Экстремальная замена. Приключенческая повесть. Часть 24.
Все части повести здесь
– Ты не в таком положении, чтобы ставить мне условия. Говори.
– Блин... Хорошо, хорошо! Я хотел найти медицинский документ...
– Что это за документ, почему ты решил, что найдешь его в доме, кто тебе о нем сказал, и почему ты искал его в библиотеке?
– Лиза перед отъездом в Гуамское ущелье обращалась в клинику.
– Зачем?
– Этого никто не знает, и никто не знает, в какую.
– А с чего ты взял, что она вообще обращалась в какую-то клинику?
– Это проверенная информация – сама Лиза упоминала это в телефонном разговоре, и сказала, что это серьезно.
Часть 24
Кажется, я нахожусь где-то между сном и реальностью, потому что чернота, окутывающая мое сознание начинает постепенно рассеиваться, и я чувствую, что обретаю способность хоть как-то мыслить. Окончательно из этой черноты меня выхватывает знакомый до боли голос, правда, пока я не могу понять, чей он, просто знаю, что он мне знаком.
– Белла! Белла, очнись! – голос становится все явственнее, и я снова осознаю, что он до боли знаком мне.
Неужели это Ратибор, и он пришел, чтобы спасти меня? О, Ратибор, ты все-таки, получается, не так ужасен и не такой подонок, как я о тебе думала! А ведь я даже не сомневалась, что именно ты убил Ярослава Брежнева! Выходит, это совсем даже и не ты! Но тогда кто же? И почему я думаю об убийстве Ярослава Брежнева сейчас, когда мне самой грозит опасность и нужно спасаться?
Но! Это не Ратибор, в этом я убеждаюсь, когда окончательно прихожу в себя. Мужская рука, теплая, впускающая в меня по капле живительную энергию, похлопывает меня по щеке, и я, встряхивая головой, убеждаюсь, что это Артем.
– Артем! – тихо, хриплым голосом, говорю я – ты как тут оказался, и что вообще произошло?
– Я не знаю, что ты сделала этому садовнику, а может быть, и ничего, может, ты слишком красива просто, и он хотел тебя изнасиловать. В общем, он вырубил тебя, а я его. Он в гараже у меня.
– Что? – удивляюсь я, окончательно наконец придя в норму – так это Борис, садовник?
– Ну да – он подошел к тебе со спины, закрыл рот рукой и зажал сонную артерию, вот ты и уснула. А я подошел сзади и огрел его по по голове, легонько, первым, что попалось мне под руку.
– Надеюсь, ты его не убил?
– Нет. Но знаешь, Белка, ты не так крута, оказывается – он произносит это с насмешкой.
– Я просто не услышала его шагов и не успела среагировать. Он ходит тихо, словно змея ползет.
– Да это понятно, чего ты! Ты девушка, и тебе нужна защита.
– Не нужна мне защита – улыбаюсь я – сама справлюсь. Но спасибо тебе большое – ты спас мне жизнь. Или мою девичью честь. Не знаю, чтобы он сделал со мной, если бы не ты. Как ты в такое время оказался на улице?
– Я гулял... Не спится. Смотрел на окна дома, услышал шаги, решил посмотреть, кто там гуляет так поздно и увидел тебя. А потом его, он действительно тихо ходит.
– Мне очень повезло, что ты оказался рядом, но вот что теперь делать с этим садовником?
– Думаю, для начала нужно с ним поговорить хотя бы и узнать, зачем он за тобой следил и хотел обезвредить.
Мы идем в гараж, он совсем недалеко от того места, где мы с Артемом разговаривали. В нем тепло, сыро и абсолютно темно. Артем включает на телефоне фонарик, мы идем в дальний угол, и я вижу лежащего прямо на полу Бориса. Не только его руки и ноги, но и весь он крепко связан веревкой и похож на гусеницу. Меня смешит его вид, я хмыкаю и спрашиваю у водителя:
– Скажи, как ты умудрился его связать вот так? Никогда не видела, чтобы так пеленали веревкой.
