Когда мне становится жарко, спешу я в лесные объятья – деревьев зелёные жабры мне шепчут: «Мы – братья… Мы – братья…» А если становится грустно, я вдруг вспоминаю про звёзды – и звёзды, мерцая на гуслях, мне шепчут: «Мы – сёстры… Мы – сёстры…» А если становится зыбко и зябко в толпе, как в простуде, – случайный прохожий улыбкой мне шепчет: «Мы – люди… Мы – люди…» Когда же становится страшно, я в храм попадаю, как в сети, – и сердце с испугу, но ясно вдруг слышит: «Вы – дети… Вы – дети…» май 1990 г. Оскар Грачёв
Когда мне становится жарко,
спешу я в лесные объятья –
деревьев зелёные жабры
мне шепчут:
«Мы – братья… Мы – братья…»
А если становится грустно,
я вдруг вспоминаю про звёзды –
и звёзды, мерцая на гуслях,
мне шепчут:
«Мы – сёстры… Мы – сёстры…»
А если становится зыбко
и зябко в толпе, как в простуде, –
случайный прохожий улыбкой
мне шепчет:
«Мы – люди… Мы – люди…»
Когда же становится страшно,
я в храм попадаю, как в сети, –
и сердце с испугу, но ясно
вдруг слышит:
«Вы – дети… Вы – дети…»
май 1990 г.
Оскар Грачёв