей шее.
И если тебя назвали «устаревшей» — покажи, как ты перезагружаешь систему.
Дорогие мои, не забывайте подписаться на мой канал, чтобы не пропустить новые истории и рассказы, полные жизненных уроков, мудрости и искренности. Ваши комментарии, лайки и поддержка значат для меня многое!
С любовью, Лариса Гордеева.