В обсуждениях моих публикаций на тему восстания Спартака сторонники альтернативной истории утверждают, что вождь рабов в действительности являлся римским патрицием Марком Эмилием Лепидом. В качестве неопровержимого доказательства своей версии они ссылаются на Юрия Абарина и его видеоролик «Кто скрывался под маской Спартака?». Я ознакомился с данным материалом, в котором автор утверждает, что «Спартак собирался освободить всех рабов Римской империи». Но на данный период времени в Риме существовала республиканская форма правления и историк, который не видит разницы между империей и республикой, увы, не является для меня авторитетом. В своем видеоматериале Ю. Абарин также ошибочно поместил снимок находящегося в ратуше Реджо-нель-Эмилии скульптурного изображения Марка Эмилия Лепида – консула 187 года до новой эры, выдавая его за другого Марка Эмилия Лепида (Спартака), консула 78 года до новой эры.
Автор канала «Древний мир. История» в статье «Почему непрофессиональная армия Спартака громила легионы римлян?» делает предположение что «К мятежникам могли примкнуть бывшие марианцы, среди которых боевых офицеров хватало. Более того, сам Спартак вполне мог быть одним из них. Ведь причины, по которым он дезертировал из римской армии, неизвестны. Вполне возможно, что дезертирством римская власть сочла его переход на сторону марианцев в ходе недавней гражданской войны. В этом случае Спартаку было достаточно обратиться к своим бывшим друзьям и сослуживцам, которые и стали командирами в его армии».
Автор канала «Военное обозрение. История» В. Шпаковский в статье «Рабские войны» пишет: «Прошу простить великодушно, но следуя простой логике костяк армии Спаортака (так в оригинале) скорее всего, составляли бывшие марианцы и ветераны союзнических народов».
Не только В. Шпаковский, но и многие другие авторы публикаций голословно утверждают, что армия Спартака состояла исключительно из бывших воинов марианцев и именно этим объясняются многочисленные победы восставших над дисциплинированными римскими легионами.
Так, С. Корнев в публикации «Причины боеспособности спартаковской армии» пишет что: «Железная аксиома I века до н.э. состоит в том, что противостоять регулярной римской армии в правильном сражении и в привычной для римлян местности была способна только… регулярная римская армия. То есть, армия состоявшая из уроженцев Италии и вымуштрованная на римский манер. Отсюда напрашивается парадоксальный вывод: армия Спартака в основе своей была римской и никакой иной быть не могла. В своей значительной части она должна была состоять из римских граждан (коренных римлян и союзников - италиков), - ветеранов недавно прошедших гражданских войн, имевших многолетний опыт римской военной муштры. Сулла расселил 120 тысяч своих ветеранов и примерно такое же количество семей было изгнано со своей земли и лишено средств к существованию. Интересно, что максимальный размер армии Спартака Аппиан оценивает как раз в 120 тысяч человек. Странное совпадение».
Если исходить из логики С. Корнева, то можно прийти к такому же парадоксальному выводу, что армия нумидийского царя Юбы, уничтожившая в 49 году до новой эры в правильном сражении 20 000 цезарианцев под руководством Гая Скрибония Куриона, состояла исключительно из римлян и италиков, вероятно – помпеянцев.
Подписчик Aleks Gross в подтверждение укомплектованности отрядов Спартака марианцами пишет в комментарии: «Интересный фрагмент у Фронтина: после того как Канник и Каст были разбиты у Кантенны Крассом «было отобрано 5 орлов, 26 знамен в том числе 5 пучков фасций с топорами». Т. е. атрибуты легионов у восставших использовались по назначению».
Если опять же следовать любопытной логике автора комментария, то и восставшие германцы Арминия использовали по своему прямому назначению орлы римских легионов, так как Германик аналогично Крассу отбил у варваров римские штандарты. Октавиан Август также вернул в Рим захваченные парфянами в сражении при Каррах орлы легионов Красса. Естественно, что парфяне хранили их долгое время исключительно в качестве военных трофеев и наивно думать, что они использовали вражескую символику в качестве своих опознавательных атрибутов в последующих битвах с римлянами Кассия, Вентидия или Марка Антония.
Историк Е.В. Велюханова без ссылки на источник информации пишет, что: «Примеряя знаки преторского достоинства, Спартак, видимо, чувствовал себя римлянином». Но если подойти к детальному изучению сообщения Фронтина, то уточнение можно найти у Флора: «Чтобы придать должностной вид войска рабы приносили своему начальнику взятые от преторов знаки отличия и ликторские связки. От этих знаков отличия Спартак не отказался». То есть, ни о каком употреблении легионных орлов восставшими рабами летописцы не упоминают, а преторские знаки отличия у римлян означали всего лишь атрибуты исполняющего обязанности командующего армией.
По поводу возможного вооружения повстанцев Спартака трофейным римским оружием Aleks Grossсчитает что: «Вооружать римским оружием можно, если это солдаты (как у Ганнибала), но вооружить оружием легионера раба, для которого удобнее вилы или гладиатора натренированного на определенный тип просто не имело бы смысла. Вывод: большинство армии Спартака это итальянские легионеры марианцы».
