Сегодня наш материал будет посвящен архиерейской мантии. Мы решили разделить его на две части, в которых мы расскажем о двух владельцах данной мантии. И начнем мы со второго владельца.
В Музее истории религии хранится архиерейская мантия с редкими сюжетными скрижалями (нашивками), вышитыми золотной нитью. На верхних скрижалях изображены благоверный великий князь Александр Невский и преподобный Антоний Печерский, на нижних – одинаковый вензель «АНЛ». Такая мантия свидетельствовала о высочайшем статусе архиерея, а в самих скрижалях было «зашифровано» имя владельца облачения. Один из главных вопросов состоял в том, для кого же она изготавливалась. На самом предмете не было никаких пометок о ее владельце. Место бытования предмета – Казанский собор, также не соотносилось ни с одним духовным лицом.
Предмет находился ризнице Казанского собора в 1920-х гг., о чем говорила проставленная печать на подкладке. В это время Казанский собор в Ленинграде принадлежал сторонникам обновления Русской православной церкви. В научно-историческом архиве ГМИР удалось найти документы о том, что обновленцы выкупили эту голубую мантию за 100 рублей из Губфинотдела (Губернский финансовый отдел).
Мантия была приобретена для обновленческого митрополита Ленинградского и Северо-Западной области Вениамина (Муратовского). В период 1925-1927 гг. он являлся настоятелем Казанского собора.
Митрополит Вениамин (в миру Василий Антонович Муратовский, 1856–1930) был видной фигурой в обновленческом движении и стал одним из первых архиереев, примкнувших к обновленцам (с 1922 г.). После Февральской революции он активно поддержал Временное правительство. В 1918 г. вместе с частями белой армии эвакуировался в Сибирь. После разгрома армии Колчака был арестован и приговорен большевиками к расстрелу; спустя несколько месяцев был освобожден за сотрудничество с властями. На Втором Всероссийском поместном соборе, проходившем в Москве 29 апреля 1923 г., подписал документ о «низложении» патриарха Тихона. Впоследствии несколько раз отрекался от обновленчества, прося прощения у патриарха Тихона, и вновь возвращался к церковно-обновленческому движению. С самого начала существования обновленческого синода митрополит Вениамин входил в его состав, а с 1924 г. являлся его председателем. В начале января 1924 г. митрополит Вениамин приехал в Петроград, в феврале этого же года был утвержден в сане «митрополита Ленинградского». По инициативе ленинградских обновленцев Вениамина стали поминать во всех обновленческих церквях как «первоиерарха Русской Церкви». В 1927 г. был переведен в Москву с титулом «митрополит московский и коломенский».
Хотя мантия и была куплена для митрополита Вениамина, но, очевидно, изготавливалась для совсем другого архиерея. Верхние скрижали мантии с изображениями святых Александра Невского и Антония Печерского никак не соотносились с именем митрополита Вениамина. Связь нижних скрижалей с монограммой «АНЛ» также не обнаружилась с жизнью обновленческого митрополита, как и среди других обновленческих архиереев.
Главный вопрос, для кого же шилась мантия, оставался открытым.
С вопросом о первом владельце постараемся разобраться во второй части материала.