– Я же бывший спецназовец, Белка, много чего умею.
– Почему же ты не остался в спецназе, не пошел служить дальше?
– Зачем? Ратибор хорошо платит, и пока он платит, я буду на него работать. Мечтаю построить дом, жениться на хорошей девушке – он бросает на меня многозначительный взгляд – и обрести семью с кучей детишек.
Я молчу и ничего ему не отвечаю, тогда он склоняется над пленником и похлопывает его по плечу.
– Эй, товарищ! Товарищ, приходи в себя!
– Ммм – мычит Борис – где я?
– На полу в гараже – отвечает Артем – давай, приходи в себя, не вздумай орать и поговорим.
– Воды можно? – он с недоумением вертит головой, пытаясь понять, каким образом его так крепко спеленали веревкой – пить хочется.
Артем приносит ему воды в бутылке, поддерживая голову, поит, и когда тот кивает, давая понять, что достаточно, он спрашивает:
– Итак, зачем тебе нужна Белка?
Видимо, шарики и ролики в мозгу Бориса усиленно крутятся в поисках подходящего ответа, и наконец он заявляет:
– Грешен, признаю, нравится мне девушка! Хотел, гм... позабавиться, вот и напал. Не знаю, что нашло на меня, я не насильник вовсе... Голову вскружила.
Я усмехаюсь.
– Нет, ты смотри, он еще меня и виноватой выставить пытается! Каков молодец!
Я подхожу к нему ближе и опускаюсь рядом на корточки.
– Артем, у тебя есть нож?
– Тебе зачем?
– Хочу узнать правду – поворачиваюсь к Борису – но почему же, скажи на милость, я тебе не верю?
Смотрю ему прямо в глаза, он не выдерживает моего взгляда, и опускает ресницы. Беру у Артема нож, перекидываю одну ногу через ноги Бориса и оказываюсь на нем верхом.
– Если будешь орать – заткну рот грязной тряпкой – улыбаюсь ему – итак, попытка номер два – с какой целью ты напал на меня со спины и попытался захватить?
Он молчит, и мой нож начинает медленно, кончиком острия, ползти по его телу вниз. Достигнув паховой области, я останавливаюсь и чуть сильнее надавливаю на нож. Ткань его спортивных брюк с приятным шорохом расползается.
– Мне ничего не стоит лишить тебя кое-чего, а потом устроить все так, что ты на меня напал, а я сопротивлялась. Лишишься не только своего органа, но и свободы. Да еще и в тюрьме не поздоровится – там таких не любят. Считаю до одного и приступаю к экзекуции.
В глазах Артема веселые чертенята – он-то прекрасно знает, что ничего подобного я не сделаю, но мои медленные движения и завораживающий голос убеждают Бориса в обратном.
– Стой, стой! – наконец не выдерживает он – я расскажу, расскажу! Ты... охотишься за Ледовским, верно ведь?
– С чего ты взял? – удивляюсь я – я всего лишь няня!
– Ты что-то искала у него в библиотеке...
– О чем он говорит? – удивляется Артем.
– Артем, можно я поговорю с ним наедине? Не хочу, чтобы ты был втянут в эту историю.
– Я уже втянут, Белка – произносит он – и не выдам ни тебя, ни его. Можешь смело говорить с ним при мне.
Я не знаю, можно ли доверять Артему, но ничего другого мне сейчас не остается – другой возможности поговорить с Борисом вот так у меня не будет.
– А что делал в библиотеке ты? – спрашиваю я его.
– Сначала ты.
– Ты не в таком положении, чтобы ставить мне условия. Говори.
– Блин... Хорошо, хорошо! Я хотел найти медицинский документ...
– Что это за документ, почему ты решил, что найдешь его в доме, кто тебе о нем сказал, и почему ты искал его в библиотеке?
– Лиза перед отъездом в Гуамское ущелье обращалась в клинику.