Автор того же комментария утверждает что: «Один из сподвижников Спартака Гай Канник (Канниций в некоторых источниках) имеет латинское происхождение». Но латинское имя не может выдавать национальность его владельца. Римляне часто давали союзникам латинские имена как награду за верность и помощь в военных кампаниях. При получении гражданства союзники также получали римские имена, чтобы интегрироваться в римское общество. По словам того же Фронтина Канник являлся предводителем галлов, а исследователи видят в нем кельтское происхождение. Поэтому упоминание летописцами всего лишь одного военачальника с латинским именем в армии Спартака не может свидетельствовать о наличии в нем даже единственного италика и марианца.
К примеру, вождь германского племени батавов, префект когорты вспомогательных войск Цивилис получил дополнительное латинское имя – Гай Юлий, а его брат – Юлий Павел. В 68 году первый поднял восстание против Рима на Рейне. В британском музее хранится обнаруженный при археологических раскопках бронзовый сертификат бритта кельтского происхождения – Новантика, который присоединился к римской армии в 98 году. С отставкой Новантик получил в награду римское гражданство и выбрал себе имя в честь императора – Марка Ульпия Новантика, сына Адкобровата из Рат.
После подавления восстания Марк Красс в качестве устрашения приказал распять на дороге от Капуи до Рима шесть тысяч пленных спартаковцев. Но применять данное наказание к римскому гражданину категорически запрещалось. Подобной позорной и унижающей казни удостаивались только рабы и преступники. На моей памяти распятию на кресте по приказу Публия Корнелия Сципиона подвергались только римские перебежчики в 201 году до новой эры после подписания мирного договора Рима с Карфагеном (италиков обезглавили, а римлян распяли). Но в данном случае перебежчики являлись дезертирами, то есть – преступниками и этим можно объяснить суровое решение консула предать римлян казни в виде распятия. Если же среди шести тысяч распятых Марком Крассом рабов находились марианцы, в том числе и римляне, то их нельзя было назвать дезертирами, так как они являлись участниками междоусобной гражданской войны. Учитывая наличие многочисленных родственников казненных, вряд ли Красс решился на подобное действие, и затем смог безбоязненно вернуться в Рим в качестве победителя.
Причина ряда ошеломляющих побед рабов Спартака над римлянами обусловлена в первую очередь не наличием в рядах повстанцев бывших марианцев, а отсутствием на территории Италии боеспособных воинских контингентов. Т. Моммзен пишет по этому поводу: «В Италии не было ни хороших солдат, ни опытных полководцев. Квинт Метелл и Гней Помпей находились в Испании, Марк Лукулл – во Фракии, Луций Лукулл – в Малой Азии и римляне располагали лишь необученным ополчением и весьма посредственными офицерами».
Напомню, что на период восстания Спартака четыре римских армии находились за пределами Италии: Л. Лукулл воевал с Митридатом в Малой Азии, располагая примерно 40 000 воинов, его брат М. Лукулл усмирял Фракию с 35-тысячным войском, а Квинт Метелл с 30-тысячной армией и Г. Помпей с 40-тысячной армией приводили к покорности Испанию. То есть, около 145 000 воинов регулярной римской армии находились за пределами Италии.
В тоже время на территории Апеннинского полуострова содержалось огромное количество рабов, имевших боевой опыт сражений до своего пленения. В 79-75 годах до новой эры Публий Сервилий сражался с пиратами в Киликии, Ликии, Памфилии и захватил значительное количество пленных. В 76-74 годах до новой эры Гай Скрибоний Курион воевал во Фракии и Мезии, покорил дарданцев и первым из римских полководцев дошел до Нижнего Дуная. До начала восстания Спартака дожила часть плененных Гаем Марием германцев: тевтонов было взято в плен до 90 000 человек, кимвров – до 60 000. Таким образом, вся Италия была наполнена физически крепкими рабами, державшими до своего пленения не только вилы в руках, но и многократно принимавших участие в сражениях. Учитывая сложившиеся обстоятельства к началу восстания Спартака, рабам не составляло особого труда не только противостоять в сражениях римским новобранцам, но и одерживать над рекрутами победы без присутствия в своих рядах бывших легионеров марианцев.
Если бы я являлся приверженцем альтернативной истории, то непременно выдвинул свою оригинальную версию, что 100-тысячная армия восставших рабов Евна на Сицилии состояла преимущественно из италиков – сторонников аграрной реформы 134 года до новой эры, а сам сириец Евн был римским народным трибуном Тиберием Семпронием Гракхом, инициатором земельного передела в Италии. Исключительно этим и были обусловлены победы повстанцев над римскими легионами, в том числе претора Луция Гипсея. По причине возникших беспорядков и для расследования деятельности Гракха, а также суда на его многочисленными сторонниками Сенат создал специальную комиссию. Возглавил ее консул Публий Рупилий, который вскоре отправился, куда бы вы подумали – конечно же, именно на Сицилию для подавления восстания бежавших на остров сторонников аграрной реформы, возглавляемых самим Тиберием Гракхом. И не важно, что Евн был захвачен римлянами в плен живым уже через год после гибели Гракха. Ведь Ю. Абарина, который видит в Лепиде и Спартаке одно и то же лицо, отнюдь не смутил тот факт, что римский проконсул погиб на Сардинии в 77 году до новой эры, а вождь восставших рабов – в Южной Италии шестью годами позже. И как сказал психоаналитик Роберт Грин: «Чем наглее ложь, тем более правдоподобной она кажется».