– Зачем?
– Этого никто не знает, и никто не знает, в какую.
– А с чего ты взял, что она вообще обращалась в какую-то клинику?
– Это проверенная информация – сама Лиза упоминала это в телефонном разговоре, и сказала, что это серьезно.
– Но... с кем она разговаривала?
– Со своей сестрой, Эвелиной.
– Так может, в клинику она по поводу Эвелины и обращалась?
– Нет, это какая-то другая ситуация, потому что сама Лиза сказала сестре, что это очень серьезно.
– Подожди – перебивает его Артем, который, видимо, начинает что-то понимать – ты кем вообще приходишься Лизе, что хочешь разыскать документ, относящийся к ней?
– Я... бывший журналист. Исчезновение Лизы под таким надуманным предлогом, как бегство с любовником, показалось мне странным, и я взялся расследовать это дело. Но Ратибор Ледовский перекрыл все каналы моей деятельности. Моей и еще одного человека, которому принадлежало наше издательство. Нам пришлось закрыться. Да, журнал был не крупным, но это был бизнес, и он приносил определенный доход, а Ратибор все это отобрал только потому, что мы начали потихоньку под него копать. Кроме того, меня и моего приятеля, владельца этого издательства, хотели посадить, нам еле удалось отмазаться и доказать невиновность, нас просто подставили. Вот так-то... Вот кто есть Ратибор Ледовский. Мы думаем, что с Лизой не все чисто, и хотим узнать, что произошло, но пока мы остановились только на том, что Лиза обращалась в какую-то клинику неизвестно зачем. Мы знаем, что она получила на руки какие-то медицинские документы, и я был уверен, что их прячут в библиотеке в семейном шкафу Ледовских. А с вами, Белла, я хотел побеседовать, потому и захватил вас, вы очень неумело себя ведете и слишком открыто хотите все узнать. Ратибор опасен и с ним такие шутки не пройдут. Вам надо быть осторожнее.
– Спасибо за совет. Вы вообще не имеете представления о том, что это за документы?
– Нет, если бы я знал. Но думаю, что все на этих документах завязано.
– Это вы убили Ярослава Брежнева?
Он смотрит на меня удивленно:
– Вы и об этом знаете?
– Знаю, потому и спрашиваю – это вы его убили?
Он снова опускает ресницы и, вздыхая, говорит:
– Нет, я его не убивал, я... всего лишь отдавал указание выяснить у него, знает ли он что-то об этих медицинских документах. Но мог перестараться тот, кого я нанял. Брежнев ничего не сказал – он утверждал, что Лиза ничего ему про это не говорила, и что они вообще давно не общались, но у нас были другие сведения – что они дружили до самого конца.
– Эти сведения неверны – качаю я головой – Ярослав вас не обманул. Из-за Лизы он потерял зрение, после того, как она наняла людей избить его.
– Да ну! – отвечает он недоверчиво – ни за что не поверю! Вы с ним разговаривали, и он наплел вам эту чушь? Вам нужно было бы посмотреть медкарту Брежнева. Его слепота – это следствие болезни глаз. Он у Лизы был доверенным лицом, тайным, они давно дружили, так что она ни за что бы не позволила себе его избить.
– У вас есть фото Елизаветы Ледовской?
– Нет. Но есть у того, на кого я работаю. Мне он его не показывал, да мне это и неинтересно. Я всего лишь должен найти медицинские документы и все.
– Белка, а для чего тебе фото Елизаветы? – с недоумением спрашивает Артем.
– Не знаю – пожимаю плечом в ответ – хочется посмотреть на нее, какой она была, что из себя представляла.
Ну да – внутренний мир Елизаветы для меня, как открытая книга, вследствие того, что я читаю ее дневник, а вот как она выглядела внешне – остается загадкой.
– Почему тот, на кого вы работаете, так хочет отыскать следы Елизаветы? Может быть, она и правда сбежала с любовником?
– Я не знаю точно, у него, по-моему, какие-то личные счеты с Ледовским.
– Он давно его знает?
– Нет, там что-то, связанное с бизнесом, но со мной он не делится этим. Я все это случайно узнал. Мне кажется, именно по этой причине он хочет убрать Ледовского с дороги.
– Что вам еще известно про Лизу?
– Да примерно столько же, сколько и вам. Что ушла от мужа она после того, как состоялась их поездка в Гуамское ущелье, что Ратибор очень переживал, что комнаты в левом крыле почему-то закрыты, что...
– Ладно, стоп... Все это я и сама знаю.
Из того, что он говорит, я делаю вывод, что о банковской ячейке он ничего не знает, по крайней мере, пока. Но это только дело времени. И тем не менее, делиться с ним этой информацией я не собираюсь.
– И все-таки – говорит он – что вы искали в библиотеке? Если не секрет?
– Хотела посмотреть семейные альбомы Ледовских – вдруг они бы навели меня на какой-нибудь след.
– Но вам-то это зачем?
– Мне тоже кажется странным, что Лиза пропала при таких обстоятельствах. Я хочу вернуть девочке мать, вот и все.
– А если Лиза жива и возвращаться не захочет?
– Я поговорю с ней, покажу фото Арины, видео. У ребенка должна быть мать.
Я не знаю, что еще спросить у этого человека, мне кажется, я выудила из него все, что он знает.
– Ну – спрашивает меня Артем – и что мы будем с ним делать?
– Приведем в исполнение мой план – говорю я.
– Какой именно?
– Я порву на себе одежду и скажу, что он пытался меня изнасиловать, буду орать, прибежит охрана... Ледовскому придется вызвать полицию и уволить его, ну, и... ему придется ответить по всей строгости закона.
В моем голосе – насмешливые нотки, но кажется, этот Борис в панике не замечает этого, потому что кричит:
– Нет, прошу вас, не надо! Изабелла! Не нужно! Я... давайте договоримся! У нас ведь одна цель!
– Хорошо, давайте договоримся не мешать друг другу! – говорю я резко – вы делаете свое дело, я – свое, никто никому не мешает. Нарушите договоренность – я найду способ устранить вас из дома. Тем более, садовника сейчас найти можно легко, а няню Арине – нет!
– Хорошо, я согласен! Но если вы найдете медицинские документы, прошу вас, покажите их мне! Поверьте, это может сыграть очень большую роль в розыске Лизы.
– В семейном шкафу в библиотеке их точно нет – задумчиво говорю я – я этот шкаф вдоль и поперек осмотрела. Они где-то в другом месте...
И я даже знаю, где. Если, как он утверждает, эти документы так важны, значит, они в той же самой банковской ячейке, вместе с остальным содержимым. Только вот что это – остальное? Чего это касается и почему у меня ощущение, что то, что лежит в этой ячейке, связано с этими документами?
Прошу Артема развязать его, и садовник уходит. Мы остаемся вдвоем, и парень спрашивает меня:
– Белка, а что происходит вообще? Ты мне расскажешь? Не бойся мне довериться... Ты... очень мне нравишься, поэтому я готов... поддержать любую твою авантюру.
– Артем, давай не сейчас. Очень хочется спать, честно говоря. Но я обязательно все тебе расскажу.
– Это хорошая идея, потому что я, Белка, могу помочь.
– Вот и славно! Конечно, я поделюсь с тобой некоторыми соображениями. А сейчас мне нужно лечь в постель, иначе я завтра не поднимусь к завтраку.
– Пойдем, я провожу тебя, а то мало ли что... Этот дом и раньше-то казался мне подозрительным, а теперь тем более.
Когда мы проходим мимо тех ступеней, которые ведут к двери, увитой плющом, мой мозг вдруг озаряет очень интересная мысль. Я, кажется, начинаю что-то понимать относительно того, кто живет за этой дверью, ведущей в цокольный этаж.
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.